Лабиринты страсти - Эвелина Гольдман

все десять глаз вытаращиваются на меня, а отец прекращает жевать свой салат и часть капусты торчит изо рта.

— Как это отменить? — спрашивает Эля.

— Я не хочу портить тебе жизнь и себе, поэтому я хочу просто отменить эту, никому не нужную, свадьбу и я уверен, что ты еще встретишь достойного для себя мужчину, но это точно не я, — вижу, как она начинает плакать, от этого мне сразу плохо.

— Но как же договоренности? — спрашивает отец Эли. Это все, что их с моим отцом интересует.

— Так брак не должен создаваться, поэтому я и хочу его отменить.

— Ты охерел? — отец подрывается изо стола, из-за чего его тарелка летит на пол и разбивается, а бокал с вином падает на белоснежную скатерть, постеленную на стол.

— Нет, отец. Я просто не хочу портить не себе жизнь, не Эле.

— Это все из-за неё? Как она появилась заново, у тебя начались проблемы, — отец, как всегда проницателен, только не проблемы начались, а наконец-то нормальная полоса.

— Точно, дело в ней, ты её никак забыть не можешь, — подыгрывает Марго.

— Сразу бы сказал, что просто до сих пор её любишь, — успокаиваясь говорит Эля, — Я сразу это поняла, еще в ресторане.

— Дело не в ней, а во мне, поэтому давайте мирно вести себя в этой ситации.

Родители Эли просто встают и уходят, Эля идёт за ними, я несколько раз пытаюсь просить у неё прощения, но слушать она меня не хочет. А вот мой отец с Марго продолжают оставаться на своих местах и донимать меня еще сильнее.

— Зачем тебе эта шлюха? — от этих слова по прежнему больно, как в первый раз. Только вот реакция Марго мне не понятна, уж больно она тихо сидит.

— Лина мать моего ребёнка, — шокированные глаза отца я запомню навсегда.

— Какого еще, мать твою, ребёнка?

— Моей дочери, ей четыре с половиной года и я с ней познакомился вчера, — Марго, будто, знает про это все и поэтому просто вообще не понимает, что происходит, сидит, как в космосе. разглядывая стены ресторана. Что-то тут не так.

— Ты ДНК делал?

— Нет, он там не нужен.

— От шлюхи нужен.

— Отец, мне не до этого сейчас. Сейчас девочка в больнице и я хочу к ней пойти.

— Нужен ДНК.

— Мне он не нужен, я знаю, что эта девочка- моя, — встаю и ухожу к Жене…

Глава 18. Лина

Из моих мыслей меня вырывает бабушка, которая прибежала, вместе со Светкой навестить Женю. Они разговорились только про здоровье, и опасность глотать игрушки:

— Вот зачем ты вообще её проглотила? — спрашивала Светка про то, зачем Женя это сделала.

— Я смотрела в мультике, что эта принцесса проглотила такую волшебную колбочку и у нее выросли крылья, вот и я захотела такие крылья, — я грустно улыбнулась, а вот бабушка начала рассказывать про небылицы и что такого в реальности не бывает.

— Вот папа Гордей подарил мне игрушки, — четыре злых глаза смотрели то на меня, то на Женю и ничего не говорили, а только сканировали нас двоих. В палату входит врач и забирает Женю, чтобы осмотреть её шов, а я понимаю, что теперь остаюсь наедине с двумя, потенциально опасными для общества, женщинами. Светка точно может убить Гордея, а вот бабушка ещё и добавит.

— Ну вот теперь рассказывай, что он делал рядом с тобой? — я рассказываю им всю историю, как мы встретили Гордея, как попали в больницу и что теперь Женя все знает.

— Ладно, он отец, раз объявился, пусть помогает, — не нужна только мне его помощь, но я промолчав дальше слушаю о том, как они вдвоем будут его бить.

Вечер проходит вполне себе хорошо, Женька окрепла и уже с удовольствием играла, вот только постоянно спрашивает: «А где папа?», я уже сама начала его ждать. Потому, что отвечала постоянно «скоро придет», и как только я уже подумала, что он исчез так же быстро, как и появился, а он вошел в палату с новой игрушкой Женька очень обрадовалась, да и он, по-моему, тоже.

— Папа, папа, — она подошла к нему и прыгнула на руки, а вот она прижал её и какое-то время они простояли в такой позе, обнимаясь. Приятно было видеть это, очень. Пусть даже он причинил мне много боли, но для дочери- он всегда будет Папой.

— Как у тебя сегодня дела? — спросил Гордей у Женьки, усаживая её на кровать.

— У меня все уже хорошо, только вот тут под пластырем немного болит, — Гордей нахмурился, оглядел Женьку теплым взглядом и щелкнул по носу.

— Завтра я тебя с мамой повезу утром в новый дом, — я вместе с Женей вытаращиваю глаза и смотрю на него в ожидании новой информации.

— К тебе? — мы с Гордеем, как на автомате, переглядываемся, но он не теряясь сразу отвечает:

— Нет, но близко, — я опустила глаза на колени и задумалась о том, как нам все вещи перенести.

— Лина? — я поворачиваюсь на него:

— Мы завтра заберём все ваши вещи, — отвечает на внутренний вопрос.

Какое-то время они с Женей играются, прячутся по палате, а наблюдаю за этой картиной. Она часто мне снилась. Да и сейчас, будто, снится.

Гордей уходит поздно, а Женька никак не может прийти в себя после ухода, поэтому до 12 ночи мы просто лежим а обнимку на одной кровати.

— Мама, а ты любишь папу? — знала, что когда-то этот вопрос будет задан.

— Когда-то очень любила, — задумалась.

— А сейчас? — я думаю, что скорее ненавижу его, злюсь и обижена. Но почему-то чувствую это все меньше и меньше.

— Тебе нравится проводить с папой время?

— Очень, как и с тобой, а с вами двумя нааамного лучше, — мы какое-то время ещё разговариваем обо всем, а потом засыпаем.

Мне даже снится сон, как мы все вместе, а мы с Гордеем снова пара. Все, как раньше, только мы втроем. Вот только, как раньше- уже не будет…

Глава 19. Лина

— Что из этого ты будешь брать? — спрашивает Гордей, стоя в моей бывшей спальне.

— Всё, это вообще все мои вещи, — ну конечно, не вашей невесты покои, но люди и так живут.

— Я могу купить тебе новые…

— Ты мне ничего не будешь покупать, понял? — хмыкает. В последнее время нервы на исходе, как только он появился в моей жизни, мое привычное спокойствие просто убежало от меня. Я будто не Лина.

— В этом альбоме есть я, — вижу, что Харитонов держит фотоальбом и