Плохой дом - Сэм Уэст

спальни, проверить, есть ли у соседей свет, прежде чем пытаться найти блок предохранителей в подвале.

Это дом Марианны, тот, на который выходят окна спальни, - мелькнула у него непрошеная мысль.

Несмотря на то, что жена только что ушла от него, его охватила легкая дрожь возбуждения.

Может, мне стоит заглянуть к ней, узнать, все ли у нее в порядке? Может, ее муж в отъезде, и она совсем одна и напугана в своем большом доме...

Нет. Холли только что бросила меня, ради всего святого, что со мной такое?

Он хотел сделать еще один глоток вина и с удивлением обнаружил, что его бокал уже пуст. Налив себе еще, мужчина нащупал ящик, в котором лежал фонарь, и с удовлетворением обнаружил, что тот работает.

Йен поспешил по коридору, ожидая, что все опять исказится вокруг него.

Ничего подобного.

Оказавшись в их спальне,

теперь только моя, эта сучка меня бросила

он выглянул в окно в дождливую ночь. Ветер завывал и деревья качались. Дом Марианны был освещен, и в его груди затянулся узел разочарования.

Теперь у меня нет оправдания для прихода.

Да нет же, есть. У тебя не работает телефонная линия, и ты не можешь зарядить свой мобильный, потому что в твоем доме нет электричества.

Он рассеянно посмотрел на бокал вина, который все еще держал в руке, и поднес его к губам. В голове у него шумело, а лицо странно онемело, пока он размышлял, что делать дальше.

Иди и посмотри на блок предохранителей, бесполезный ты сукин сын.

Как раз, когда Йен повернулся, чтобы направиться к двери, его внимание привлекло движение в окне второго этажа дома Марианны, которое хорошо проглядывалось сквозь ветви деревьев. Он вскинул голову, словно невидимая рука шлепнула его по щеке.

Это Марианна? И она голая?

Мужчина прижался горящим лбом к прохладному, залитому дождем оконному стеклу и всмотрелся вдаль. Трудно было разглядеть что-то наверняка, учитывая, что струи дождя стекали реками по стеклу, а ее окно находилось на значительном расстоянии.

Нет, это точно она...

Йен напряженно всматривался, уверенный, что женщина не видит его, так как он находится в темноте.

Что она делает?

Она, казалось, просто стояла там, подняв руки и упираясь ладонями в стекло, высоко над головой. Ее очертания были размытыми, но он все же смог различить аккуратный треугольник темных волос на лобке и темно-коричневые пятнышки на ее полных грудях.

Казалось, женщина смотрела прямо на него.

Нет, это невозможно.

У него внезапно пересохло во рту, а сердце с силой ударилось о грудную клетку. Действительно, казалось, что она смотрит на него.

Очень медленно женщина опустила одну руку между ног. Быстрые движения ее руки не оставили у него сомнений в том, что Марианна делает.

- Боже, - пробормотал он себе под нос, пристально глядя на женщину в окне.

Даже не осознавая, что делает, он опустил руку к своему члену, который упирался в ткань джинсов. Йен сжал его через джинсовую ткань, тихонько застонав от вожделения.

Движения руки Марианны становились все более неистовыми, и он, не задумываясь, расстегнул ширинку и вынул член. Холод ладони, прижатой к набухающему в эрекции пенису, заставил его задрожать. Пристально глядя на желанное обнаженное тело в окне напротив, он стал дрочить.

Марианна подняла ногу и задрала ее высоко, оперев на оконную раму. Если бы не дождь, было бы видно мельчайшие подробности ее идеального тела. Самых его интимных частей.

Она знает, что я смотрю, она точно знает...

Но откуда она может об этом знать?

Йену, на самом деле, в данным момент было уже все равно, знает ли она, что он на нее смотрит, видит ли она его из своего окна. Может, ее поведение и было, в лучшем случае, странным, в худшем - откровенно жутким, но в этот момент его волновали только пьянящие ощущения, нарастающие в паху.

О да, детка, покажи мне, что у тебя есть...

Марианна, казалось, все больше и больше увлекалась. Ее голова была откинута назад, черные, переливающиеся волосы обрамляли ее великолепный торс.

- Блядь, - простонал Йен, когда обжигающая сперма хлынула из головки его члена мощными струями. Молочная тягучая жидкость ударила в оконное стекло, и потекла по нему вниз.

Едва кончив, он почувствовал себя дураком.

Какого черта я делаю?

Вспышка молнии расколола небо, и он подпрыгнул, его обмякший член проскользнул обратно в ширинку. Застегнув молнию, Йен посмотрел на окно Марианны, и вскрикнул в тот же момент, когда прогремел гром. Женщина все еще была в окне, но что-то было не так. Что-то совершенно неправильное. Ее голова была повернута под неестественным прямым углом, как будто у нее была сломана шея. Грудями она прижались к стеклу, и он больше не мог рассмотреть ее соски.

Только через мгновение мужчина понял, что сосков больше не видно, потому что она вся в крови. От шеи вниз она была вся в красном. На стекле остались разводы, еще больше размывая ее ужасающий вид.

И что хуже всего, она все еще мастурбировала, закинув ногу на оконную раму.

Йен схватился за сердце и попятился назад, когда еще одна вспышка озарила небо. Его взгляд на секунду оторвался от окна, и Марианна в этот миг исчезла. Он потер глаза костяшками пальцев, и стал всматриваться в окно, но она больше не появилась.

Что, черт возьми, со мной происходит?

Чувствуя, как его тело стало бить словно в лихорадке, он попятился назад, ударившись ногами о край кровати, на которую с благодарностью сел.

Из этого сидячего положения он все еще мог видеть ее окно. Пустое окно.

Обхватив голову руками и потирая глаза ладонями, Йен старался держать себя в руках.

На этот раз, когда он поднял голову, шторы на окне были задернуты, и свет лился по краям.

Этого не может быть.

Чем больше он думал об этом, тем больше казалось, что он сходит с ума. Волна тошноты накатила на него с такой силой, что мужчина откинулся на матрас, схватившись за пульсирующую голову.

Может, мне стоит сходить туда, посмотреть, все ли с ней в порядке...

Почему ей быть не в порядке, ты, больной урод? Ты все это выдумал...

Он застонал, глядя в темный потолок, а потом закрыл глаза.

Боже, как мне плохо.

А еще ему нужно было пойти промыть нос и сменить