Дикий наездник - Торп Гэв

— Я — Б’сайннад Огненное Сердце. — Пилот смущенно откашлялся. — Спутник лорда диких наездников, второй сын Тираманьи и Наэрина Огненное Сердце.

+Я — Илланор Прорицатель.+

Имя было знакомо Нуаду. Ясновидец, не так давно погибший в бою.

— Я думал, оракулов звали Катасаррен, Алодрист и Иддгара? — спросил он.

— Моя мать пару раз сражалась рядом с Илланором… — шепнул Б’сайннад.

+Эти формы принадлежат всем. Они — проводники, не более того.+

+Я — Иддгара.+ Сияние статуи, стоящей дальше всех от них, указало, откуда исходит призрачный голос. +Один из тех, кто пересек пелену, чтобы спасти наш народ. Пять жизней я провел в ловушке этой тюрьмы из не-плоти, чтобы Сайм-Ханн мог существовать дальше.+

+Я — Лориос Судьбоносная,+ добавила последняя из их триумвирата. Еще одна провидица, мертвая вот уже два поколения. +Мы заселили эти сосуды, чтобы пообщаться с вами, но говорите быстро. Мертвые не любят, когда им напоминают об утраченном. +

Нуаду постарался собраться с мыслями. Почему он пришел? Отказ совета поддержать провидцев в необходимости предварительного удара разозлил его, и он искал… оправдания, с тяжелым сердцем понял дикий лорд. Он пришел сюда лишь из-за недовольства решением совета.

— Пробудилось великое зло, о древние ясновидцы, — первым начал Б’сайннад, чье знакомство с народными сказаниями явно лучше подготовило его к встрече. Нуаду пренебрежительно вскинул брови от высокопарного тона друга. — Некронтир.

+Они просыпаются уже не одно поколение,+ сказала Лориое. +Но теперь они угрожают Сайм-Ханну.+

— Как их одолеть? — без обиняков спросил Нуаду. — Кланы враждуют между собой, и, если бы ясновидцам было что сказать по существу вопроса, они бы поделились с советом. Я надеялся, что самые древние умы Сайм-Ханна смогут указать мне путь к победе.

Иддгара ткнул в Нуаду пальцем.

+Это ты их поднял, Нуаду Огненное Сердце. Проклятие лежит на тебе.+

— Откуда нам было знать, что Агариметея — мир-гробница? Это не моя вина. — Он вздрогнул под потусторонним взглядом ожившего духовидца. — Не одного меня.

+Неважно, принимаешь ли ты вину,+ сказал Иддгара. +Это твоя нить пересеклась в клубке судьбы с миром некронтир, и отрицание не перечеркнет уже пройденную дорогу. Тебя больше волнует будущее.+

— Совет ясновидцев предупредил, что некронтир соберутся с силами, а затем атакуют, втянув Сайм-Ханн в войну.

+Мы помогали им с прорицанием,+ произнес Илланор. +Грядет опустошение, если войну с некронтир не предотвратят или не остановят.+

— Все усложняет Иврайна из иннари, — отозвался Нуаду. — Кланы опасаются помогать той, что почти уничтожила Биель-Тан.

+Она также явится,+ сказал Иддгара. +Клубок дрожит от силы Шепчущего бога, и мертвые внемлют. Древние времена возвращаются, дабы отбросить тень на ныне живущих. Альдари и некронтир сражались целую вечность. Некогда две расы вместе бились с темными силами, но из-за раздора и непримиримых амбиций обратились друг против друга. Медленно, но неизбежно колесо истории совершило полный оборот. +

Лориос подняла руку, и над оживленной группкой возник образ. Мгновение он то утрачивал, то приобретал фокус, пока сотканная из тумана картина не превратилась в мир, вращающийся вокруг яростного светила. Когда опустошительные ветры захлестнули планету, с поверхности поднялись огромные космолеты — гигантские стазисные баржи, перевозящие тысячи, даже миллионы, беглецов в другие миры. Нуаду знал ту историю весьма хорошо. О происхождении некронтир ему рассказывали еще в юности, как и о возвышении доминиона альдари, Войне в небесах и Грехопадении.

Предки Живых Мертвецов распространились по всей Галактике, воюя со Старейшими, которые были создателями и защитниками юных альдари. Звезды затмила тень, нарушаемая лишь нитями света, в которых Нуаду узнал Паутину, спрятанную в варпе от наступающих некронтир.

Темные боги и хищники варпа обрушились как на царства Старейших, так и на некронтир. И вновь в Галактике разгорелась война — конфликт, который уничтожил барьеры между измерениями и разрушил звездные системы. В том пожаре погибли целые виды. Их предсмертные крики эхом звучали в ушах Нуаду, неразборчивые и постепенно стихающие.

Пришествие пожирателей солнц, известных как К’тан, опалило горизонт, поглотив некронтир и оставив после них лишь пепел. В мертвых мирах восстало войско металлических скелетов, неумирающих, но бездушных. Так судьба некронтир определилась навсегда.

Война не закончилась, но переросла в долгое, холодное противостояние. Старейшие ослабели и сгинули, однако с их уходом зажглась еще более яркая звезда. Под руководством последних из своих создателей к власти пришли альдари. Через светящиеся туннели Паутины они наносили удары по всей Галактике и обрушивали свою психическую мощь на заключенных в физической ловушке некронтир. Тень смерти съежилась, бежав в миры галактического ореола, подальше от неумолимых воинств альдари.

А затем ширящийся свет замер и потускнел.

— Следовало добить их, когда мы были в зените силы, — заявил Нуаду, которому показанное провидцами представление напомнило то, что он успел позабыть.

+Воистину. И здесь таится, возможно, наша величайшая ошибка,+ ответил Илланор.

+Грехопадение явилось лишь следствием потери нами былого рвения, что случилось за много поколений до того, как возникли первые секты наслаждения.+ Иддгара поднес кристальную руку ко лбу, в грусти и задумчивости склонив голову. +Самодовольство. Мы не проследили за полным уничтожением своих врагов, удовлетворившись тем, что они никогда не вернутся. Эти удовлетворенность и комфорт и посеяли семена нашего позднейшего бедствия. Глупость высшего порядка.+

+Но такого следовало ждать от утомленного нескончаемой войной народа.+ Лориос обратила янтарный взор на Нуаду.

— И теперь я приманил их обратно, дабы осквернить Сайм-Ханн, — прошептал Нуаду. — Когда враги и без того окружают нас со всех сторон.

+Тебе не за что себя корить, юный лорд,+ ответила Лориос. +Некронтир пробуждаются уже на протяжении целого поколения. Понятно, что их возвращение не случайно, это только часть вновь распространяющегося по звездам недуга. Обнаружив усиление возмущений в варпе, который доселе сдерживался их технологиями, некронтир начали просыпаться.+

— Вне всяких сомнений, чтобы воспользоваться слабостью старых недругов в такие тяжелые времена, — промолвил Нуаду, из головы которого никак не шли картины экспансии и распространения некронтир. — Значит, вы говорите, что, даже если бы я не потревожил некрополь, Неживые Агариметеи все равно через некоторое время поднялись бы сами.

— Премудрые провидцы, для меня по-прежнему непостижимо, почему никто не заметил пробуждения мира-гробницы по соседству. — Вычурная речь Б’сайннада приобрела почти комичный оттенок в попытке общаться с предками уместным, по его мнению, тоном.

Нуаду бросил на пилота изумленный взгляд, но тот лишь хмуро зыркнул на него и пожал плечами.

+В этой мысли есть рациональное зерно,+ ответила Лориос. +Будь ты старше, Нуаду, то понимал бы, что нам нельзя слепо принимать на веру то, что мы якобы знаем.+

— Я не ребенок! — прорычал Нуаду. Его настроение резко ухудшилось, а тон стал едким, как будто в насмешку над Б’сайннадом и провидцами. — Так почему же, о премудрые старцы, вы не предвидели появление некронтир?

+Для ответа тебе следует взглянуть на Иврайну и ее народ,+ сказал Илланор, не подав виду, что раздражен вспышкой злости дикого лорда. +Там, где ступает Шепчущий бог, нити судьбы скрыты в тени. Наши живые собратья могли прочесть руны сотни раз и увидеть возвышение мертвых, но им могло не прийти в голову интерпретировать их иначе, как через тему рождения Иннеада.+

В попытке согреться Нуаду потер ладони, переводя взор с одного ясновидца на другого. Разговор уже сильно уклонился от волнующей его темы.

— Мы должны атаковать некронтир до того, как они соберутся с силами. Чем дольше мы тянем, тем сложнее становится задача. Как убедить совет в правильности этой стратегии?