Цветок душевного стриптиза - Галия Мавлютова

– А что тебе подарить? – спросила я, прикидывая, сколько денег у меня осталось.

На подарок любимой подруге придется одолжиться у мамы, бедная, она так много работает, устает. Мало того что мама содержит взрослую дочь, так ей еще предстоит потратиться на подарки дочерним подругам. Ничего, скоро у меня все утрясется и я сторицей возмещу долг.

– Не знаю, – сказала Вера каким-то вероломным тоном.

Но она знала. И не хотела признаваться. Я догадалась.

– Хочешь, подарю абонемент на фитнес? – предложила я.

И жутко испугалась. Шестьсот баксов. Абонемент на три месяца. Весь мой финансовый запас ухнется. Никакой мамы не хватит.

– Ой, не надо, я купила недавно, – сказала Вера.

А у меня отлегло, ошибочка вышла. Промахнулась с догадкой. Будто камень с души упал. Мой экономический баланс останется незыблемым. И маме не придется раскошеливаться.

– Что-нибудь придумаю, – сказала я.

А не подарить ли любимой подруге литературную энциклопедию? Пусть читает и мучается. Вдруг польза выйдет? А у меня все наладится, утрясется. Я знала это. Чувствовала. Надежда вылезала из меня, словно уже переросла хозяйку. Она выделилась в отдельную субстанцию. А предчувствия никогда не обманывают женщину, особенно хорошие предчувствия. Это мне мама по секрету рассказала.

Глава 7

Я опоздала. Вечеринка подходила к завершению, гости изрядно подвыпили. В квартире было шумно, балаганно, амбициозно, чересчур пафосно. Возбужденные голоса, красные одутловатые лица, грязные тарелки, обилие стопок и фужеров. Я нарочно опоздала, явилась к шапочному разбору. Иначе пришлось бы высиживать время, ждать, когда гости захмелеют. Они-то расслаблялись, отдыхали, а я пришла искать работу. Есть разница? Разумеется, есть, в малой части, но присутствует.

– Вер, извини, задержалась на переговорах, – сказала я, скрывая смущение.

Стыдно даже перед собой, хитрю, изворачиваюсь, пытаюсь ловчить, а все ради куска хлеба, ведь я не была на переговорах. Пускаю обществу пыль в глаза. Затуманиваю ситуацию, чтобы не выглядеть в глазах окружающих бедной Золушкой.

– Проходи-проходи-проходи, – сказала Вера.

Что-то моя творческая подруга не особо гостеприимна. Мрачная, хмурая, бюст наружу. Колени наголо, руки обнажены. Все напоказ. Вроде и не рада моему появлению. В чем дело? Вера свернула в гостиную. Я прошла за ней. Гости остались позади. Неужели мои предчувствия обманули меня? И мудрая мама ошиблась. Да, произошла очередная ошибка в расчетах. На диване сидел Черников. Собственной персоной. Денис Михайлович внимательно разглядывал каталог. Какой чрезмерный интерес. Наверное, ищет себе невесту среди фотомоделей. Засиделся в женихах, скоро ведь тридцать девять. Уже не за горами, а впереди одинокая старость. Стакан воды подать будет некому.

– Привет, – сказала я и присела рядом.

– А-а, это ты, Настя, привет, – сказал Черников и уткнулся в каталог своим красивым носом.

Вот и открылся секрет. Тайна вылезла на поверхность. Вера не хотела приглашать меня на вечеринку, но некто заставил проявить гостеприимство. Этот «некто» был Черников. Не заставил, конечно, легонько намекнул. А желания Черникова свято исполняются, ведь «Максихаус» является спонсором нового фильма Редника. Тесная связь, почти родственная. Верин муж не способен отказать кормильцу в пустячной просьбе. А Вера не смогла отказать мужу. Получился круг, блин, почти ком. Сейчас Денис Михайлович примется меня спаивать. У него по этой части большой опыт имеется. Не дамся. У меня здоровый образ жизни. Пиво пить – здоровью вредить. И так далее.

– Денис, зачем ты меня так подло уволил? – спросила я, когда дверь за Верой закрылась.

– Нет, это не я тебя уволил, а Марк Горов, это его распоряжение, – ответил Черников. – А у тебя, Настя, очень плохие дела. Ты пропадешь, тебе в одиночку не справиться. Лучше выходи за меня замуж.

– С ума ты сошел, – сказала я.

Совсем из ума выжил Черников, а ведь не совсем старый мужчина. Всего тридцать восемь. Но скоро тридцать девять. Кстати, а почему бы и нет, почему бы и не выйти? Все выходят когда-нибудь замуж. Акимова вышла просто так, без любви. И счастлива. Ирина отхватила Колю на той злополучной корпоративной вечеринке, на которой отплясывала цыганочку. Бедный Коля не заметил, как попался на удочку знойной Кармен весом в девяносто восемь килограммов. Ира сразу залетела. Прямо после вечеринки. И Коле пришлось срочно жениться. А Вера вышла по расчету. И тоже счастлива. Наполовину. А мой незнакомец из железнодорожных снов никогда не материализуется. Он же не старик Хоттабыч. В конце концов, его можно любить втайне от всех. Виртуальная любовь. Параллельный мир. Абстрактный мужчина. Это так модно – любить виртуального субъекта неземной любовью.

– Нет, Черников, не пойду за тебя замуж, не зови, я же тебя совсем не люблю, ни капельки, – сказала я.

А мысленно уже согласилась на предложение, Черников это понял. Денис обрадовался. Ведь я сдалась без боя. Он был уверен, что я начну сопротивляться, отговариваться, отбиваться, а я взяла и согласилась. Мысленно. Виртуально. Нынче в моде все параллельное.

Я натянуто помолчала. Затем поднялась и, не прощаясь, вышла. Последнее слово оставила за собой. Черников мечтает видеть меня каждый день, в халате, босиком. Когда-нибудь увидит, но не сейчас. Мне необходимо подумать, чтобы принять окончательное решение. И вдруг память стала экраном, белым полотном. И на нем замелькали картинки из прошлого. В пору нашего романа все шло гладко, отношения были ровными, слегка прохладными, но однажды Денис по-звериному закружился по комнате, преследуя меня, он испугал меня своим взглядом. Дикий, бессмысленный взгляд, ничего не выражающие глаза, равнодушные, пустые, сумрачные. Я ничего не поняла сначала, затем догадка тонким лезвием полоснула сознание. Дениса обуревала животная похоть, он шел на меня, будто хотел поймать в силки. Охотник, сильный, умный, опасный, настоящий враг, а я – его жертва. Дичь. Лань. Глупая и легкомысленная. Я закричала. Денис прыгнул на меня и зажал рот ладонью. Изящная мужская кисть превратилась в жесткий замок. В наручники. Денис плотно сомкнул не только мой рот, глаза ничего не видели, я не могла дышать. Он истово ласкал мое тело, не давая вдохнуть даже глоток воздуха. Его движения были размеренными, методичными. Я чувствовала ласки, ощущала, тело тонко реагировало на прикосновения, каждый нерв, казалось, трепетал, но я уже задыхалась. Тело сотрясалось от удушья. Сознание покидало меня. Я ослабела от борьбы. И когда я почувствовала приближение конца, Денис овладел мной. Позже, когда я очнулась, он просил у меня прощения, стоял на коленях, целовал руки, даже влажнел глазами: дескать, не знаю, что такое нашло вдруг. Темное начало, мрак в конце тоннеля. Но я-то знала, что он все проделал нарочно, сознательно, Денис жаждал получить удовольствие от бесчувственного тела, от бессознательного состояния. Моего состояния. Он хотел получить женское тело в безвозмездное пользование в полном отрыве от сознания. Если вспомнить все перипетии наших отношений, наберется целая авоська обвинений и обид. Можно забыть старые слезы. Ведь жизнь продолжается. Черников мог измениться за это время. Разлука способна вразумить любого негодяя. Я вздохнула, мало мне было неприятностей. Новая напасть свалилась на меня в доме подруги. Я тихонько засунула литературную энциклопедию за Верин шкаф. Книгу за книгу. Алаверды. Восточный обычай. Тихонько притворила за собой дверь. И исчезла в осенней ночи.