Звёздный луч - Эдриенн Вудс

— Можно сказать и так. Она определённо пользовалась этим парфюмом.

— Понятно, — повторила мама. — Мне жаль, ваше высочество, но у меня нет такого списка. Видите ли, сюда приезжают даже из самых дальних краёв за этой туалетной водой, я не могу записывать всех покупателей. Я бы с удовольствием вам помогла, но…

— Ничего страшного. Я всё равно найду её. Я не привык сдаваться.

У мамы вырвался нервный смешок.

— Удачи.

Колокольчик прозвенел, сообщая о его уходе.

Альберт был здесь. В нашей лавке. И дал маме красную королевскую печать.

— Катрина Сквайр, что ты наделала? — прогремел мамин голос на всю лавку.

— Прости, мам, я не думала, что так выйдет. Я даже предположить не могла, что он запомнит аромат.

— Он не остановится. Я поняла всё по его лицу…

— Что?

— Меньше знаешь — крепче спишь, — разозлилась мама.

Мама развернулась, а мои губы растянулись до ушей.

— И сотри с лица эту глупую улыбку. Нам сильно не поздоровится, если об этом узнают его родители.

Она продолжала ворчать, но я уже погрузилась в свои мечты о нём. Мне уже хотелось, чтобы он поскорее меня нашёл.

Сомнения нахлынули огромными волнами. Я видела Альберта той ночью. Я поняла, что это он. Принц и в самом деле очень красив, но я не могу знать наверняка, как он отнесётся к настоящей мне.

ГЛАВА 8

КЭТИ

Я проводила своих сестёр и брата к небольшой школе рядом с церковью.

Стоял чудесный летний день. Я закрыла глаза, наслаждаясь тем, как лучики солнца ласкают кожу.

Я терпеть не могу зиму. Если б только она не была такой холодной…

С наступлением лета папе стало заметно лучше. Он хорошо держался, и часть меня хотела разыскать Альберта и напомнить ему о его предложении отвести моего отца к его знакомому Ласточкокрылому.

Мама уже была в лавке, когда я пришла.

У кассы стоял джентльмен. Он медленно развернулся, стоило мне войти.

У него весьма привлекательная внешность: чёрные как смола волосы и необычные ореховые глаза.

И он часто бывает на солнце.

— Доброе утро, — улыбнулась я.

Он ничего не ответил, только разглядывал меня.

— Простите нас. Катрина, в кладовую.

— Да, мам, — ответила я и пошла туда, всё ещё чувствуя на себе взгляд джентльмена.

Мне это не нравится.

— Красивая девушка.

— Да, все молодые люди Эйкенборо влюблены в нашу Кэти, но она у нас крепкий орешек.

— Кэти?

— Сокращённо от Катрины.

— Она работает здесь?

— Она моя старшая дочь. Вам упаковать?

— Нет, заберу так. Спасибо, — сказал он, и мама открыла кассу.

С тех пор, как мы получили королевскую печать, лавка не закрывается. Дризельда больше ни разу не приходила, и я сомневалась, что когда-нибудь придёт.

Её счёт, оплаченный принцем, помог закрыть нам несколько наших. И даже хватило ещё на лекарства отцу и еду на всю семью.

Мама остановилась на пороге кладовой.

Я посмотрела на неё.

— Он ушёл?

— Да, — тихо ответила она.

— Он уже заходил сюда, да?

— Несколько раз. Эта туалетная вода серьёзно становится хитом продаж.

— Я рада.

Не знаю, стоит ли озвучивать свои тревожные мысли.

— Не переживай, Кэти, у него уже есть дама сердца.

— Мне не понравилось, как он на меня смотрел, мам.

— Сколько раз мне повторять, что ты настоящая красавица. Даже принц так считает.

— Принц понятия не имеет, как я выгляжу.

— Он чувствует это, — она подошла ко мне и крепко обняла. — Все парни в деревне смотрят на тебя влюблёнными глазами, Кэти, а ты всё думаешь не о том.

— Дело не в этом. Они все считают, что я какая-то девица в беде, а это не так.

— Да, ты определённо не девица в беде.

АЛЬБЕРТ

Спустя три недели после бала меня переполняли самые разные чувства. В том числе раздражение.

Роберт проверил десятки лавок и городских девушек. Нашёл парочку, от которых пахло так же, но ни одна из них не подходила под описание. А та единственная, что подходила, пахла иначе.

Но я всё равно хотел узнать о ней больше.

— Ну не знаю, Альберт. Как по мне, обычная девчонка. Даже слишком юная.

— Чёрт, — ответил я и тяжело вздохнул.

— Она точно сказала тебе, что уже взрослая?

— Да, у неё была грудь, Роберт.

— Эта ещё совсем ребёнок. Это не может быть она. Эй, не вешай нос. Мы найдём её, обещаю.

Я улыбнулся. Мне уже в голову начали закрадываться мысли, что моя леди — лишь плод воображения.

— А что тебе удалось выяснить насчёт тяжело больных? У неё отец болен.

— Да почти ничего. Стоит только заикнуться, как все уходят от вопроса. Это очень закрытая деревня, Ал, и некоторым уже не нравятся мои поиски. Я начинаю привлекать ненужное внимание.

Я кивнул.

Что, если она использовала заклинание тем вечером? Это могло бы объяснить, почему она убежала, когда пробили часы. Но это же дорого. Будь у неё деньги, она бы потратила их не на зелье, а на оплату лечения отца у Ласточкокрылых.

— Что, если мы просто пошлем Конни и Исси лечить всех больных в Эйкенборо?

— У твоего отца появятся вопросы. Ал, ты же понимаешь, что это не вариант.

— Черт возьми, Роберт. Мне нужно…

— Что тебе нужно?

— Изменить ее мнение о том, какой я на самом деле.

— Альберт, мы найдем ее. Я уверен.

Я не мог выбросить ее из головы и начинал терять надежду. Возможно, она даже не живет в Эйкенборо.

Где мне ее искать?