Мы встретимся вновь - Виктория Холт

Поздним вечером мы взошли на паром. Завернувшись в плед, я вместе с Бейли сидела на палубе и представляла тело Жоржа Мансара, лежащее на улице… Мертвый Жорж. Как было написано, пуля попала в сердце. Кто сделал это? На почве любви? Ревнивый муж? Трудно было представить Мансара, вовлеченного в любовные дела. Затем я стала думать, что же мне делать, когда я вернусь домой. Мне надо было из Дувра ехать прямо в Лондон, оттуда же позвонить в Кэддингтон, потому что Виолетта могла быть только там, а прежде всего мне хотелось посоветоваться с ней. Для родных будет настоящим потрясением, когда они узнают, что я воскресла из мертвых. Помощь Виолетты нужна была как никогда.

Предположим, к телефону подойдет мама. Могу ли я с ней говорить? Конечно, я могу изменить голос и попросить Виолетту. Или, если ответят мать или отец, лучше молча положить трубку?

Была ночь, и мы были рядом с домом. И вот уже белые скалы Дувра. И занавес готов подняться, чтобы показать следующий акт моей драмы.

Бейли настояли, чтобы я ехала к ним и там подумала, что делать дальше. У них был приятный дом в Баши, части Уатфорда, в сущности, предместья Лондона, поскольку между ним и столицей сплошь стояли дома.

— Удобно добираться до Сити, — прокомментировал Джеффри.

Нас ждали их дочь и зять, и я была представлена им как друг, с которым Бейли познакомились в Париже и которому тоже нужно было уехать. Мне удалось с помощью Дженет избежать упоминания о шокирующих деталях, и это было нетрудно, потому что все думали о надвигающейся войне.

Я провела бессонную ночь и утром приняла решение позвонить в Кэддингтон и попросить Виолетту приехать сюда, чтобы вместе подумать, что делать дальше.

Я волновалась и потому решила сразу же положить трубку, если подойдет не Виолетта. даже если это будут родители… Я чувствовала себя виноватой перед ними, вспоминая, как любили они меня… нет, я просто не могла сказать правду прямо им в лицо… если бы я просто сбежала, но я инсценировала смерть, и это ужасно…

Нет. Сначала я должна поговорить с Виолеттой.

И прозвучал голос. Удивительно, как много всего можно перечувствовать за секунду.

— Кэддингтон-Холл, — раздался голос Эйми, одной из наших служанок.

Я успокоилась, затем вновь заволновалась, если я узнала ее голос, то почему она не могла узнать мой? Тогда я стала говорить с французским акцентом.

— Могу ли я говорить с мадемуазель Денвер… мадемуазель Виолетта…

— Мисс Виолетты здесь нет.

— Нет здесь?

— Нет. Она уехала в Корнуолл…

— О да, спасибо большое.

Я повесила трубку.

Конечно, она в Корнуолле. Я же просила ее приглядывать за Тристаном, если меня не будет рядом с ним. Подумалось, что я никудышная мать. Не то, что Виолетта. Мой маленький Тристан нуждался в ней, и она была рядом.

Итак, она была с ним. И что я должна была делать? Ехать в Корнуолл? Поговорить с Виолеттой? Она поможет мне вернуться обратно.

Была еще одна бессонная ночь. Я придумывала план. Значит, я рассказываю Виолетте всю правду, и мы вместе думаем, что делать. Затем решила изобразить потерю памяти. В то утро я якобы потеряла сознание на пляже, и меня подобрала рыбачья лодка. Я потеряла память, и вот только теперь она восстановилась. Я подозревала, что все поверили в мою смерть, и мое возвращение могло просто потрясти их. Надо вначале встретиться с Виолеттой, она поможет. Обращаться к Виолетте было всегда моей жизненной необходимостью. Она вытащит меня, как это бывало уже не раз.

Я объяснила Бейли, что моя сестра в Корнуолле и что мне хотелось вначале встретиться с нею и потому я уезжаю немедленно.

На следующий день я отправилась в путь. Я должна была прибыть вечером, когда не встретишь много людей и некому будет узнать меня. Представляю, какие слухи возникли бы, если бы меня увидели.

Я понимала, что не следует посещать Трегарленд, где были Виолетта и Тристан. Довольно дикая мысль пришла мне в голову. На западной окраине Полдауна жила миссис Парделл, мать первой жены Дермота. Виолетта очень подружилась с ней, когда пыталась выяснить правду о моей предшественнице.

Это была грубоватая женщина, истинная уроженка севера, которая твердо верила, что ее дочь убили… и убил бедняга Дермот, который и мухи-то не убивал.

Итак, под вечер я приехала к Полдаун и решила, что вначале пойду к миссис Парделл и скажу, что боюсь Трегарлендов. Если она верила, что Дермот убил ее дочь, она поймет, почему я боюсь. Расскажу ей о потере памяти, украшу рассказ деталями. Затем попрошу ее совета. Люди любят, когда к ним обращаются за советом, это заставляет их думать, что они очень умны и мудры.

Так я и сделала, и, к моему огромному облегчению, это сработало.

Я постучалась в дверь. Миссис Парделл открыла ее и подозрительно посмотрела на меня. Но затем выражение ее лица переменилось, она узнала меня.

— Не бойтесь, — сказала я. — Я не призрак, а человек. Из плоти и крови.

Казалось, она не может произнести ни слова.

— Вы миссис Трегарленд… в смысле, вторая жена…

— Правильно. Я потеряла память. Мне надо кое-что рассказать вам, потому что я вам доверяю.

Люди любят, когда им доверяют.

— Все так сложно, — продолжала я говорить. — Знаю, что вы поможете мне.

Люди любят, когда их просят о помощи, и всегда оказывают ее, если это им не трудно.

— Проходите, — пригласила миссис Парделл. Я видела, что она пыталась не показывать, как ей сложно говорить с призраком, и призвала весь здравый смысл уроженки севера, который говорил, что все эти привидения и призраки просто чепуха.

И действительно, ее смелость восхищала меня.

В гостиной я увидела портрет первой миссис Трегарленд. Хороша, подумала я. Она просто завлекала людей в гостиницу, в баре которой работала, прежде чем вышла замуж. Бедный Дермот! Он был таким юным в то время.

Я рассказала историю о том, как пошла купаться, лишилась памяти, попала в больницу, где не могла вспомнить ни кто я, ни откуда…

— Подняли большой шум, когда вы исчезли. Ваша сестра очень волновалась. Она необычайно обрадуется, когда увидит вас. Вам лучше сразу же идти к ней.

— Я хочу убедиться, что застану ее одну. Сначала поговорю с ней. Я ведь очень нерешительная, миссис Парделл. Это вызовет такой шум, и к тому же я побаиваюсь мужа.

Она молча глядела на меня.

— Боюсь возвращаться, — говорила я, — боюсь…

— Знаю, что вы подразумеваете. Странные вещи происходят в том доме. Но вам не нужно больше его бояться, он получил свое. — В каком смысле, миссис Парделл?

— Он мертв. Упал с лошади и тяжело покалечился. А потом принял слишком много таблеток. Некоторые говорят, что случайно, другие, что специально. Никто не знает правды.