Школа боевой магии. Том 2 - Антон Кун

Что это была за хрень? Откуда взялась? Куда делась? Вопросы в копилочку…

Вторая пара лаптей сплелась как-то очень быстро. Я даже растерялся немного. Отнёс Агафье Ефимовне. Она протянула их Светлане. Я почему-то этому совсем не удивился. Молча развернулся и пошёл плести третью пару. Она точно предназначалась Марине.

Я уже освоился с берёстой. Поэтому решил сплести не просто берестянки, а подобрать полоски по цвету, чтобы красивее было.

Девчонки позвали парней на ужин. Первую партию…

Как оказалось, когда мы уехали на флешмоб, Григорий Ефимович открыл портал, и они с Агафьей Ефимовной успели перенести в землянку кое-какую посуду и немного продуктов — на всякий случай. Григорий Ефимович не поверил, что Сан Саныч отпустит нас просто так. И правильно сделал, что не поверил. На мой теперешний взгляд можно было не поверить ещё сильнее и ещё больше всего перенести сюда — инструменты, одежду, одеяла с подушками…

Я усмехнулся своим мыслям. Может, ещё и кровати, столы, стулья? Или сразу весь дом. Или даже всю школу…

Как бы там ни было, а тарелки и ложки были, но хватило не всем. Первыми отправились есть парни, которые копали землянку и рубили брёвна. Преподаватели, кухарки, их помощники и те, кто готовили ночлег, и я с ними — мы остались на второй заход. Ну и тяжелораненые тоже. Их было трое. У Васьки сломана рука и кукуху стряхнуло, у Вовки что-то с рёбрами, сломал, наверное. И Славка тоже по кумполу получил не слабо, плюс ногу вывихнул. Агафья Ефимовна вправила, конечно, но сейчас эта троица еле двигалась.

— Ничего, — сказал Игорь Петрович. — Ложки и чашки сделаем. Что-то из дерева вырежем, что-то из глины слепим и обожжём. Хорошо, что тут не сосновый бор, а смешанные леса, плюс, местность гористая. Тут точно должна быть глина. Жаль, где землянку копаем, почва не подходящая.

— Глина в этих краях есть, — подтвердил Григорий Ефимович. — Далековато идти, но добрая глина там точно есть. Вниз по ручью до речки. Потом ещё немного вниз… Там берег обвалился и большой пласт земли обрушился. Там несколько слоёв разной глины.

— Отлично! — обрадовался Игорь Петрович.

Я смотрел на них и офигевал.

Они так буднично обсуждали где взять глину, чтобы налепить недостающие тарелки, словно выбирали посуду из представленного ассортимента в посудном супермаркете.

Справедливости ради, офигел не только я. Остальные парни тоже смотрели на наших преподавателей, как на идиотов. Тут надо решать, как жить дальше, а они про глину…

— Ой, — влезла в разговор Светлана. — А я одно время увлекалась лепкой. Правда я лепила из синтетической глины.

— Ну вот! — обрадовался Боря. — Свой гончар у нас уже есть! Откроем гончарную мастерскую!

Народ нервно засмеялся. Я — тоже.

Вообще, эти разговоры про посуду были странными. Мы в лесу как партизаны живём, а тут гончарная мастерская — бред же? Или нет? Я вон лапти плету и норм.

— У меня дома такой удобный гончарный круг, — продолжала Светлана. — С электроприводом. Там скорость менять можно.

От упоминания дома у меня защемило сердце. Сразу как будто горячей волной обдало — мама, папа, Сонька!.. Как они там? Пришёл к ним Сан Саныч уже или ещё нет?

— Ну, электричество я пока тебе обеспечить не смогу, — говорил тем временем Игорь Петрович. — А вот удобный камень подберём. Кого бы тебе в помощники определить? Чтоб глину носил и дрова для обжига заготавливал.

— Давайте я! — вызвался парень из «Лучезарной дельты», Дмитрий. Тот, который спас свою гитару.

Дмитрий с таким трепетом относился к своей электроакустической гитаре, что это вызывало невольное уважение и к нему самому, и к его инструменту.

Сам он был тонкий и чернявый, с длинными пальцами и модной причёской, которая даже тут в лесу выглядела стильно. Думаю, не случайно именно к нему отправилась Светлана, когда обиделась на Ритку.

Игорь Петрович кивнул.

— Добро! Завтра сходим с тобой за глиной.

Дмитрий кивнул и поднял большой палец.

Я смотрел то на них, то на Григория Ефимовича, то на радужный пузырь и веточки рябины по периметру, то на ведро и одежду внутри защитного круга и испытывал жуткое ощущение диссонанса между будничным разговором и тем, что мы пережили раньше и наблюдали тут совсем недавно.

И, судя по нервным взглядам парней в сторону защитного круга, не только я ждал — вдруг там кто-то появится. В конце концов, Григорий Ефимович с боем вырвался из того места, где он был. Кстати, а где он был и что там случилось?.. Слова лешего о том, что Леля утихомирила Чернобога, меня не успокаивали.

Наконец, парни поели и уступили место нам. Девчонки разложили варево, и мы сели есть.

Я хлебал еду — что-то среднее между кашей и грибным супом — и думал о том, что не будем же мы жить в лесу вечно? Это Григорий Ефимович с Агафьей Ефимовной могут позволить себе переждать неприятности. Им что? Он в ручье полежит, она песни попоёт, помолодеют, а там глядишь, и сотня лет прошла. А нам как быть? Нужно говорить не о гончарной мастерской, а о том, что делать с Сан Санычем? Вернее, что он с нами собирается делать… У меня в городе, между прочим, родители с Сонькой остались.

Короче, рассердился я, даже аппетит пропал. Хорошо, каша к тому времени закончилась.

Отставил я тарелку с ложкой и спросил:

— С гончарной мастерской это вы здорово придумали, но что нам делать-то? Надо же что-то решать!

— Для начала пойди помой за собой посуду, — усмехнулся Игорь Петрович.

Все заржали.

Нет, ну каково, а? Я про серьёзные дела, а они ржать…

Пока ходил к ручью мыть тарелку, решил, что ну и ладно! Пусть ржут! А я открою портал и перенесусь домой!

От одной мысли о портале кожу начало саднить.

Слишком мало времени прошло с теракта. Ожоги не зажили. Я иногда забывал о них, но когда всё тело опалено, то надолго забыть не получалось. Любое движение, и вот оно — напоминание!

Когда я вернулся, парни сидели около костра, кто на чём — на брёвнах, на чурбаках, а кто и просто на земле.

Агафья Ефимовна отправила Светлану с Риткой мыть котёл. Николай с Мишкой пошли им помогать.

Ну, пошли и пошли. Главное, что Марина тут. А так — пусть помогают.

Я сел на свой