Война крови - Александр Владимирович Пивко

с места. Мало того, часть колес будет просто висеть в воздухе, потому что те колеса, что больше, не дадут коснуться земли меньшим. От движения она будет рыскать по сторонам, подпрыгивать и стремится развалиться. Понятно, что проедет это чудо инженерной мысли недалеко. К чему такая аналогия? Ко мне. Конкретно я, похож на такую телегу. А что? Действительно, похож! Хорошо работаю мечами, но не мастер (по крайней мере, по меркам монахов Никкасу, но равняться и нужно на лучших). То есть я не достиг своего потолка, я еще на полпути. Мастер Жизни, однако, опыта у меня маловато. Хорошо знаком с магией Воды, но лишь до уровня посвященного. Неплохо знаю магию Земли, в этом направлении я «завис» где-то между полным магом и посвященным, что маловато, на мой взгляд. Выучил азы артефакторики, даже создал специальный канал для прокладки очень тонких линий силы в заготовках, но потом бросил это занятие. Умудрился выучить гномьи высшие руны, вот только для работы с ними нужно огромное количество времени, таким образом, получается еще одно, практически не боевое умение. Поскольку в реальном скоротечном бою использовать его невозможно. Разве что, во время осады. Или в засаде. Но даже тогда будут определенные сложности.

Обыкновенные чародеи этого мира развиваются более сбалансировано. Учит такой одаренный магию Огня, к примеру — значит, он учит только ее. И лишь достигнув уровня посвященного, такой чародей начинает уделять внимание другим дисциплинам. Но все равно, основное внимание направляет на развитие магии Огня. И у него есть опыт. Огромный, по моим меркам, опыт. В среднем, на путь от ученика до мастера(в одном направлении магии) тратят от ста до ста пятидесяти лет. Это время, которое чародей постоянно учится и практикуется. Понятно, что за счет этого все чародеи узкие специалисты. И только поэтому они могут высоко подняться в выбранном ими направлении. Я же «специалист широкого профиля». Разумеется, такой подход предоставляет практически неограниченные возможности, однако забирает гораздо больше времени. Хотя… если анализировать ситуацию беспристрастно, то жаловаться мне не стоит. Из-за своей памяти я нахожусь в гораздо более выгодном положении. Ведь я достиг нынешнего уровня всего за сорок лет! По местным меркам, этого времени может хватить талантливым чародеям, чтобы с уровня ученика добраться до посвященного. В одном-единственном направлении. Так что, мой прогресс все-таки неплох, очень неплох.

По сути, единственное, чего мне не хватает, это времени. Судя по скорости моего развития, лет через пятьдесят-сто, я уверен, смогу померятся силами даже с древним магистром! Вот только есть одна проблема — этого времени у меня нет. Есть максимум два-три года, по самым оптимистичным прогнозам. А в этот период либо монахи все-таки нападут на орден, либо чародеи Крови — на остров. Слишком уж обе стороны пылают желанием уничтожить друг друга. И у каждой стороны есть на это свои основания.

У меня, кстати, тоже есть основания желать смерти чародеям Крови. Я сталкивался с ними не раз. И всегда мы оказывались по разные стороны. Всегда враги. Это ублюдки, кичащиеся своей силой и мучающие людей ради нее же. Да о чем говорить! У меня до сих пор стоит в глазах картина уничтоженной мною лаборатории! Глаза несчастных, наполненные страхом и ужасом, вместе с последней надеждой, что их смерть не будет мучительной… Люди не должны так страдать!

Если я хочу кого-то убить — я убью. Хочу что-то сделать со своим врагом, химеру, например — сделаю. Но я никогда не мучаю, не измываюсь просто так. Пусть это будет даже враг. Даже самый отъявленный негодяй и тварь, если попался мне, заслужит просто смерть. Я не буду пытать и издеваться, просто потому что могу. Смерть — это вполне достаточное наказание за любой проступок, она необратима.

Одаренные Крови считают иначе. Для них мучения жертвы — это сила, и их личное удовольствие. Сила, которую они, так или иначе, пускают на новые мучения. И так, пока их не остановят. Так что у меня есть свой интерес в уничтожении чародеев Крови. Я их ненавижу. И этого достаточно…

— Вик, дружище!!! — радостный вопль оторвал меня от размышлений. И мои ребра затрещали от дружеских объятий.

— Мин? Как ты тут оказался? Впрочем, плевать. Рад тебя видеть!

— И я, дружище, и я…

Когда костедробительные объятия разжались, я смог, наконец, рассмотреть своего друга. Вот, ей богу, такое ощущение, как будто мы в последний раз виделись вчера. Мин ничуть не изменился — тонкий в кости, худощавый, чуть выше меня, черноволосый. Как всегда, длинные волосы собирает в «конский хвост». Одет в изящно скроенный серый костюм с серебряными нитями. Красив, чертяка! Последнее, кстати, легко объяснимо — ведь он, любитель женщин, всегда следил за собой. В отличие от меня — я абсолютно пофигистично отношусь к своему внешнему виду. Похож на человека? Не голый? Значит, с моим внешним видом все в порядке.

— Ну вот, поломал мне пару ребер, — наигранно возмутился я — теперь лечись…

— Ха-ха-ха, как же, сломаешь тебе, — не поверил Мин. — Не настолько ты хилый. Или ослаб, за то время, пока мы не виделись?

Я усмехнулся.

— Думаю, это можно будет проверить…

… Действительно, стоит в ближайшее время проверить. Будет любопытно. Ведь Мин — сильнейший мечник из всех, кого я знаю. Единственный человек, которому теоретически он может проиграть в бою — это безымянный воин с монастыря Тэйглун, учивший меня. Больше я таких бойцов не знаю. Великолепные изначальные данные увеличили многолетние тренировки, а превращение в вампира вообще умножило боевые качества моего друга неимоверно. Обычные люди не видят его движений — настолько он быстр. А сломанная когда-то единственным ударом старая сосна, может показать его силу. Ведь в диаметре это дерево превышало метр! И это одним движением руки! В общем, один из сильнейших воинов этого мира — вот такой у меня друг. При этом, Мин не гордый и не заносчивый. Какой был сорок с лишним лет назад — простой, компанейский парень, любитель пошутить и потискать девушек, таким и остался. Приятно, хнорр побери! Ведь многие, получив даже малую толику силы, моментально меняются. В худшую сторону. Такое впечатление, что они уже считают человеческий род недостойным, низшим. Нормально такие люди могут общаться только с теми, кто равен им по силе, или сильнее…

— Но, я думаю, это может подождать. Слушай, может, посидим, а? У меня тут дом есть свой, недалеко, на северном побережье.

— Хм, я не против. Эль и закуска есть? — деловито уточнил Мин.

Я машинально сглотнул. Сколько же я уже не пробовал эль? Давненько. И я не алкоголик какой-то, вовсе нет! Но изредка, пару раз в месяц, душа просит расслабиться немного. Я никогда не напиваюсь (тут много факторов сошлось, но в основном — преобразованное тело плюс защитно-леченый комплекс в ауре здорово мешают этому делу). Но ощущение легкого хмеля мне нравится. Проблемы отступают, и жизнь кажется легче и проще. На какое-то время. Этого хватает, чтобы отдохнуть.

— Дома — нет, но можно прикупить по дороге.

— Договорились.

… Таранка с треском разломилась полам в руках Мина. Он аккуратно снял остатки шкуры вместе с чешуей и положил это в тарелку, которую мы выделили для мусора. Потом сделал большой глоток эля и зажевал уже почищенной рыбешкой.

— Эх, хорошо.

— Согласен, — ухмыльнулся я, тоже «воюя» с соленой рыбой. Разумеется, я ее победил. И как законный победитель, тут же отгрыз четвертину. — Ну, рассказывай, как ты?

— Это длинная история, — нарочисто скучным голосом произнес Мин. А фраза «это длинная история» у нас уже давно превратилась в обязательный ритуал. Когда-то ее произнес я, надеясь отвязаться от любопытного Мина. Не получилось, но фраза хорошо запомнилась…

— Так и я никуда не тороплюсь, — парировал я, делая хороший глоток эля.

Друг последовал моему примеру. Однако потом его лицо резко помрачнело.

— Ну, что тебе рассказать? Моя Лина умерла, — тяжело вздохнул он. — Ее подстерег ублюдок с арбалетом на прогулке. Я потом нашел и убийцу, и того, кто отдал этот приказ. Это оказался один благородный. Разумеется, оба умерли. Но Лину это уже не вернет… — Мин замолчал на минуту. — Да и вообще, очень многие погибли, когда появились демоны. На материке сейчас ужасная ситуация. Демоны повсюду сеют смерть. Уничтоженные деревни, вымершие города… Толком