Принц, что так жесток - Ингрид Сеймур

Ведьмины огни. Во что я вляпалась?

Краб на секунду успокоился. Я почувствовала, как учащенное биение моего сердца отдается в ушах. Мгновение спустя клешня, в которую я вцепилась, начала медленно двигаться к зазубренной щели под глазами существа.

Вот черт.

Он решил впервые отведать человечины.

Ну уж нет.

Я отпустила клешню и, замахнувшись, вонзила нож прямо в центр блестящего черного глаза-бусинки, после чего приземлилась на ноги. От дикой боли краб заверещал так громко, что я зажала уши руками. Он бился в агонии из стороны в сторону, но, когда я бросилась прочь, одна из его клешней метнулась ко мне. Ну вот и все, теперь мне точно конец.

Я старалась изо всех сил и храбро сражалась, но пришло время прощаться. Я подумала о своей семье – сестрах, брате, матери – и о том, что больше никогда их не увижу. При этой мысли мое сердце заныло от боли. Я не увижу, как мои родные брат и сестры состарятся, никогда не обниму маму. Не познакомлюсь с племянниками и племянницами, если таковые вообще появятся. Никогда не стану тетей Дани, которая бы исцеляла каждую их царапинку и выхаживала при высокой температуре. Порой об этом я мечтала больше, чем о собственных детях.

Я подумала о малышке Мюриэль, лежащей на больничной койке, и о сияющей в ее глазах надежде, когда я обещала найти способ вылечить ее.

Будь ты проклят, Калилл Аданорин. Будь ты проклят.

Клешни сомкнулись.

Я закрыла глаза, приготовившись к смерти.

Что-то просвистело в воздухе – быстро, словно ракета. Раздался громкий хруст, рычание и еще один пронзительный визг.

Я распахнула глаза.

Прямо передо мной стоял принц, появившийся из ниоткуда, словно я мысленно призвала его. Меч торчал из клешни краба, а по лезвию стекала склизкая желтая кровь. Когда она с шипением коснулась его кожи, принц вздрогнул.

Зарычав, он выдернул меч из клешни. Быстрым движением схватил меня за запястье и потянул за собой, когда краб накренился и завалился набок. Мы упали на твердый панцирь и, соскользнув по нему, приземлились на песок.

Прежде чем я поняла, что происходит, принц обхватил меня за талию и рывком поставил на ноги. Он практически потащил меня по скользким песчаным дюнам в сторону леса, пока краб визжал и бился в агонии позади нас. Мгновение спустя принц вонзил меч в покрытую зеленью землю и затащил нас обоих на вершину холма. Оказавшись наверху, я упала на колени и отползла в сторону. Моя грудь тяжело вздымалась, а тело дрожало от пережитого шока. Я услышала, как принц поднялся на ноги и повернулся, чтобы посмотреть на визжащее внизу существо, но я сама могла лишь сдерживать рыдания.

Глава 9

По моим щекам потекли горячие слезы, и я не знала, как их остановить.

– Бедное животное умрет, и все из-за меня, – всхлипнув, сказала я. О ведьмины огни… Я же всадила нож прямо ему в глаз.

Принц переступил с ноги на ногу и встретился со мной взглядом.

– Что? Вы говорите о декаяне?

Я схватилась пальцами в волосы и снова всхлипнула.

– Мисс Сандер, он собирался убить вас. Вам пришлось бороться за свою жизнь. Это вполне естественно.

Я подавила рвотный позыв, вытерла слезы и медленно встала на ноги. Повернулась лицом к песчаным дюнам и уставилась на чудовище, похожее на громадного краба. Декаяна, как назвал его принц, зарылась в песок. Ее крики становились все тише и глуше, пока в какой-то момент не прекратились совсем. От нее не осталось ни следа, кроме, разве что, легкого шевеления песка.

Перед нами простирались бесконечные песчаные дюны. Я настороженно оглядела их в поисках волкоподобного зверя, но нигде его не увидела. Неужели он потонул в зыбучих песках? Но что-то подсказывало мне, что он просто сбежал. Я с опаской оглянулась на лес позади нас.

– Спасибо, – нехотя сказала я.

Я ожидала, что принц накричит на меня, скажет, какую глупость я совершила, или упрекнет в том, что если бы я осталась в лагере, то ничего этого не случилось бы. Что из-за меня они потеряли много времени. Или что я заслужила, что меня чуть не сожрал сначала странный волк, а потом гигантский краб.

Но он лишь склонил голову с королевской грацией.

– Не за что.

Он размял пальцы, которые, как я заметила, покрывали глубокие рубцы. Некоторые из них пошли волдырями, как будто он опустил руку в кипяток. С ним это сделала кровь декаяны. Наверное, она была едкой, как кислота.

Я шагнула к нему.

– Ваши руки.

Он пожал плечами.

– Все в порядке. Они уже заживают.

Они и правда заживали. Небольшие рубцы затянулись, покрывшись нежной покрасневшей кожей, но на более крупные потребуется какое-то время.

– Вы позволите? – Я потянулась и аккуратно сжала его мозолистую ладонь в своей. По сравнению с его руками, мои казались совсем крошечными, почти детскими. Кончиками пальцев я провела по рубцам, направляя в них волны исцеляющей магии. Раны исчезали прямо на глазах, зарастая гладкой кожей.

Я повторила процедуру на второй руке, а потом быстро отпустила его. Принц сгибал пальцы и поворачивал ладонь то в одну сторону, то в другую, внимательно изучая ее.

– Теперь моя очередь благодарить вас. – Его проникновенные голубые глаза встретились с моими, и на мгновение мне показалось, что гравитация тянет меня вниз. Было в его взгляде что-то гипнотическое, некая сила, которая, казалось, стирала из головы все связные мысли. Наверно, это был один из навыков, которыми так славились фейри.

Я с трудом заставила себя сделать шаг назад.

– За мной гнался зверь, – неожиданно призналась я. – Возможно, он все еще где-то здесь.

– Зверь? – повторил принц, прищурившись. – Кто-то еще, кроме декаяны?

Я кивнула.

– Я никого не видел.

Я огляделась.

– А где ваш конь?

– Я… не успел привязать его. Наверное, куда-то ушел.

– А где остальные?

– Я… скакал быстрее. Уверен, скоро они догонят, но нам лучше вернуться на равнины.

Он поднял с земли меч, тщательно очистил лезвие о траву и, убрав в ножны за спиной, зашагал на восток. Заметив, как он проводит рукой по растрепавшимся волосам, я смущенно распустила длинный хвост и тоже попыталась привести себя в порядок.

Почувствовав, что я отстала, принц повернулся.

– Идемте скорее, нам надо… – Он осекся, уставившись на мое лицо и распущенные локоны. От его пристального взгляда я еще сильнее смутилась