Израиль: война и мiръ - Яков Рабкин

милосердие, заменяются идеалами, присущими всякому национализму, – крайним эгоизмом и национальной гордостью. Такая подмена низводит еврейское самосознание сионистов вне Израиля до хрупкого «израилизма на расстоянии», полностью зависимого от существования данного политического образования. Критики такого подхода утверждают, что ставить будущее иудейства в зависимость от судьбы государства – признак духовной близорукости.

Руководители еврейских организаций, часто известные и уважаемые граждане своих стран, нисколько не стесняются называть израильских дипломатов «нашим консулом» или «нашим послом». Более того, многие наблюдатели отмечают, что теперь проблема двойной лояльности, возникновения которой опасались противники сионизма, уже не стоит так остро: многие евреи диаспоры лояльны исключительно Государству Израиль.

«Я боюсь, что слепая поддержка Израиля так или иначе даст повод для подозрений в двойной лояльности. Это может показаться абсурдным, но как сотрудник дипломатической службы США в отставке я с ужасом думаю о том, что американских евреев начнут увольнять с дипломатической службы и из других государственных учреждений из-за сомнений в их надежности при проведении американской политики на Ближнем Востоке. И упаси нас Господь от еще одного Джонатана Полларда!» [122]

Этот случай обнаружения израильского шпиона внутри американских военных структур остается единичным. Однако превращение Полларда в мученика, а его защиты – в общееврейское дело вызывает сильное беспокойство среди американских евреев и их друзей. «Возможно, самое грустное и самое опасное в деле Полларда то, что требования его освобождения – это чудесный подарок антисемитам… Я прошу вас: остановитесь на секунду. Подумайте, как ваша защита Полларда выглядит в глазах ваших соотечественников» [123]. Опасения возникают и по другую сторону Атлантики. Половина британцев уверена, что евреи преданы Израилю больше, чем Великобритании [124].

Журналист израильской газеты «Хаарец», анализируя положение евреев во Франции, так отозвался об этом явлении: «По причине невежества ли, безразличия, отсутствия солидарности или цинизма мировоззрения, признающего одну лишь цель – увеличение числа иммигрантов, Израиль, считающий себя защитником евреев всего мира, может обнаружить, что он – главный источник всех их бед» [125].

Основатели Израиля с самого начала утверждали, что любой еврей должен оставаться верным Государству Израиль. Так, после нападения Израиля на Египет в 1956 году (его осудили как США, так и СССР) Бен-Гурион заявил, что «каждый еврей, где бы он ни находился, гордится израильским государством и его армией» [126].

Безусловная поддержка Израиля еврейскими деятелями способствует росту антисемитских настроений, что, в свою очередь, укрепляет позиции сионизма и представляет Государство Израиль последним убежищем от антисемитизма. Многие раввины считают, что такая политика самоубийственна для будущего еврейских общин. Им вторят светские израильские интеллектуалы, апеллируя к вечным моральным ценностям Торы: «Евреи загнали себя в угол. Действия [Израиля] вызывают отвращение и сопротивление по всему миру. Они усиливают антисемитский настрой. Столкнувшись с этой опасностью, еврейские организации вынуждены защищать Израиль и предоставлять ему безоговорочную поддержку. В результате мишенью антисемитских нападок становится не только израильское правительство, но и местные евреи… Если бы у меня попросили совета, я бы рекомендовал еврейским общинам мира следующее: вырвитесь из этого порочного круга. Обезоружьте антисемитов. Избавьтесь от привычки автоматически поддерживать все, что делает наше правительство. Дайте слово вашей совести. Вернитесь к традиционным ценностям: “Правды, правды ищи” (Второзаконие, 16:20) и “Ищи мира и стремись к нему” (Псалтирь, 34:15)… По всему миру множатся новые еврейские общины, идущие этим путем и рушащие миф, что евреи по всему миру якобы обязаны подчиняться указам нашего правительства» [127].

Многие видят прямую связь между ростом числа антиеврейских инцидентов во многих странах мира и политикой израильского правительства. «Обострение местного антисемитизма – это великая ложь», – утверждает активист из харедим, обвиняя Израиль в намеренном разжигании таких инцидентов с целью вынудить евреев переехать в Святую землю [128]. По его мнению, этот порочный круг лишь подтверждает, что Государство Израиль представляет собой величайшую опасность для евреев как в самом Израиле, так и за его пределами.

Все больше евреев понимают, что природа Государства Израиль противоречит их моральным и политическим ценностями. Тем не менее они чувствуют себя обязанными поддерживать страну просто по факту ее существования. Несмотря на принципиально антисионистскую позицию Американского совета по иудаизму (American Council for Judaism) – наследника некогда непримиримого к сионизму реформистского движения, – сегодня большинство прихожан реформистских синагог считают себя сионистами. Правда, в Израиле представителей этого направления немного (конфессия там не принята официально: например, брак, заключенный реформистским раввином, не будет зарегистрирован на государственном уровне), а реформисты США и других демократических стран весьма выборочно поддерживают политические действия сионистского государства. Кроме того, многие из них финансируют организации, защищающие права человека, и другие очаги израильского политического диссидентства [129].

Озабоченность судьбами Израиля не ограничивается беспокойством о проживающих там евреях. Для многих сионистов Израиль как политическая структура важнее, чем благополучие самих евреев. Авинери заметил, что «само существование Израиля как государства приобрело нормативное значение для еврейства диаспоры… Израиль воспринимается не только как общность определенного числа живущих в нем евреев: его коллективное существование имеет ценностное и нормативное значение» [130]. Для сионистов Израиль – особая статья. Во всех либеральных государствах политическая конфигурация обсуждается открыто, как и любой другой вопрос общественного значения. Но вопросы превращения Израиля в государство всех своих граждан (а не евреев всего мира) или предоставления израильского гражданства палестинцам, жителям оккупированных в 1967-м территорий, в приличной компании лучше не поднимать.

Сионисты издавна презирают евреев диаспоры, будущее которых волнует их весьма мало, поэтому они регулярно мобилизуют евреев разных стран для оправдания политических и военных акций Израиля. Противники сионизма подчеркивают, что автоматическое отождествление Государства Израиль с иудейством и евреями чревато принципиальной опасностью, ибо таким образом утверждается, что этнократия обеспечивает в современном мире более надежную защиту, чем либеральное, плюралистическое общество. Именно поэтому многие евреи в Европе и Северной Америке все чаще отказываются от исторически присущих им левых убеждений и поддерживают правые партии, которые равняются на воинственный израильский национализм. В то же время молодые евреи в США считают, что плюралистическое общество ближе к еврейским принципам, нежели «еврейская этнократия». «Иудейство, единственная цель которого – защищать евреев, ничего не значит… Настоящее иудейство печется не только о еврейском племени, а о реальных проблемах, что решительно делает наше древнее религиозное призвание насущным и злободневным» [131].

Признаки осознания того, какую опасность таит в себе сионизм для будущего евреев, становятся все заметнее: «Реальность XXI века такова, что иудейство может “выжить” в Америке лишь в качестве привлекательной моральной и нравственной силы, а не субъекта беспрекословной поддержки внешней политики Израиля» [132]. Члены общины, основанной раввином Майклом Лернером, издателем либерального еврейского журнала «Тиккун» (традиционное еврейское понятие, означающее «исцеление»