'Фантастика 2025-63'. Компиляция. Книги 1-27 - Александр Майерс

за мной или снова пошлёт убийц, у меня найдётся, чем их встретить. А потом и самого барона обрадую внезапным визитом.

Часа через полтора такси привозит меня к загородному штабу Стражей. На въезде стоит шлагбаум, внутрь машину не пускают. Так что выхожу и здороваюсь с охранниками.

— Цель прибытия? — спрашивает один из них.

— Вступление в орден.

— Документы.

Протягиваю паспорт. Служивые проверяют его и затем пропускают на территорию штаба. Объясняют, куда идти, чтобы подать заявку на вступление.

Не спеша иду, осматриваюсь. База ордена напоминает обычную военную часть. Длинные казармы, гаражи для машин, спортивная площадка. Вдалеке расположено стрельбище и площадка для магических тренировок.

Мимо меня несколько раз проходят мужчины и женщины в одинаковой форме, которая тоже напоминает военную. А возле здания руководства, куда мне и надо, вижу небольшую компанию людей в гражданской одежде. Судя по всему, тоже кандидаты.

Подхожу к ним и здороваюсь:

— Привет. Вы тоже поступать?

Холёный парень со светлыми кудрями презрительно оглядывает меня и цокает языком.

— Отойди, простолюдин. Ты пойдёшь последним.

Надо же, какой надменный. Судя по дорогой одежде и кольцу с бриллиантом, он из какого-то богатого рода. Рядом с ним ошивается парочка верзил, попроще одетых. То ли охрана, то ли просто прихлебалы. А может, совмещают эти малопочётные должности.

Делаю шаг вперед, и прихлебалы выходят навстречу. Не обращаю внимания, сосредоточившись на блондине. Улыбаюсь.

— Кто тебе сказал, что я простолюдин?

Тот фыркает и снисходит до ответа:

— По тебе заметно. Где ты взял этот костюм, на помойке?

— Я смотрю, ты разбираешься в одежде. Может, лучше модельером станешь, зачем тебе в Стражи?

— Слышь, вали отсюда, — басит прихлебала.

— Я не с тобой разговариваю. Так что скажешь, одуванчик? Зачем ты здесь? Тебя папочка отправил?

Нахмурившись, блондин отвечает:

— Будь осторожней со словами. Ты хоть знаешь, кто мой отец?

— Понятия не имею, и мне плевать. Сам-то ты кто такой?

— Я — наследник графа Самойлова! — гордо выпятив подбородок, отвечает он.

Выдерживаю паузу и спрашиваю:

— Ну?

— Что ну? — дворянчик слегка теряется.

— Это всё, что ты можешь сказать? После смерти папки ты получишь титул, ну и что с того? Я повторяю вопрос: сам-то ты, что из себя представляешь? У тебя хоть имя есть?

— Нарываешься, отребье? Парни, проучите его! — рычит наследник графа.

— Если хотите сохранить руки целыми, не советую, — невозмутимо сообщаю я.

Верзилы не внимают моей спокойной угрозе. Очень зря. Один из них пытается ударить меня по лицу, но мгновение спустя лежит на земле. Дёргается, не понимая, что-за невидимая верёвка опутала его ноги.

Второй с размаху бьёт мне по рёбрам. Но я уже успел активировать астральный доспех. Раздаётся хруст, и парень вопит, прижимая к себе сломанную руку.

Пожимаю плечами:

— Ну, я же говорил.

Опускаю взгляд на первого, чьи ноги до сих пор связаны:

— Ты как? Попробуешь ударить?

— Нет, — мотает головой тот.

— Вот и молодец. Полежи пока.

Переступаю через него и оказываюсь вплотную перед блондинчиком. Снова улыбаюсь ему и представляюсь:

— Андрей Зверев, дворянин.

— Виктор Самойлов, — кривясь, называет себя он.

Немного помолчав, спрашивает:

— Погоди, Андрей Зверев? Сын Алексея?

— Да.

— О боги!

Виктор неожиданно начинает хохотать. Жду, когда он закончит, и спрашиваю:

— Что смешного?

— Ты ещё называешь себя дворянином? Ты никто, Андрюша! Только позоришь титул аристократа.

— Ты так думаешь, Витёк? Скажи, ты много добился в жизни? Или только и умеешь, что транжирить папины денежки?

— Что делать, если мне повезло родиться в богатой семье. В отличие от тебя, — скалится Самойлов.

— Ты прав, с золотой ложечки меня не кормили. Потому-то мне и интересно: что ты здесь забыл? Подожди, дай угадаю. Папе надоело, что ты прожигаешь жизнь, и он решил преподать тебе урок?

Виктор лишь скрипит зубами и ничего не отвечает. Мне остаётся только констатировать:

— Похоже, так и есть. Поэтому давай мы вот что сделаем. Я войду в здание следующим, а ты после меня. Но лучше забери своих ребят и езжай отсюда. Скажи папе, что тебя не взяли. Пусть лучше отдаст тебя в обычную армию.

— Да как ты смеешь! — возмущается Виктор.

— Очень просто. У тебя что, возражения имеются?

— Я тебе не позволю!

— И что ты сделаешь? — равнодушно интересуюсь я.

Лицо блондина от гнева покрывается красными пятнами. Сжав кулаки, он орёт:

— Думаешь, я ни на что не способен⁈

— Думаю, нет. Ты можешь, конечно, натравить на меня гвардейцев своего отца. Или нанять головорезов на его деньги. Но прямо сейчас ты ничего мне не сделаешь. Поэтому свободен.

Отворачиваюсь, потеряв к Самойлову всякий интерес, и подхожу к крыльцу. Слышу, как он что-то рычит за моей спиной и вполголоса сыплет оскорблениями, но на большее его не хватает.

Другие кандидаты отходят на шаг. Видимо, моя стычка с Виктором произвела на них впечатление, и никто не решается пройти вперёд меня. Несмотря на то, что я явился последним.

Дверь здания командования открывается, и на улицу выходит рыжеволосая девушка. Лицо у неё бледное, как мел, и непонятно — то ли оно всегда такое, то ли это от волнения.

— Привет. Как прошло? — спрашиваю у неё.

Рыженькая поднимает на меня растерянный взгляд и вдруг широко улыбается.

— Приняли, — отвечает она.

— Поздравляю. Тогда увидимся позже. Меня Андрей зовут.

— Лариса, — представляется девушка.

Хорошенькая. Милые веснушки, глазки-искорки, да и фигурка отпадная. Будет приятно проходить обучение вместе с такой красавицей.

Захожу в здание. Меня встречает рядовой и провожает в нужный кабинет. Там за столом сидит широкоплечий мужчина с седой щетиной. По суровому взгляду сразу понятно, человек бывалый. Судя по погонам на плечах — офицер. Сразу вызывает уважение.

— Здравствуйте.

— Здравствуйте, юноша. Садитесь, — говорит он, кивая на стул напротив себя.

Сажусь и жду. Мужчина не торопится задавать вопросы, просто изучает. Я спокойно смотрю в ответ и жду.

— Значит, ты хочешь стать членом ордена Стражей, — наконец, произносит он.

— Хочу.

— Ты осознаёшь, насколько это рискованно?

— Конечно.

— Уверен?

— Да.

— А я вот не уверен, что осознаёшь. На вид ты не кажешься тем, кто способен стать одним из нас, — мужчина скрещивает руки на груди.

— Почему это?

— Слишком молодой. Отчаянный. Вот