Дочь великого грешника - Нора Робертс

Чувствуя себя ужасно глупо, Лили ухватилась за седло и позволлила Адаму подсадить ее. Потом взглянула на него сверху, глаза на избитом лице были очень серьезны.

— Адам, моя жизнь — сплошная путаница. Он только кивнул, подтягивая стремена.

— Пора вам начинать ее распутывать. — Он осторожно положил руку на ее лодыжку, желая, чтобы Лили потихоньку начинала привыкать к его прикосновениям. — А сегодня вы просто прокатитесь в горы, вот и все.

…Маленькая сучка, позволяет этому полукровке лапать себя. Эта вечно хнычущая тварь решила, что избавилась от Джесса Кука, вообразила, что сбежала и он ее никогда не поймает. Напустила на него легавых. Она еще за это заплатит.

С закипающей яростью Джесс разглядывал эту парочку в полевой бинокль. Интересно, думал Джесс, этот ковбой-полукровка уже трахнул Лили или еще нет? Ничего, этот ублюдок тоже за все заплатит. Лили — жена Джесса Кука, и скоро он ей об этом напомнит.

Идиотка, она и в самом деле считает, что очень ловко запутала следы, когда смылась в Монтану. Но раньше солнце зайдет на востоке, чем наступит день, когда Джесса Кука обведет вокруг пальца баба.

Он знал, что она и шагу не ступит, прежде чем не посоветуется со своей дорогой мамочкой. Поэтому он устроил засаду в мотеле неподалеку от хорошенького домика в Виргинии и каждое утро ходил к почтовому ящику и проверял содержимое, чтобы перехватить письмо от Лили.

Упорство дало свои плоды. Как Джесс и ожидал, вскорости пришло письмо. Он вернулся к себе в мотель и распечатал письмо над паром. О, Джесс Кук вам не дурак. Прочитав письмо, он узнал, куда Лили направляется и что она затеяла.

Значит, наследство получила, с горечью думал он. А собственному мужу — шиш. Нет, голубушка, этот номер у тебя не пройдет.

Запечатанное письмо снова лежало в почтовом ящике, а Джесс уже мчался в Монтану. И прибыл туда, с гордостью говорил он себе, на два дня раньше своей идиотки-жены. Для такого головастого парня двух дней оказалось вполне достаточно, чтобы разобраться, что к чему, и получить работу на ранчо «Три скалы».

Ну и поганая же работенка — машины ремонтировать, чертыхнулся он, стоя в своем укрытии. Ну да ничего. В моторах он разбирался, а джип, нуждающийся в починке, всегда найдется. Когда, же такового не находилось, Джесса заставляли с утра до вечера проверять изгороди.

Но все равно, удачно получилось. Человек ездит на джипе и проверяет изгороди, а потом делает небольшой крюк, чтобы проверить еще кое-что.

Да уж, увидел он достаточно.

Джесс потрогал усы, которые он специально отпустил и покрасил, как и волосы, в каштановый цвет. Всего лишь предосторожность, маленький маскарад, говорил он себе, — на случай, если Лили тут успела про него наболтать. Если уже распустила свой длинный язык — они будут высматривать блондина с бритым лицом. Волосы он отрастил подлиннее, ходит теперь, будто баба. Его трясло от злости при мысли о том, что пришлось расстаться с бобриком морского пехотинца.

Ничего, в конце концов все его жертвы окупятся. Когда он вернет Лили назад, он напомнит ей, кто главный. Самый главный. А до тех пор надо держаться в сторонке. И наблюдать. — Хорошо проводишь время, сука, — процедил Джесс, глядя прищуренными глазами на Лили, ехавшую на лошади за Адамом. — Но время расплаты придет, будь уверена.

День уже почти померк, когда Уилла вернулась на ранчо. Кастрация и обрезание рогов у бычков было делом грязным, неприятным и весьма тяжелым. Уилла знала, что работает сверх своих сил, но собиралась поступать так и дальше. Она хотела, чтобы мужчины видели ее на каждом участке работы, не давала себе никаких скидок. Смена власти даже при самых благоприятных обстоятельствах — момент тяжелый. А в ее случае обстоятельства были далеки от благоприятных.

Именно по этой причине, когда стадо лосей сломало забор и воцарился сущий хаос, она тут же примчалась на место происшествия. И по той же самой причине она взялась лично руководить теми, кто отгонял лосей и чинил забор.

К концу дня, когда порядок был восстановлен и работники уже резались в карты в своей общаге, Уилла мечтала лишь о горячей ванне и горячем ужине. Она была уже на полпути к первой части своей мечты, когда раздался стук в дверь. Зная, что Бесс наверняка в кухне, Уилла спустилась вниз и отворила. Увидев Бена, она рявкнула:

— Ну, чего тебе?

— Хорошо бы пивка холодненького.

— Здесь тебе не салун. — Но все же она посторонилась, пропуская его в гостиную, где стоял холодильник. — Давай побыстрее, Бен. Я еще не ужинала.

— Я, вообще-то, тоже. — Он взял протянутую бутылку. — Но на приглашение я не рассчитываю.

— Сегодня я не расположена к общению.

— А ты никогда к нему не бываешь расположена. — Он запрокинул голову и в два огромных глотка осушил бутылку. — Мы с тобой не виделись с тех пор, как ездили в горы. Хотя мне, наверное, следовало тебе сообщить, что я так ничего и не обнаружил. След потерялся. Тот, кто это сделал, умеет ловко заметать следы.

Уилла тоже взяла себе пива. Ноги у нее гудели, и она плюхнулась на диван рядом с Беном.

— Маринад считает, что это дети. Наколотые придурки-подростки.

— А ты?

— Я так не считаю. — Она передернула плечами. — Но лучшего объяснения сейчас придумать не могу.

— Да, верно. Нет смысла возвращаться в горы. Стадо-то уже спустилось. Твоя сестра вернулась из Лос-Анджелеса?

Уилла медленно вращала головой, чтобы расслабить мышцы шеи, но при этом вопросе остановилась и нахмурилась.

— Ты чересчур любопытен, Маккиннон. С чего это тебя интересуют дела ранчо «Мэрси»?

— Теперь это входит в мои обязанности. — Ему нравилось напоминать ей об этом, так же как нравилось смотреть на ее волосы, заплетенные в косичку, на ноги в сапогах, которые она вытянула перед собой. — От нее что-нибудь слышно?

— Она прибудет завтра. Так что если ты из-за нее лезешь в мои дела, приходи…

— И ты меня с ней познакомишь? — Он коснулся ее волос и с удовольствием начал их теребить. — Может быть, я в нее влюблюсь и займу ее делом, чтобы она не путалась у тебя под ногами?

Уилла оттолкнула его руку, но Бен снова стал играть ее волосами.

— Что, женщины так и падают в твои объятия?

— Только не ты, дорогуша. Очевидно, не могу найти правильного подхода к тебе. — Он провел пальцем по ее щеке и увидел, как сузились ее глаза. — Но я буду работать над собой. А как другая?

— Другая кто? — Уилле хотелось отодвинуться немного, но она понимала, что это будет выглядеть глупо.

— Другая сестра?

— Она где-то здесь.

Он довольно улыбнулся.