Лабиринты страсти - Эвелина Гольдман

рассматривает фотографии. Да, там есть фотография, где мы на дне рождении. Счастливый день был, скорее всего тогда и была зачата наша дочь.

— Отдай, — вырываю альбом из его ручищ, — Ничего здесь не трогай и ничего не рассматривай, уяснил?

— Уяснил, — улыбается, — А тут твои трусики сушатся, — Твою же… я забыла, что повесила свои трусы сушится на батарею. Гордей растягивает их между пальцев и внимательно рассматривает, — Не знал, что ты любительница розового леопарда, — господи, за что мне это? Это из-за тогда Рождества 15 лет назад? Когда я толкнула мальчишку в снег?

— А я не знала, что ты любитель рассматривать чужое белье, — выхватываю трусы и бросаю себе в открытую дорожную сумку.

— Ты обо мне многого не знаешь, — интриган нашелся.

— И не хочу знать, — продолжаю складывать вещи, а он просто стоит сзади, что очень напрягает. Как же он меня раздражает.

— Ты меня тоже.

— Что ты меня тоже?

— Бесишь, я умею читать твои мысли, — соберись, Лина.

— Тогда просто мне не мешай, — Гордей проигнорировав меня, начал помогать перетаскивать в коридор вещи, а я как вкопанная смотрела на его мышцы, обтянутые черным гольфом. Если мое имя рифмуется с ангелом, то его с Люцифером, потому что его имя- это один из 7 пороков. Даже в этой квартире он ведет себя, как хозяин.

— Ой- ой, — я начала падать на диван с антресоли, хотела забрать там мои нарисованные проекты, начинаю пытаться ухватиться за выступающий край, но ничего не выходит, сейчас я упаду на спину…

Зажмуриваю глаза и ощущаю, как меня ловят сильные руки, и все. Открываю глаза и сталкиваюсь с его, он внимательно смотрит на меня, нахмурив брови.

— Вот зачем ты туда полезла? — а я не могу оторваться, я его так близко давно не видела. Глаза в глаза, а дальше не понятное, я смотрю на него, а он на меня. Сердце колотится, как бешеное, а пульс перешел за 100 точно.

— Затем, — вырываю и становлюсь на пол, — Ты к своей невесте лучше иди, я и сама справлюсь.

— Вижу я, как ты справишься, чуть не упала, — я давно не ощущала такой злости.

— Тебе то что? Пришел тут, король, — размахиваю бедрами в имитации делового вида, а Гордей приподнимает одну бровь, — Уволил меня, выселил, а не пойти бы тебе…

— Куда? — снова этот вызов.

— Куда подальше, — тут этот напыщенный подлетает ко мне и становится ближе. А сзади стена, мне некуда бежать.

— Послать даже не можешь, а строишь из себя плохую девочку, — надвигается, а сзади стена, — Нервы, — констатирует, — Я уже говорил, почему так, — улыбается, вот черт, — Хочется, чтобы в тебя вставили, да? — от такого хамства я замахиваюсь, но руку тут же перехватывают, — Мне нравится, когда ты такая.

— Пусти, урод, — пытаюсь освободить руку.

— А то что?

— Я убью тебя, — в этот момент мне и вправду кажется, что я могу его убить.

— Даже так? — опускает глаза вниз, к шее, вдыхает запах, а меня подкидывает на этом месте, внизу живота это, что я не ощущала столько времени, — Спорю, что ты уже мокрая.

— Проверяй на своей невесте, — хмыкает.

— Ревнуешь?

— Уж точно нет и предупреждаю: еще раз коснешься- я буду кусаться, драться и кричать, — улыбается, все так же, когда чувствует себя победителем.

— А ты ещё та штучка, да? — смеется.

Я больше не реагирую на него вообще, только тихо собираю оставшиеся вещи, оставляю ключи соседке и мы едем в больницу, забирать Женю и знакомится с новым домом, а может и жизнью…

Глава 20. Лина

Я вошла в новую квартиру, пока Гордей заносил последний ящик с вещами из машины. У Евгеши пока что болел шов, поэтому передвигалась она на руках, но врач обещал, что скоро шов окончательно заживет и она будет чувствовать себя бодро. Гордей первый занес все вещи в квартиру и спустился, чтобы взять последнюю сумку и сразу забрал Женьку на руки.

— У папы тааак высоко, мама смотри, — Женька так радовалась, что и у меня не оставалось ничего, кроме того, чтобы улыбаться и идти за ними.

Мы поднялись на 17 этаж, холл жилого комплекса был абсолютно новый и там ещё пахло стройматериалами. Очень приятно место, а зеркальный лифт чего только стоит. Женьке тоже нравилось, а вот Гордей только внимательно следил за нашей реакцией.

Гордей открыл ключом дверь и сразу отдал его мне, мы зашли в длинный коридор, из которого выходил 3 двери и одна арка. Первым делом я прошла к арке и осмотрела просторную гостиную, соединенную с кухней и столовой, окна были в круговую расположены по всей комнате. Стены были пустые, но уже можно было представить картины и фотографии Женьки. Большой диван, кресла и столик перед телевизором обещали комфортные вечера, везде были автоматические подлокотники и выдвижные подставки для ног, а так же огромный экран телевизора, Женька будет свои мультики смотреть, главное теперь контролировать время просмотра. Кухня была большая и с множеством шкафчиков, а так же большим холодильником, микроволновой печью, кофемашиной и чайником. Столик был рассчитан на 5 персон, мне очень понравилась то, что он был стеклянный и отлично вписывался в этот интерьер. Напротив гостиной была дверь, которая вела в ванную, комфортную и просторную. Рядом была прачечная, в которой была стиральная машина и сушильная, что очень облегчит мой быт.

Из детской уже доносились разговоры Жени с Гордеем, они разбирали игрушки и ставили их на полки, детская была просто потрясающая. Маленькая кроватка в виде жемчужины, розовый пушистый коврик у нее, а так же полки и просторный шкафчик. Я оставила Гордея с Женей и пошла в свою спальню. Огромная двухспальная кровать, гардеробная, ванная и выход на балкон, а так же ещё туалетный столик, на котором стояли мои любимые духи, только новые, будто их специально кто-то туда поставил.

— Я заметил, что у тебя не было, — вдруг сзади послышался голос Гордея.

— Не нужно было, но спасибо, — он уже успел занести мою сумку сюда, а я прошла в гардеробную, в которой лежали мои вещи, те вещи, которые я не забрала от Гордея тогда.

— Это…

— Твои вещи, я их не выбросил, думаю, что пригодятся, там есть твои сумки, — сумки были дорогими и очень качественными, но все равно было неловко.

— Ещё вот, — Гордей подошел и протянул коробочку, в которой лежал тот самый комплект в форме клевера. Я просмотрела ему в глаза, а он сменил тему:

— Там Женька уснула…

— Это нормально, она всегда спит в это