Монголия. Следами номадов - Андраш Рона-Тас

Когда мы приехали на курорт, в нём пребывало около сорока человек, потому что не было ещё разгара сезона. Летом лечебной водой и санаторным лечением пользуются здесь до трёхсот пастухов или служащих, рабочих из столицы и шахтёров, нуждающихся в отдыхе и лечении. Главный врач – первый выпускник монгольского медицинского факультета, начавший обучение в Советском Союзе. В настоящее время он работает над научной диссертацией на степень кандидата наук. В своей работе дерматолога он использует опыт изучения воздействия на людей лекарственного источника в Худжирте. Несмотря на уйму профессиональной и научной работы, он находит время заняться с заграничными гостями, пребывающими на курорте. Сегодня он наш хозяин. По его рекомендации один день нас угощают блюдами монгольской кухни, во второй – европейской. Повар – настоящий мастер. Он готовит такое печенье, компоты и салаты – очевидно, из консервов, – что не постыдился бы их ни один европейский отель.

Вечерами для курортников в Доме Культуры предлагается интересная программа. Мы слушаем попеременно хор местной школы, игру на народных инструментах, песни и декламацию взрослых и молодых исполнителей. Наиболее любимым музыкальным инструментом является здесь морин хуур, струнная кобза, украшенная резной конской головой. Не является правдоподобным, чтобы этот монгольский инструмент имел что-то общее со старинной кобзой венгерской, но он является инструментом родственным даже название родственно, потому что монгольское слово хуур звучало прежде как когур или кобур, что напоминает турецкое кобуз, от которого произошло венгерское слово кобоз (род старинной кобзы венгерской). Резонирующая коробка настоящего монгольского инструмента имеет вид трапеции, а на конце длинной его шейки находится украшенная, резная и покрашенная конская голова. Поэтому слово морин в название инструмента обозначает по-монгольски коня. Смычок состоит из сильно выгнутой палки и натянутого на неё конского волоса.

Гвоздём программы были песни в исполнении молодой девушки. Пела она старые пятитональные стихийные мелодии сильным высоким голосом. В песне о влюблённых, скачущих на конях, чувствовалась волнующая, захватывающая тело и душу сила. Я был поражён, когда в певице узнал официантку, обслуживающую нас в обед. Она является наиболее любимой певицей и работает в кухне курорта. На следующий день в полдень нас посетила солидная делегация. После долгого вступления делегаты заявили нам, что курортники охотно выслушают несколько слов о Венгрии. Не могли бы мы исполнить их просьбу? Во время составления текста нашей короткой беседы пришли мы к выводу, что наитруднейшим делом является рассказ в течение двадцати минут, содержащий всё то, что наши новые друзья должны – по нашему мнению – знать о Венгрии. На подготовку краткого реферата о географии, истории, природных богатствах, населении и культуре венгров, о прежних и новых войнах венгерского народа у нас ушло целых полдня. Едва успели мы подготовиться, а здесь уже приглашают нас на сцену. Каким же было удивление аудитории, когда Кара заговорил по-монгольски! Говорил он целый час по-монгольски, и притом безупречно, что вызывало бурные аплодисменты и энтузиазм собравшихся. А после начали нас спрашивать, откуда мы знаем язык. Монголам было также интересно, как живут венгерские пастухи, какие животные пасутся на Низине Венгерской и сколько жителей насчитывает Будапешт. Нас не хотели отпускать.

Назавтра в последний день нашего отдыха устроили мы себе прогулку. Поехали на реку Орхон. Погода была фантастическая – солнце сильно грело на безоблачном голубом небе. Такое голубое небо встречается только здесь, в Монголии. Поодаль белели снежные вершины, поблизости паслись стада верблюдов, коней, яков и овец. Мы поехали рыбачить. Машина долго блуждала среди взгорий, пока наконец после неполного часа езды не распростёрлась перед нами долина реки. Дорога помечена здесь высокими грудами крупных камней, из которых каждая окружена кольцами или разными фигурами, уложенными из мелких камней. Всё это – погружённая в землю страна прошлого номадов. Окрестные жители называют эти старые могилы херегсур или хиргисур. В них спят вечным сном древние жители этой земли – гунны, тюрки, монголы и кто знает, какие ещё кочевые народы. Могилы ожидают археологов. По мере нашего приближения к долине реки могилы множатся в наших глазах. Кое-где большое надгробие окружено несколькими меньшими, по-видимому, какой-то вождь или глава семьи собрал своих подчинённых вокруг себя даже после смерти.

Орхон ещё во многих местах покрыт льдом. Я записываю в мою записную книжку дату, 17 мая. Свободная ото льда у берега вода чиста как кристалл. Купаются в ней цветистые стаи диких гусей, дроф и чаек. Мы выходим на скалистый берег. Один из сопровождающих нас монголов вытаскивает европейский спиннинг с катушкой и блестящим крючком. В чистой воде видны хищные рыбы с чёрными хребтами. Не успел я ещё наставить фотоаппарат, а уже одна рыба клюнула. Коллеги вытащили на берег добычу весом около трёх четвертей килограмма. Как оказалось, она будет только приманкой, так как монголы режут её на кусочки, а хвостик насаживают на крючок. Это, что сейчас делается, можно было бы назвать скорее охотой, чем рыбалкой. Рыбак целится как бы с видимостью, что добрую рыбу стреляет – как раньше его предки, – бросая ей приманку под самый нос. Крючок исполняет роль гарпуна и цепляет рыбу за бок. Рекордная добыча того дня достигала тридцати сантиметров длины, что – по мнению наших монгольских друзей – идёт за средний результат, так как здесь на удочку ловят значительно больших рыб.

День закончился состязаниями в стрельбе по верблюжьей кости величиной с ладонь, установленной на расстоянии пятидесяти метров.

18 мая ранним утром мы собираемся и поспешно выезжаем в дальнюю дорогу. Главный врач санатория не прощается с нами, потому что, как он утверждает, через какое-то время вместе поедем той самой дорогой. Мы выезжаем первыми и останавливаемся у какой-то таблички. Здесь находится граница сомона Худжирт. Врач вытаскивает архи, настоящую монгольскую молочную водку, и рюмки. Он произносит приятный тост за успех в нашей работе, а мы благодарим его за дружеское и сердечное гостеприимство. Мы осушаем на прощание рюмки, после чего главный врач обнимает всех нас. Прощание заканчивается церемониальным пожатием ладони, полагаясь на то, что вытянутая вперёд правая рука принимает легко левую руку.

Заворчал двигатель нашего грузовика, и уже мы едем дальше. Приветствию, прощанию, подаркам и вообще встречам с людьми монголы придают большое значение. Есть это значительное событие и у нас.