Моя дикая страсть (СИ) - Гром Юля

Я устала от людей, поздравлений, обсуждений за спиной. Мне надо все уложить в голове. Сейчас там полный бардак. Еще утром я должна была выйти замуж за Рюзгара, а стала женой его старшего брата. Даже не знаю, радоваться мне такому повороту или нет. Приступ ярости Батура меня напугал. Он как космос. Непонятный, неизученный, его темнота пугает и затягивает в свою бездну, но мне до дрожи в коленях любопытно его разгадать. Я не понимаю, что он ко мне чувствует и зачем женился на мне. Иногда мне кажется, что он горит от страстного желания при виде меня. А через секунду он превращается в ледяную глыбу.

Кожаные кресла автомобиля приятно остужают кожу. В салоне так тихо, что я слышу стук собственного сердца. Водитель молча выполняет свою работу, внимательно следя за дорогой. Батур напряженно смотрит в окно. Его рука, на которой красуется гладкое обручальное кольцо, лежит на сиденье. Украшение ярко блестит в темноте салона. Между нами большое расстояние, а если сказать точнее, целая пропасть.

Я предпринимаю слабую попытку ее преодолеть. Кладу руку на сиденье рядом с его, на мгновение соприкоснувшись мизинцами. Затаив дыхание, жду действий с его стороны. Ну же, Батур, возьми меня за руку, скажи, что зря вспылил и незаслуженно обвинил меня в связи с бывшим.

Но пауза затягивается. Так и не дождавшись реакции, поджимаю губы и опускаю глаза в пол, чтобы он не увидел грусть на моем лице.

Глава 20

Мы подъезжаем к особняку семьи Юксель. Я второй раз здесь и снова ночью. В темноте огромный дом выглядит зловеще и ничего хорошего мне не сулит. Муж выходит из машины и подает мне руку. Медлю, вглядываясь в его строгое лицо.

— Ну же, Дикая. Смелее. Или тебя на руках отнести?

Фыркнув и вздернув нос, выбираюсь из машины без его помощи. С гордым видом дефилирую по каменной дорожке, мысленно посылая проклятия на голову муженька.

— Ой, — взмахнув руками, спотыкаюсь, чуть не падая. — Дурацкие каблуки.

— Просто кто-то много выпил, — говорит с укором. А я напрягаюсь всем телом, оказавшись в его сильных руках.

Зайдя в дом, Батур опускает меня, в ответ я немного теряюсь. Куда идти, не знаю.

— Где моя комната? — стараюсь говорить как можно увереннее.

— Ты хотела спросить, где наша комната?

— Пойдешь со мной или будешь ночевать здесь на диване? — даже не обернувшись, он продолжает подниматься по широкой мраморной лестнице.

Мне ничего не остается, как пойти за ним. Подхватываю подол и подхожу к лестнице. Стук каблуков разлетается эхом по безмолвному дому.

— Так и быть. Сегодня переночую у тебя. Просто я сильно устала и поздно уже.

Оглядевшись по сторонам, замечаю на втором этаже просторный холл и всего две двери белого цвета.

— Левая дверь ведет в комнаты отца с Берной. За правой дверью наше крыло. На третьем этаже комнаты Рюзгара, Мелек и Гюль.

— А Гюль это…

— Младшая сестра.

— А на свадьбе ее не было?

— Ты потом с ней познакомишься. Пойдем.

Слегка подталкивая меня за талию, Батур открывает дверь и заводит в темное помещение. Ничего не вижу, ощущаю только аромат цитруса и свежести. Когда включается свет, зажмуриваюсь и не сразу могу рассмотреть обстановку. Когда глаза привыкают, у меня получается изучить просторную гостиную с минимальным набором мебели. Все выдержано в серо-голубых тонах. Строго и лаконично, ничего лишнего. Посередине комнаты стоит угловой серый диван и кресло. Напротив, на стене висит огромная плазма. Кроме одной картины и парочки ваз на комоде, никакого декора в гостиной нет. Все по-мужски сдержанно и минималистично.

— А что за этой дверью? — указываю на гладкую белую дверь справа.

Батур проходит первым, я за ним. Мы заходит в темный коридор. Когда включается свет, вижу еще несколько дверей.

— Здесь мой кабинет, библиотека, спортзал и гардеробная. Но тебе здесь лучше не появляться. Эти помещения для меня. Пойдем покажу твои комнаты.

Мы выходим, Батур плотно закрывает дверь и ведет меня через всю гостиную к такой же резной двери напротив. За ней располагается спальня. Сразу бросается в глаза кровать королевских размеров. Весь интерьер спальни также выдержан в серо-голубых, холодных тонах. Даже по рукам колючие мурашки побежали, и захотелось укрыться одеялом.

— Это твоя ванная, а это гардеробная. Вещи доставили и уже разложили по местам.

Это просто рай для каждой девушки. Огромное светлое помещение с вешалками, полочками и туалетным столиком.

— Заблудиться можно.

— Привыкнешь. Если тебе что-то не нравится, можешь переделать на свой вкус. Это наше крыло — ты здесь хозяйка.

— Нет, мне все нравится, дизайнер потрудился на славу, да и я здесь ненадолго. Мы же скоро разведемся. Как сказал твой отец, — снимаю фату, вешаю ее на стул и жду реакцию на мои слова.

Батур, смерив меня холодным взглядом, молча выходит из гардеробной. Он снимает пиджак, небрежно бросает его в кресло. Почувствовав мою растерянность и страх, Батур медленно подходит ко мне, на ходу расстегивая рубашку, от чего меня обдает жаром. Отступаю назад от него, пока не упираюсь в стену. Сердце истошно бьется о ребра. Ну чего я так разнервничалась, не видела, что ли, мужского тела. Нет, такого красивого накачанного не видела. Фигура Андрея ни в какое сравнение не идет.

Батур подходит вплотную, мой взгляд упирается в его грудь, поднять глаза выше не хватает смелости. Сильные, властные руки бережно расплетают мою прическу. Волосы послушно рассыпаются под мой едва различимый стон облегчения. Вспыхнувший огонек желания разгорается до огромного пламени. Температура в спальне неумолимо растет вверх.

— Батур, отец разозлился из-за того, что ты мне кулон подарил. Если надо, я верну, — чтобы разрядить обстановку, болтаю первое, что приходит в голову.

— Тсс, — он прижимает палец к моим пересохшим губам и безотрывно смотрит на них. Меня гипнотизируют его глаза, иначе как объяснить то, что я целую его палец. Легкое невесомое движение, но Батур все чувствует, судя по нервному движению кадыка. — Я не принимаю свои подарки обратно. Я хочу, чтобы ты всегда носила кулон и не снимала.

— Но ведь Метин сказал, что скоро мы разведемся…

— Повернись, — приподняв бровь, гневно произносит, и я послушно выполняю команду. От его слов все трепещет. Упираюсь руками в стену, жду, что будет дальше. В висках долбит пульс, ватные ноги еле держат. Мужские пальцы проходятся по шее, запуская мурашки по всему пылающему телу. Затем спускаются по позвоночнику вниз. Прикосновения приносят острое удовольствие, граничащее с адской болью. Живот скручивает в диком сладком спазме. Прикосновения осторожные, изучающие, совсем не характерные для жесткого Батура. Я напряжена до предела. Тело напоминает хрустальную статуэтку. Если сильнее дотронется, я рассыплюсь к его ногам.

Легкая ткань платья соскальзывает с плеч и падает на пол. Я остаюсь в одном нижнем белье. Между ног неимоверно горячо и мокро. Закусываю губу, чтобы не стонать в голос. Он больше не трогает меня руками, их заменяет взгляд, которым он пожирает каждый изгиб моего тела. На меня никто никогда так не смотрел. Физически ощущаю, как Батур рассматривает плечи, опускается к талии, ягодицам. Я невольно прогибаюсь в пояснице и трусь об его выпуклую ширинку. Он так близко, что спина полностью соприкасается с его каменной грудью. Я слышу сквозь рваное дыхание его хриплый стон. Попав под влияние его мужского магнетизма, я уже плохо ощущаю связь с реальностью.

— Отдыхай, у тебя был сложный день, — голос подводит мужа и переходит на шепот. Слышу за спиной звук удаляющихся шагов. Батур, закрыв за собой дверь, оставляет меня в полной растерянности, тишине и изматывающей неудовлетворенности.

Глава 21

Мне становится зябко. Набрасываю халат, но шелк еще сильнее холодит тело. В полной растерянности оглядываюсь по сторонам. Все чужое, незнакомое. Лишь свадебное платье, брошенное на пол, напоминает, что это моя реальность, а не сон. Подняв его, прижимаю к груди. Ложусь в огромную пустую кровать, утыкаюсь носом в подушку и беззвучно плачу. Такой одинокой и беспомощной я никогда себя не чувствовала. Как же хочется домой, к няне и папе.