'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

Приходится немного повозиться. Тварей налетело не меньше дюжины, но уже скоро от них остаются лишь раскиданные отдельно друг от друга туши, лапы и крылья.

Продолжаю бежать, уже медленнее. Начинаю ощущать поблизости магические волны, и следую за чувством. Перебив по дороге ещё с десяток разных монстров, нахожу разлом.

Как неудачно он появился, в десяти метрах над землёй. Неудачно для монстров, я имею в виду. Летающим-то пофигу, а вот шестилапым несладко приходится. На земле под разломом ковыляют несколько с переломанными после падения с высоты лапами.

Прерываю их мучения, а затем готовлюсь к тому, чтобы войти в портал. Снимаю с себя ускорение и отправляю ману на усиление тела. Подпитываю астральный доспех и проверяю карманы. Метательные ножи, доставшиеся от убийцы барона, при себе. Жаль, что их всего четыре. С другой стороны, они могут и не понадобиться. Для тварей первого уровня мне хватит и струны, даже одной.

Давно я не был в разломах! От предвкушения аж мурашки по коже.

Отыскиваю взглядом ветку потолще и цепляюсь за неё струной. Подтягиваюсь, отрываясь от земли. Затем раскачиваюсь и с размаху влетаю в портал.

Ну что, повеселимся⁈

Российская Империя. На севере от Санкт-Петербурга. База ордена Стражей.

— Виктор Самойлов, значит. Сын графа Самойлова, — мрачно произносит офицер.

— Так точно, ваше благородие. Сын и наследник, — отвечает Виктор.

— Что же сын и наследник благородного графа забыл в нашем ордене? Знаешь ли, здесь много простолюдинов. Твою честь не оскорбляет то, что придётся плечом к плечу сражаться с безродными?

Ещё десять минут назад Виктор бы презрительно фыркнул и ответил: «Ещё как оскорбляет!» Однако теперь внутри него что-то поменялось.

— Нет, ваше благородие.

— Допустим.

Офицер достаёт из ящика стола документ и приподнимает его.

— Знаешь, что это? — спрашивает он.

— Нет, ваше благородие, — чувствуя себя попугаем, повторяет Виктор.

— Письменное прошение твоего отца о том, чтобы тебя приняли в орден. Он подарил нам две новые бронемашины, кстати. Ты слышал об этом?

Скрипнув зубами, Самойлов-младший отвечает:

— Нет, ваше благородие. Только догадывался.

Офицер вздыхает и откладывает документ.

— Я знаю, кто ты, сынок. Читал про тебя в интернете. Вечеринки, развратные женщины, гонки по ночной столице. Золотая молодёжь, одним словом. Отец, похоже, решил сделать из тебя человека, это похвально. Но орден Стражей — не то место, куда отправляют на перевоспитание. Мы, прежде всего, служим людям.

— Я готов служить! — уверенно заявляет Виктор.

— Правда? Я так не думаю. Видишь ли, я сильно недоволен, что в орден теперь берут за деньги. В моё время Стражами становились только по-настоящему достойные мужчины и женщины. Но времена, увы, изменились.

— Я готов проявить себя, ваше благородие! — настаивает Виктор.

Офицер качает головой и говорит:

— Вот что. Я не позволю тебе проходить обучение и рисковать собой. Будут ещё потом проблемы с твоим отцом, ордену это не надо. Сделаем так: примем тебя на штабную должность. Будешь сидеть за компьютером, проверять рапорты и делать другую бумажную работу. Его сиятельству передашь, что тебя приняли. Всё, свободен.

От злости Виктор сжимает кулаки так сильно, что ногти больно впиваются в ладони. Вот значит как? В него совсем никто не верит! Его не считают мужчиной, который достоин сражаться рядом с другими!

Этот наглый отщепенец Зверев сумел очень сильно зацепить Виктора. И дело вовсе не в том, что он его оскорбил и унизил. Дело в том, что все его слова были правдой.

Самойлов-младший никогда и ничего не делал сам. Начиная с раннего детства у него была куча слуг. Стоило щёлкнуть пальцами, и перед ним появлялось всё, чего бы он ни захотел. Когда он подрос и ощутил себя мужчиной, то узнал, что симпатичные служанки могут не только подавать еду и заправлять постель. Они могут эту постель согревать и доставлять господину любое удовольствие, какое он попросит.

У Виктора было всё, о чем другие лишь мечтали. Деньги, влияние, дорогие машины и брендовые шмотки. Но на самом деле это всё было не его. Это принадлежало его отцу.

Разве много чести в том, чтобы пользоваться плодами чужого труда? Разве есть достоинство в том, чтобы хвалиться достижениями родителя, а самому лишь почивать на лаврах?

Нет. Ни капельки. Зверев ударил по самому больному. И он был тысячу раз прав! Виктор ничего не представляет из себя. Однако теперь он был твёрдо намерен сделать так, чтобы с ним считались. И не потому, что его отец могущественный граф. А потому, что он сам чего-то достиг.

— Отказываюсь, ваше благородие, — подняв подбородок, заявляет он.

— От чего? — офицер поднимает брови.

— От вашего предложения. Требую принять меня на равных с остальными условиях и дать возможность пройти обучение. Я хочу стать настоящим Стражем! Что до машин — я не просил отца этого делать и даже не знал об этом.

Мужчина задумчиво барабанит пальцами по столу и спрашивает:

— Уверен? Послаблений не будет. Титул и происхождение в ордене не играют роли.

— Уверен. Я хочу доказать, что чего-то стою.

Офицер задумчиво наклоняет голову и спрашивает:

— Кому доказать?

Чуть подумав, Виктор отвечает:

— Прежде всего, себе.

В глазах собеседника мелькает уважение. Он благосклонно кивает и говорит:

— Именно это я и хотел услышать, Виктор. Ты принят.

Российская империя. Разлом недалеко от Санкт-Петербурга.

Терпеть не могу разломы, в которых нечем дышать. В этом всё покрыто пеплом и сажей, а в воздухе стоит густой дым, через который почти ничего не видно. Хорошо, что мой астральный доспех очищает воздух, но вот запах он не фильтрует. Такое чувство, будто я запихнул себе в нос сгоревшую вату.

Судя по обрывкам мана-структур, витающих вокруг, мир был уничтожен магическим катаклизмом. То ли какой-то маг доигрался, то ли это результат противостояния очень сильных магов.

Впрочем, теперь это уже не имеет значения. Это лишь осколок мира, его небольшая часть. Чтобы закрыть разлом, мне надо найти его сердце и уничтожить. Не такая простая задача, как может показаться. Сердце порой находится в труднодоступном месте и зачастую охраняется монстрами, которых, кстати, здесь довольно много. Тот Страж на базе не шутил. Активность очень высокая. Все четыре метательных ножа я уже потратил, осталась только струна.

Тем не менее, я медленно продвигаюсь вперёд по скалистому лабиринту. Пару раз мне встретились глубокие обрывы, так что пришлось проявить чудеса эквилибристики. То есть натягивать