Командировочные расходы - Николай Бенгин

– Итак, что плохого мы имеем, если все это правда? Первое и главное – Ключ. Лохи определенно знали, что это такое. Есть несколько альтернативных переводов их понятия о Ключе: «Работник мнений», «Неограниченное искажение» и даже просто «Власть», но, честно говоря, я надеялся, что его больше нет в природе. Второе – обладатель Ключа агрессивен. Неясно, зачем ему инспектор, может, старые счеты, а может, вообще случайность. Третье – наша система контроля явно хромает. Никаких суперфлуктуаций в районе вашего Старого Города да и вообще на Короне не фиксировалось. Я бы знал. И в четыреста двенадцатой каюте, как можно убедиться, аномалия возникла только в последние секунды, когда эта штуковина уже кусками падала. Но, что самое нехорошее, я не получил ни одного соответствующего оповещения от Б-контролеров, за исключением собственного помощника, – профессор учтиво кивнул рыжеглазому, – а по идее сейчас их шквал должен сыпаться.

– Шквал – не мусор, сыпаться не может, – пробормотала Ольга. Про себя она уже трудилась над будущей статьей, по ходу подправляя язык и стиль ключевых фраз.

– Теперь что хорошего, – продолжал профессор, не обращая внимания на сестру. – Первое: этот ваш Философ явно пока не умеет толком обращаться с Ключом, что весьма и весьма обнадеживает, ибо в противном случае у нас просто не существовало бы шансов. Второе: если бы эта штука попала в лапы разведки какой-нибудь суверенной планеты, уверяю вас, все было бы гораздо сложней. Теперь самое интересное: что нам делать? Уважаемый есаул, я ошибаюсь, или у вас телеком сигналит?

Штимер кивнул и включил связь.

– Доктор Штимер, – раздался взволнованный голос Гро, – вы меня слышите? Это говорит помощник инспектора Биллинга.

– Что с Билом? – рявкнул есаул.

– Он жив и вне опасности, только без сознания. Я рядом с ним. Командор Третьего уровня дал ваш телеком и просит срочно подойти сюда.

– Иду, – Штимер уже был на ногах, – где вы?

– У каюты триста три, – сообщил Гро и отключился.

– Минуту, есаул, – не повышая голоса, произнес Стайн, и Штимер подумал, что профессор, пожалуй, вполне мог бы командовать дивизией рейнджеров. – Все, что там случилось, – уже случилось. Друг ваш, как я понял, вне опасности, а командор Третьего уровня может и подождать.

Профессор открыл массивный сейф и достал большой глянцевый лист с текстом на одной стороне и замысловатым рисунком на другой.

– Подойдите сюда, есаул. На «Лотосе» складывается необычная и весьма опасная ситуация, поэтому я, как Сопредседатель Лимитного Комитета, прошу вас стать временным оперативным агентом Лимитного Комитета по линии Б-контроля.

– Согласен.

– Ну что ж, тогда ознакомьтесь с должностной инструкцией.

– Здесь больше ограничений, чем я думал, – заметил Штимер, бегло проглядывая содержание глянца.

– Но и права немалые. Давайте его сюда. Теперь, – профессор перевернул лист рисунком вверх, – приложите ладонь к кругу посередине… Хорошо… Что-нибудь чувствуете? – Стайн тоже приложился к листу.

– Что за… – Штимер обеими руками схватился за голову.

– Сейчас пройдет. Вы получили доступ к Б-информации. Полностью инсталлировать вас как Б-контролера долго, нудно и ни к чему. Но без нулевой фазы – нельзя.

– Я думал, мне башку разнесет.

– Медики уверяют – это безвредно. Ну что? Прошло?

– Да, вроде бы…

– С этой минуты вы наш полноправный агент. Теперь раскройте ладонь и вот так сложите пальцы.

Штимер повернул ладонь, и в воздухе над ней возникло небольшое, но четкое изображение серебряной пирамиды.

– Это знак ваших полномочий. Вашей целью является Ключ, а противником, соответственно, его обладатель. У вас – Право Крайних Мер, другими словами – лицензия на убийство. Теперь определитесь со снаряжением, мой референт вам поможет, и действуйте самостоятельно. Подозреваю, что на самом деле у нас очень мало времени. До связи… А ты останься, – приказал профессор уже направившейся к выходу Ольге.

– Стайн, мне надо…

– И не думай.

– Ста-айн!

– У меня есть к тебе поручение.

Что именно собирался поручить профессор своей сестре, Штимер уже не услышал, вслед за референтом он прошел в низкое помещение, больше похожее на модуль безопасности.

– Итак, до конца мероприятий на «Лотосе» вы – агент Комитета и будете подчиняться непосредственно Стайну. Поздравляю. Оружие есть?

– Нет.

– Держите, – референт протянул длинноствольный увесистый пистолет, – калибр – полмиллиметра. Лупит, как армейский штурмовой лазер. Когда-нибудь стреляли из такого? Я имею в виду – из штурмового лазера?

– Нет. На стрельбище как-то видел.

– К сожалению, здесь нет стрельбища. Вот предохранитель и переводчик огня, здесь – регулятор сектора удара и дальности. Полная дальнобойность – триста метров, установленная – восемь, поражение веерного типа, сектор удара – пять градусов. Менять ничего не рекомендую. Здесь полно иллюзий, и перспектива практически везде – кривая, запросто кого-нибудь зацепить невзначай.

– А есть у вас блокиратор иллюзий?

– Есть такой шлем. Я как-то в нем целые сутки по «Лотосу» бродил. Как пугало. Так за мной постоянно еще двое стюардов таскалось, чтобы, значит, куда не надо не полез.

– Так лунитам вроде плевать, кто чем занимается.

– На самом деле луниты постоянно фиксируют практически все, что происходит на борту. Здесь кругом точки наблюдения. Если вас утешит, могу сообщить, что сами они эти записи, по понятным причинам, не смотрят и другим не дают, за одним исключением… Вы никогда не думали, почему пассажирские командоры так ловко раскрывают убийства и крайне редко другие преступления? – референт протянул пистолет Штимеру. – Короче, шлем я вам не дам. Реальную картину можно из технологического коридора увидеть – вас обязаны пустить – там односторонние иллюминаторы с оптическими фильтрами. Еще есть вопросы?

– Связь?

– Мой код на вашем телекоме. Кстати, мое оперативное имя – Лис. С профессором связь, опять же, через меня. Ну, вам пора. Я думаю, все-таки стоит узнать, что там с вашим инспектором, – он почти бегом отвел Штимера к лифту и неожиданно улыбнулся. – Останемся живы – будет о чем вспомнить! До связи.

Первое, что увидел Биллинг, – беззвучно шевелящее губами лицо Штимера. Потом вернулся слух.

– И что ты лежишь, как на пляже? Это неприлично. Погляди, вон Петр – как огурчик… маринованный.

– С ним все в порядке, – раздался незнакомый высокий тенор, – по данным анализа, такая же доза наркотика. Сейчас придет в себя.

Чья-то рука коснулась носилок, и они начали постепенно изгибаться, принимая форму полулежачего кресла. Биллинг увидел Петра, вяло улыбающегося с других носилок, Гро, стоящего рядом со Штимером, незнакомца в парадном черном мундире с разноцветными аксельбантами и двух санитарных роботов.

– Поскольку все уже полностью в сознании, – громко начал парадный мундир, и Биллинг понял, что неприятно-высокий тенор раздается именно оттуда, – я, как командор Третьего пассажирского уровня люкслайнера «Лотос», должен уведомить вас о серьезности произошедшего инцидента, – обладатель тенора еще больше приосанился и продолжал: – Получив сигнал о несанкционированном посещении одной из кают вверенного мне Уровня гостями более низкого Уровня, я обнаружил следующее – излагаю факты: трое из четырех здесь присутствующих пассажиров незаконно проникли в не принадлежащую им каюту более высокого Уровня, чем их собственная. Один из указанных пассажиров в состоянии наркотического транса произвел выстрел из боевого оружия. В результате нанесен существенный ущерб как интерьеру каюты, так и ее конструктивным элементам. Поврежден манекен, принадлежащий хозяевам каюты. Жертв нет. Выношу решение. В соответствии с бортовыми законами ущерб будет учтен и вместе со штрафом взыскан с виновных. Также должен уведомить, что, поскольку никто из вас не обладает ни Конфедеративным, ни Локальным иммунитетом, в качестве меры пресечения я запрещаю вам находиться на Третьем уровне. Я подтверждаю ваше право на ношение оружия, однако напоминаю, что по закону любое убийство, кроме случая последней меры обороны, карается смертью. К вам ограничения на передвижение по данному Уровню, разумеется, не относится, – добавил он, обращаясь к Штимеру, – вы не участвовали в инциденте, и, кроме того, ваша каюта здесь. Однако, по моим сведениям, вы все являетесь членами одной организации, а именно Полицейского Департамента Короны и действуете совместно. Это так?

Повисла тишина. Биллинг глубоко вздохнул, искренне радуясь, что тенор наконец заткнулся, утомленная физиономия Петра тоже слегка прояснилась. Штимер некоторое время молча рассматривал непреклонного командора, затем так же молча взял его под руку и отвел в сторону. Повернувшись, чтобы не видели коллеги, есаул раскрыл ладонь – пирамидка послушно засеребрилась в воздухе.