"Фантастика 2023-110". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Одувалова Анна Сергеевна "О&#39

На чердаке знакомо пахло пылью. Сваленные здесь никому не нужные вещи уже стали для меня родными. Я несколько раз, когда было особенно грустно, перебрала старые коробки. В них хранился разный хлам. Он не имел никакой ценности, но сохранил дух давно минувшего времени. Все эти забытые безделушки когда-то принадлежали людям, жившим, может быть, столетие назад. Я любила придумывать свои истории, связанные с людьми, которым некогда принадлежали эти вещи. Рассказы получались иногда печальные, иногда веселые, иногда поучительные. Но не сегодня. Сегодня я не была настроена на лиричный лад. Мне хотелось отвлечься от проблем и прогуляться по парапету, чтобы вновь почувствовать себя сильной и свободной от Влада.

На крыше оказалось прохладно. Сентябрь давно закончился, и разгуливать ночью в одной водолазке казалось глупостью. Но мне было все равно. Леденящий осенний ветер пробрал до костей, и я поежилась. Минутный порыв, едва не заставивший повернуть назад, исчез, когда я увидела небо — чернильное, глубокое и непривычно ясное. Сегодня на нем можно было разглядеть несчетное множество звезд, которые складывались в незнакомые созвездия. Я быстро нашла два ковша Большой и Малой Медведиц. С трудом, но отыскала созвездия Ориона и Персея и поняла: на этом мои познания в астрономии заканчиваются. Звезд было столько, что они казались серебряной пылью. Не верится, что где-то там могут быть жизнь и разумные существа, пусть лишь отдаленно похожие на нас.

На парапет я запрыгнула легко, почти не придерживаясь рукой, я репетировала движение день за днем — надеялась, хоть и старалась не признаваться себе в этом, что однажды смогу продемонстрировать свою грациозность и бесстрашие Владу. Но все это глупые мечты. Я могу ходить хоть по канату, могу стать самой умной и даже разгадать его страшную тайну, только вот обнимать он все равно будет Веронику, так как я ему совсем не нужна. Стоило бы признаться себе в этом и сдаться, но какая-то часть меня не желала отступать. Она хотела докопаться до истины во что бы то ни стало и покорить Влада, кем бы он ни был на самом деле. Эта часть казалась непривычной и чуждой, ее устремления и желания шли словно извне и не принадлежали мне в полной мере, и этот внутренний конфликт утомил.

Здесь, на самой высокой точке этой крыши, холод чувствовался особенно остро, ветер заставлял стучать зубами, но я не собиралась сдаваться. Я начала испытывать дикое, пьянящее ощущение свободы, не хотелось его спугнуть лишь потому, что я замерзла. Я осторожно выпрямила ноги, стараясь стоять не с согнутыми коленями. Поймала равновесие, развела руки в стороны, ловя грудью воздух. Так было значительно лучше, и я закрыла глаза, впадая в подобие транса. Поначалу я могла простоять в подобной позе не больше минуты, но теперь забывала о времени, погружаясь в раздумья и мечты. Здесь, на лезвии бритвы, между жизнью и смертью, все казалось неважным, проблемы несущественными и мелкими. Кто мы на фоне сокрушающей силы природы и вечности? Вся наша жизнь — это всего лишь крохотная вспышка на небосводе, мы даже не маленькая звездочка. Разве что отливающая серебром в лунном свете пылинка. А какие могут быть неразрешенные проблемы у пылинки?

Неожиданно и резко хлопнула чердачная дверь. Я испуганно вздрогнула, крутанулась на месте и, обернувшись, увидела замершего у двери Влада. Неловко взмахнула руками и почувствовала, как теряю равновесие. Сердце замерло в груди, и я с ужасом осознала — уже не получится выровняться. Миг, секундное чувство беспомощности и осознание, что происходит непоправимое и я срываюсь вниз, не успев даже вскрикнуть.

— Алина! — Испуганный, нечеловеческий вопль Влада ненадолго вернул в реальность, я лихорадочно скользнула влажными от страха пальцами по каменному бортику, вцепилась, ломая ногти, и полетела вниз, понимая: парень не успеет. Никто не успеет!

Жесткие, словно железные пальцы обхватили меня за запястье, заставив всхлипнуть от боли. Я подняла глаза и увидела разозленное лицо Влада. Его янтарные глаза с вертикальной прорезью зрачка внушали ужас, более сильный, чем отвесная стена и усыпанный пожухлыми листьями газон где-то далеко внизу. Я, зависнув между жизнью и смертью, завороженно смотрела на него и видела, как меняет свой цвет радужка, а лицо приобретает более мягкое, человеческое выражение.

— Хватайся за вторую руку! — скомандовал парень, перегнувшись через перила.

Я болталась на уровне третьего этажа, и единственным, что удерживало меня от падения, были нечеловечески сильные пальцы Влада. Я чувствовала себя беспомощным котенком и понимала, что просто не могу найти сил и подтянуться для того, чтобы ухватиться за вторую протянутую мне ладонь.

— Ну же! — прошипел он, сжимая от усилия зубы. — Ты не пушинка! Я не могу держать тебя вечно и вытащить тоже вряд ли смогу! Мне нужно, чтобы ты взяла меня за вторую руку! Ну же, Алина!

— Не получается! — простонала я, выгибаясь всем телом и пытаясь дотянуться до его руки.

— Придется постараться, — безжалостно заключил он, и я сделала мучительный рывок вверх. Влад нагнулся ниже, схватил меня за второе запястье и что есть мочи рванул на себя. Майка задралась, и я оцарапала живот о шершавый камень перил, вскрикнула и почувствовала под ногами твердую землю. Дыхание сбивалось, руки тряслись, и поэтому, когда Влад притянул меня к себе, обнимая, это показалось очень правильным и логичным. Я нуждалась в этих объятиях. Мне было просто необходимо почувствовать рядом с собой кого-то реального, живого и теплого. Меня била дрожь то ли от пережитого шока, то ли от холода, то ли от всего вместе. Слезы лились по щекам, я всхлипывала, а Влад бережно сжимал меня в своих объятиях и гладил по голове, успокаивая.

— Я на секунду подумал, что не успею, — сдавленно произнес он, когда я перестала стучать зубами и дрожать. Стресс и первый шок прошли. Теперь я снова могла думать связно, и Влад это как-то почувствовал, потому что в следующих словах не было ни жалости, ни нежности. — Я же просил не приходить сюда в одиночку, — жестко заметил он, отстраняясь. В глазах парня застыл упрек, и мне стало не по себе. Словно все те разы, когда я приходила прогуляться по парапету, рисковала не своей жизнью, а его.

— Но ты ходишь! — возразила я, в основном для того, чтобы скрыть свое смущение.

— Я не теряю равновесия.

— Я тоже! — Презрительные слова Влада задели за живое. Возмущению не было предела. Страх трансформировался в злость. — Просто ты пришел не вовремя. Если бы не напугал меня, я бы ни за что не упала!

— Если бы я не успел, ты бы умерла, — жестоко парировал парень.

Я не хотела плакать, но губы предательски задрожали, а из глаз снова хлынули слезы. Влад был прав: если бы не он, сегодняшний поход на крышу закончился бы трагедией.

— Не плачь, — сокрушенно воскликнул он, подаваясь ближе и осторожно вытирая с моих щек слезы. — Я не должен был так говорить. Я обязан был успеть. Просто… когда я увидел, как ты летишь с этой чертовой крыши… — парень замолчал, подбирая слова, — у меня внутри будто все перевернулось. Я очень испугался за тебя. Ты понимаешь?

Он находился так близко, что я могла рассмотреть каждую черточку его лица. В последнее время мне удавалось это сделать редко, я если и смотрела на Влада, то исподтишка, украдкой. Впрочем, забыть, насколько он красив, все равно не получалось. Было невероятно сложно не поддаться искушению и не поцеловать плотно сжатые губы, поэтому я старалась на них просто не смотреть. Если я сейчас поцелую, будет еще сложнее завтра увидеть его с Вероникой.

В темных глазах застыло беспокойство и раскаяние. Длинные, густые, иссиня-черные ресницы, казалось, сделаны из жесткой лески. Я, плохо соображая, что делаю, подняла ладонь и убрала с его лба асимметричную, падающую на глаза челку. Потом провела тыльной стороной ладони по щеке и со вздохом отступила.

— Ты красивый. — Слова вырвались невольно, и я закусила губу, чтобы не сболтнуть больше лишнего.

— Ты тоже, — грустно улыбнулся он, но не сделал попытки подойти.