Плохой дом - Сэм Уэст

Через минуту...

Было так приятно просто закрыть глаза. Несмотря на свои намерения, Йен поддался нахлынувшей на него усталости и тут же заснул.

Глава 9

Йен очнулся от глубокого сна и, открыв глаза, увидел яркий свет. Прищурившись, он с трудом сел. Его конечности были тяжелыми и ноющими, как будто он оправлялся после гриппа. Голова также пульсировала, а нос был снова заложен.

Кровь, - вспомнил он. Только потом нахлынули воспоминания о прошлой ночи. Холли ушла от него и забрала с собой Джейкоба. Гроза и отключение электричества.

Марианна.

Нет, не Марианна, просто какая-то чертова галлюцинация. Или, возможно, кошмар.

Но я не спал.

Ты уверен в этом?

Только тут Йен заметил, что лежит на диване.

Как, черт возьми, я сюда попал?

Его мысли вихрились в смятении. Мужчина ломал голову, перебирая в памяти события прошлой ночи. Холли ушла. Потом он поднялся наверх, чтобы посмотреть, есть ли в доме Марианны свет. Увидел ее в окне...

Отгоняя путаные мысли, крутившиеся в его пульсирующей голове, Йен, пошатываясь, поднялся на ноги. Похмелье было невыносимым - ощущение, что мозг пропитался кислотой, сжимая орган и отрывая его от внутренних стенок черепа становилось мучительным. Проходя мимо выключателя, он щелкнул им. Зажегся верхний свет. Сейчас это не было необходимостью при дневном свете, но, по крайней мере он теперь знал, что электричество вновь включено.

Интересно, почему его не было?

В этом районе не отключали электричество.

Йен вспомнил о силуэте Марианны в освещенном окне ее дома, которое светилось, как рождественская елка. И уже не знал, что и думать.

Наверху, в смежной с его (бывшей?) женой спальней ванной комнате, он стоял под горячими струями душа, пока кровь наконец смылась с его тела. Но горячий душ мало способствовал прояснению мыслей.

Медленно и методично одеваясь в свежие джинсы и тонкий вязаный пуловер темно-синего цвета, мужчина размышлял о том, что ему делать сегодня.

Проверить запись вчерашнего вечера?

Кто знал, как долго длилось отключение электричества, и включилась ли запись автоматически после этого. Оставалось надеяться, что сохранились записи прошлой ночи, которые можно было бы просмотреть. По крайней мере, тогда он сможет собрать воедино хоть что-то из того, что произошло на самом деле.

Если же видеонаблюдение не перезапустилась само по себе, ему придется звонить Бобу, а тому это не понравится.

Звонок в дверь заставил его подпрыгнуть.

Может быть, это Холли, и она забыла ключи...

Он ухватился за этот лучик надежды и спустился по лестнице. По правде говоря, Йен был бы рад видеть сейчас кого угодно. Находиться одному в доме было... страшно. Другого слова не подберешь. Здесь было страшно. Прошлая ночь. Дом.

Я...

Он распахнул входную дверь, боясь, что кто бы ни позвонил в нее,

пожалуйста, Боже, пусть это будет Холли

снова исчезнет.

- Марианна?

- Привет, Йен. Надеюсь, ты не против, что я заглянула.

Сердце Йена заколотилось, и он с трудом перевел дыхание.

- Нет, я не против.

Ты мастурбировала в окне своей спальни прошлой ночью? А потом опрокинула на себя ведро крови?

- Ты в порядке? Выглядишь немного странно.

Он решил, что это большое преуменьшение. Капли воды с еще непросохших волос скатывались ему в глаза, смешиваясь с каплями пота, выступившими на лбу.

- Да... я, просто, ждал кое-кого другого.

- Если я не вовремя...

- Нет, нет, все в порядке. Проходи.

Йен отошел в сторону, чтобы дать ей пройти, его взгляд остановился на упругих ягодиц, обтянутых джинсами. То, как виляла эта попка, было действительно чем-то интересным...

Он покачал головой и отвел взгляд как раз вовремя, чтобы она успела увидеть, куда он пялится.

Это не похоже на меня. Я не какой-то озабоченный дрочила...

На самом деле, Йен начинал чувствовать себя более чем странно. Сначала его бросило в жар, потом в холод, а затем у него затряслись колени. Он оперся о стену коридора, чтобы устоять на ногах.

- Йен? Ты в порядке?

Голос Марианны доносился до него как будто издалека, и он пытался понять, что она говорит.

- Я в порядке, - пролепетал мужчина.

- Тебе нужно присесть. Пойдем, давай я помогу дойти тебе до дивана.

Она приобняла его за пояс, и он благодарно прислонился к ней. В этот момент ему было все равно, кто перед ним - гламурная модель Марианна или толстый, волосатый мужик по имени Боб. Он прижался к ней, когда коридор начал кружиться у него в глазах, а она поддерживала его с удивительной силой, которой не могла обладать такая хрупкая женщина.

К тому времени, когда они добрались до гостиной, и она опустила его на большой кожаный диван, женщина уже запыхалась.

- Я принесу тебе стакан воды.

Йен только застонал в ответ. Его голова раскалывалась.

Не уходи, - хотел сказать он, но слова потерялись где-то среди умопомрачительной боли. Он откинулся на спинку дивана и прижал ладони к глазам.

Я угасаю, - была его последняя связная мысль, прежде чем темнота поглотила его.

* * *

Йен проснулся и резко сел на диване. В гостиной он был в одиночестве.

Как долго я был в отключке?

Где Марианна?

Он застонал в растерянности.

- Марианна? - позвал он.

Его голос звучал странно для его собственных ушей и, казалось, отдавался эхом в комнате, словно насмехаясь над ним.

Должно быть, она ушла домой, когда я потерял сознание.

Странно, что она не осталась со мной. А вдруг бы я умер...

С трудом поднявшись на ноги, Йен оглядывался по сторонам в поисках записки, которую гостья могла оставить.

Нет, ничего.

Сука.

В тихой комнате пронзительно зазвонил стационарный телефон, заставив его подпрыгнуть.

- Да? - сказал он, подняв трубку на втором звонке.

О Боже, пожалуйста, пусть это будет Холли...

- Йен Вебстер?

Он не узнал резкий женский голос.

- Кто это?

- Это Луиза Браун. Агент по недвижимости из ЛУЧШЕГО ВЫБОРА сказал, что вы приходили с вопросами по поводу дома двадцать девять на Абердин-роуд.

Сначала он не понял ни кто она, ни вообще о чем она говорит. Потом до него дошел смысл, и он заговорил порывисто, едва не выронив трубку из скользкой ладони.

- Луиза Браун, Господи, спасибо, что позвонили мне. Я собирался связаться с вами сегодня.

Йен забыл сказать ей, что собирался достать ее даже из-под земли, если бы она не взяла трубку...