Возвышение. Земли Ордена - Михаил Павлович Игнатов

хорошо, что у меня с формациями вообще никак, иначе он бы развернулся раз в пять сильней. Подслушал я с помощью восприятия пару уроков у Дима, не дай Небо, если честно. Мне одного Ледия хватает.

Зато теперь я знаю, что пока у Сломанного Клинка есть добыча с города и есть Ледий мы не останемся без духовных камней. Я, если честно, даже не представляю, насколько же Седому хотелось встретиться с Норой, что он предложил отправить его через портал, хотя прекрасно знал Ледия и то, что его после этого ждёт.

Даже мне Ледий буквально голову проел своими наставлениями о том, что почём, кому и когда нужно продавать, сколько выгоды упускает семья и сколько убытков нам принёс Седой, что-то там продав Торговому Дому по дешёвке.

Б-р-р. Уроки Ледия, я сейчас не люблю больше всего. Если от расчётов Алкая у меня просто пухнет голова, то после наставлений Ледия голова вообще ничего не соображает — не выходишь, а выпадаешь из кольца и его растянувшегося времени, и в голове ещё полдня: десятки именований добычи, товара, техник и прочего. Где, что, почём и когда лучше продавать.

Иногда кажется, что дай Ледию пучок Серебряного Мирта, ценой всего в духовный камень и через неделю он превратит его в тысячу духовных камней.

Нет, я понимаю, что это невозможно, а будь Ледий так велик, то у Ордена не было бы никаких проблем с деньгами и они бы просто скупили всех своих врагов. Эрзум? Кто такие Эрзум? Эти жалкие нищие? Понятно, что действительность совсем другая, и зря сегодня попробовал поддеть этим Ледия. Особенно Ледия!

Тот обиделся и устроил мне строенный урок. За счёт моих сегодняшних полётов на мече, дневной прогулки по городу и медитаций. Строенный урок в кольце, на который он истратил все свои силы и растянул урок едва ли не на месяц. И ни один другой старейшина не пришёл мне на помощь и не вызволил меня из его урока, между прочим.

К дарсу. Мне что, драться было со своим старейшиной торговли? Бежать от него, словно вор? Я толкнул створку главных дверей, выходя на свежий воздух. Проще пережить его уроки, как я когда-то пережил лавину у подножия Братьев.

Кстати, о них. Я поднял голову к далёкой вершине в облаках, глубоко вдохнул прохладный воздух, а затем выдохнул его облаком пара. Мне кажется, что у подножия Братьев было теплей. Ниже и теплей. Лейла там, конечно, мёрзла, куталась в шкуры, но вот такого лютого холода, который пробирал младших учеников нашей Школы в первые дни, я там не припомню. Хотя, казалось бы — там снег и здесь снег, там горы и здесь горы, там высота и здесь высота. Хотя здесь всё равно повыше. Или я об этом уже думал вчера?

Потряс головой, приходя в себя.

Ох уж этот Ледий… Он и с обычным уроком все силы высосет, а сегодня… Точно сегодня?

Я снова поболтал головой, словно пустым кувшином, восстанавливая то, с чего начался день пару недель назад. Точно сегодня, в воспоминаниях нет Гамаи, уже привычно желающей мне приятных снов в дверях комнаты, которую она упорно называет покоями. А раз нет этого воспоминания, то всё было сегодня.

Дарс… Лучше бы я под ограничением полноценную тренировку с Безымянным или Седым провёл, чем…

— Господин умных, верных и ленивых.

Я с некоторым удивлением уставился на Пересмешника, который шагнул ко мне от границы резиденции. С этими наставлениями, чтобы новое поколение стало лучше предыдущего, я даже позабыл о нём. Да и он сам не спешил напоминать о себе. А раз это изменилось, значит, у него есть какие-то успехи?

Я, разом позабыв о мути в голове, предвкушающе улыбнулся и приказал:

— Докладывай.

— К сожалению, — качнул головой Пересмешник, — господин, порадовать нечем.

Я разочарованно выдохнул новый клуб пара:

— И ты решил, что мне нужно знать, что всё впустую, да?

— Лучше сказать это сразу и самому, чем дождаться, когда ты сам потребуешь результатов, и сообщить, что все недели были потрачены впустую.

Голову снова начало мутить, из неё буквально лезли наружу, через уши всё, что впихнул в меня Ледий про товары, их ценность, стоимость, цену и отличия этих трёх вещей. Я потёр висок и буркнул:

— Плохо.

— Господин… — Пересмешник развёл руками. — Я убийца. Я знаю, как проскользнуть сквозь охрану и сторожевые формации, я знаю, как убить одним ударом даже более сильного идущего, я знаю, как бежать, но я не знаю, как искать соглядатаев. Это дело для Радагала.

— Только он в этом смыслит ещё меньше твоего, — заметил я. — Не знает, ни как обмануть охрану, ни как бежать, ни как менять лица. Да и где я тебе отыщу задания для твоих навыков? — я жёлчно ухмыльнулся. — Своих врагов я привык убивать сам.

Пересмешник ответил мрачным взглядом и вновь повторил:

— Я никого не нашёл, господин.

— Что, вообще ничего подозрительного?

— Ничего.

— И даже тот чудной старик?

— Полная пустышка, — презрительно махнул рукой Пересмешник. — Его и идущим назвать — польстить. Сумасшедший.

— В любом случае других заданий у меня нет. Так что продолжай искать и следить. Я не верю, что соглядатаев нет.

Пересмешник скорчил недовольную рожу и предложил:

— Господин, а если я сам найду себе другую работу?

— Какую? — я невольно засмеялся. — Хочешь податься в искатели или собирать камни по городу?

— Нет, господин. Я говорю о том, чтобы кое-кого убить.

Улыбка сползла с моего лица.

— Что?

— Ради спокойствия в твоей семье, господин искателей, бывших орденцев, калек, беспризорников и отребья с улиц Пяти Ветров.

— Я очень не люблю всех этих многословных намёков, Пересмешник. Говори прямо, — приказал я.

И снова он не особо меня послушал.

— Мне проще показать, господин отребья, что отбилось от рук. Но, чтобы увидеть всё своими глазами, господин, вам лучше использовать амулет невидимости.

Поджав губы, я так и поступил.

За миг до того, как я накинул амулет на шею, Пересмешник шагнул ближе и ухватил меня за локоть левой руки. Через вдох тоже использовал свой амулет и взмыл в воздух, придерживая меня.

Опустились на землю мы на окраине города. За две улицы до самого края, в большом, довольно хорошо сохранившемся поместье. Вернее, мы опустились на каменную ограду, которая тоже была почти цела, если не считать