Медовые поцелуи - Люси Монро

– Что происходит?

– Это мое заявление об уходе.

– Черт возьми, я вижу сам… – Он выругался по-арабски, и если бы слышали его родители, то отец покраснел бы, а мать упала бы в обморок. – Я хочу знать, какого дьявола? – он, наконец, заговорил по-английски, но с таким акцентом, будто только начинал учить язык.

Ни на секунду он не сомневался в том, что это заявление вполне серьезное. Хотя ему хотелось бы верить в то, что это розыгрыш. Он понял по виду Грейс, что она собирается уйти от него, и сейчас ему хотелось знать, почему.

– Это значит, что я увольняюсь с работы через месяц после подачи заявления. – Голос ее оставался невозмутимым, но напряженная поза свидетельствовала о том, что она едва держала себя в руках.

– Почему? – спросил он тоном, который скорее был похож на рык, чем на человеческий голос.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

Грейс закусила губу, но ничего не сказала. В Амире поднялась новая волна гнева. Мисс Эффективность, личный помощник, которая всегда на все знала ответ, ничего не может сказать по поводу того, почему же она хочет покинуть своего работодателя. Покинуть его?

– Потому, что ты получила лучшее предложение? От кого? От Джерри? Поверь, если это так, то он очень скоро сильно пожалеет о том, что решил переманить моего сотрудника.

– Я тебе не принадлежу, Амир. Я – личный помощник, а не рабыня.

Черт, она не принадлежит ему.

– Ты не уйдешь от меня.

– Уйду.

– Я его уничтожу.

По вспыхнувшему огню в глазах Грейс он догадался, что она знает, о ком идет речь.

– Я не ухожу работать к Джерри.

Амир презрительно взглянул на нее.

– Нет, – настаивала она.

– Тогда почему? – Он не дал ей ответить. – Скажи, что это не из-за денег. Ты знаешь, что я могу платить тебе больше. Если ты хочешь переехать в новую квартиру, мы купим тебе новую.

– Речь идет не о деньгах и не о квартире. – На лице Грейс застыло выражение боли.

Что с ней происходит?

– Тогда почему?

– По личным причинам.

– По личным причинам? – С изумлением воскликнул он. И не потому, что у нее не могло быть личных причин, а потому, что она вздумала покинуть его из-за таких пустяков. – Так какие же у тебя причины?

– Раз они личные, значит, они тебя не касаются.

– Но в прошлом ты не скрывала от меня ничего.

– Это было в прошлом.

– Так что же изменилось?

Она открыла и закрыла рот, не в силах вымолвить ни слова, затем судорожно вздохнула и сцепила руки на груди.

– Я… Я изменилась, Амир. И я хочу изменить свою жизнь.

– Почему? Твоя жизнь в качестве моего личного помощника – не самый худший вариант.

– Я согласна, но в то же время у меня нет другой жизни.

– Ты никогда раньше не жаловалась.

– Я и сейчас не жалуюсь.

– Но ты уходишь. Хорошо, мы поменяем график работы. У тебя будет больше свободного времени.

– Пока я работаю с тобой, ничего не выйдет. – Эти слова имели какой-то скрытый подтекст, но он не мог его разгадать.

Амир разозлился еще сильнее.

– Ты говорила, что я – твой лучший друг.

– Но я – не твой друг.

– Что ты хочешь этим сказать?

– То, что у тебя есть другая жизнь, помимо работы. У тебя есть семья, которую ты навещаешь гораздо чаще, чем я – свою собственную. Твои братья – твои друзья. У тебя есть женщины, и скоро у тебя будет жена.

– А у тебя есть только я, вот из-за чего ты так сильно горюешь?

В глазах Грейс вспыхнул гнев.

– Я не горюю. Я просто пытаюсь объяснить тебе мое решение.

– Но ты уходишь, потому что у меня больше друзей, чем у тебя, – с сарказмом заметил он.

– Я ухожу, потому что хочу жить своей жизнью. Все просто, как видишь.

– Нет ничего простого в том, что ты бросаешь меня.

– Я не бросаю.

– Ты мой лучший друг, – произнес он сквозь зубы.

Он терпеть не мог обидчивых людей, но для Грейс делал исключение.

– Нет.

– Черт возьми…

– Послушай. С тех пор, как мы приехали в Зорху, ты стал все больше отдаляться от меня. Я тебя понимаю, – сказала она, стараясь не показать, как ей больно, – Ты собираешься жениться, и тебе будет неловко продолжать со мной дружить в новых обстоятельствах.

– Ничего подобного!

– Пожалуйста, не лги мне. Ведь ты мне никогда прежде не лгал.

– Откуда ты знаешь, что я тебе никогда не лгал? – возмутился он, еще больше разозлившись оттого, что она ошибалась. – Я лгал тебе каждый день, когда притворялся, что не хочу от тебя ничего кроме дружеских деловых отношений, в то время как жаждал разложить тебя на своем столе и насладиться каждым сантиметром твоей белой кожи. Именно поэтому я «отталкивал» тебя, как ты сказала. Я не мог рисковать и остаться с тобой наедине.

– Что? – Она потрясла головой, будто не могла поверить своим ушам. – Ты говоришь неправду, – произнесла она упавшим голосом.

– Ты не веришь мне?

– Я не красивая. Я не искушенная в этих делах. Я совершенно не похожа на женщин, с которыми ты обычно встречался.

– И все же ты женщина, которую я страстно желаю.

– Нет.

– Почему ты пытаешься отрицать очевидное? Ты тоже меня хочешь.

– Что? Почему… Я не понимаю, о чем ты говоришь.

– Что же непонятного? – Он встал, и она увидела бесспорные признаки его желания. – Оно обоюдное.

Грейс не отводила от него взгляда. Он покачал головой.

– Ты чертовски невинна.

– Я невинна?

– Ты собираешься это отрицать?

– Ммм… нет.

– И твоя невинность возбуждает меня.

– Но я думала, ты любишь опытных женщин.

Амир стремительно обогнул стол и так же стремительно прижал ее к себе.

– Я люблю тебя, Грейс.

Она смотрела на него, как на умалишенного.

– Ты хочешь меня? – с изумлением произнесла она.

– Я хочу тебя. – И затем он ее поцеловал.

Амир поцеловал ее очень нежно, несмотря на то, что безумно жаждал. Ведь это был их первый поцелуй. И возможно, первый в жизни его персонального помощника. Ее губы были сладкими, как спелая вишня, и очень мягкими. Как будто созданными для того, чтобы он наслаждался ими. Грейс не ответила на его поцелуй, но и не оттолкнула его. Амир оторвал от нее свои губы.

– Поцелуй меня тоже.

Она потрясенно взглянула на него.

– Я не знаю, как это делается.

– Прикоснись ко мне губами и приоткрой их, чтобы я попробовал тебя на вкус.

– Хорошо.

Она сделала так, как он просил, и он держал себя в руках, чтобы постепенно провести ее от невинных ощущений к сексуальному блаженству. Он гладил ее руками по спине, прижимал к ней напрягшуюся плоть, впервые не беспокоясь о том, что она почувствует его. Он хотел, чтобы она знала, насколько сильно возбудила его.

Грейс издала тихий томительный стон, вцепившись пальцами в его грудь.