Фарги Падающая звезда - Лариса Куницына

Джон возился возле стойки автоматического бара, укрытого за пушистым кустом в витом вазоне из белого фарфора. Я вспомнила, что он никогда не садился здесь в кресло без кружки с крепким горячим чаем.

— Что вам налить? — спросил он оттуда.

— Мне — кофе! — попросила я.

— Как всегда, без сахара?

— Да…

— Крис?

— Я по-прежнему не пью один, — усмехнулся Кристоф.

Джон вышел из своего укрытия и подал мне чашечку-наперсток на тонком, как лист бумаги, блюдечке. У него в руках была давно знакомая мне большая кружка.

— Да, теперь вспомнил, — кивнул он и сел рядом с ним на диван. — По части виски Джерри с удовольствием составит тебе компанию. А вот и он.

Джер с улыбкой вошёл в гостиную, и вид у него был свежий и утренний. Босиком, в светлых фланелевых брюках и толстой махровой куртке, он был совсем не похож на головореза-мутанта из зловещей Пустыни Огненного Глаза.

— Ты не бросил пить? — с ходу спросил он у Кристофа.

— Здоровье пока позволяет.

— Значит, по стаканчику виски за встречу…

Он удалился за куст и вскоре вернулся с тремя стаканами.

В третьем оранжево светился апельсиновый сок для Бриана. Поставив этот стакан на столик, Джер подал виски Кристофу и устроился неподалеку в кресле.

— Как только я вошёл сюда, я понял одну вещь, — произнёс он. — Это очень странно, потому что мне казалось, что здесь я буду лить потоки слез на каждом шагу. Однако я всегда в конечном итоге делал то, чего хотел от меня Фарги. И ему наверняка не понравилось бы, если б после его смерти кто-то рыдал. Я прав?

— Я в этом уверен, — кивнул Кристоф.

— Мне тоже здесь стало как-то легче, — признался Джон. — Наверно потому, что здесь слишком много того, что напоминает о нём. Он терпеть не мог сырости.

— Да, благодаря ему у нас была весёлая жизнь, — усмехнулся Джер.

— Я не знаю, как насчёт твоей жизни, а мою он превратил в кошмар, — заявил Джон. — Каждый раз, отправляясь сюда провести уикенд, я прощался со своей женой как будто уходил на войну. У нашего друга была слишком бурная фантазия. Он просто обожал крутые виражи и регулярно устраивал их нам. А я спокойный человек. У меня семья, дети…

— Ах, да! Твои дети! — рассмеялся Джер. — Ты слышал о его малышах? — он взглянул на Кристофа. — Два здоровых мужика, у которых уже награды не помещаются на груди, несмотря на феноменальные размеры их грудных клеток.

— Они служат в космодесанте, — с улыбкой пояснил Джон. — Вчера им исполнилось по двадцать пять.

В гостиную вошёл Бриан, тоже босиком, в узких чёрных брюках и просторной белой блузе в стиле Ренессанса. Взяв со стола стакан с соком, он устроился в третьем кресле.

— Все в сборе, — произнёс он, окинув взглядом нашу компанию.- Пришло время поговорить о деле?

— Сколько ни откладывай, а придётся, — кивнул Джон. — С вашего позволения, начну я. Сперва расскажу то, что известно всем. Позавчера рано утром один из местных фермеров, который иногда приходил сюда, чтоб поддерживать сад виллы в относительном порядке, нашёл Фарги на поляне перед домом. Тот был мёртв. На груди у него была глубокая колотая рана. Фермер вызвал полицию. Инспектор Мелис из Луарвига прибыл на место примерно через полчаса. Его люди установили, что Фарги мёртв примерно около часа. Они обыскали весь сад и прочесали всё вокруг на несколько миль, но ни преступника, ни орудия преступления не нашли. Тело было увезено в Луарвиг для проведения экспертизы, но бесследно исчезло из морга госпиталя Святого Лазаря. Насколько мне известно, до сих пор расследование не дало никаких результатов.

— Значит, меча на месте не было? — спросила я. — Никакого меча вообще?

— Нет. В доме вообще не нашли оружия.

— Я вижу, вас не смущает тот факт, что его тело исчезло, — заметил Бриан, взглянув на меня.

— Нет, — покачал головой Кристоф.

— Такое случается, — кивнула я.

— Случается похищение трупов? — уточнил Джер.

— Дематериализация, — уточнила я. — Не всегда, но такое бывает.

Бриан и Джер переглянулись.

— Похоже, есть что-то, чего мы о нём не знали, верно? — спросил Бриан. — В принципе, как ни странно, мы вообще почти ничего не знали о нём. Вроде жили рядом, работали вместе… До последнего времени.

— Он вёл какое-то дело в Луарвиге, — пояснил Джон. — И всячески уклонялся от нашего участия.

— Да, говорил, что это его драка, — подтвердил Джер. — Он знал, что это плохо для него кончится, но, похоже, новая игра захватила его с головой. Буквально на прошлой неделе я встречался с ним. Он выглядел если не ужасно, то, по крайней мере, плохо, сказал, что написал завещание, по которому дом и картины переходят к нам троим, потому что только мы трое знаем, что со всем этим можно сделать, что выставлять, что сохранить, а что уничтожить. Я тогда сказал ему, чтоб он не валял дурака, но он словно не услышал меня. «Если я погибну, то попытайтесь вызвать на мои похороны Криса Джордана, Джон может выяснить, где его найти, — продолжал он, — кстати, он поможет вам закончить работу… Если, конечно, у него это получится». Я спросил его, о какой работе он говорит, но он покачал головой. Больше мне ничего не удалось из него вытянуть.

— Скорее всего, он говорил о своём расследовании, — заметил Бриан. — Кое-что о нём он мне сказал. Я застал его в студии за проекционным аппаратом. Он перебирал старые картины, записанные в файлах, но не закреплённые на экранах. Среди них оказалась «Валькирия», которую он рисовал с тебя, — Бриан взглянул на меня. — Он сказал, что хоть и рисовал с любовью, но вышло что-то вроде дружеского шаржа. Не нужно было так настаивать на пафосе, переходящем в язвительность, потому что прямолинейность в суждениях модели рано или поздно пройдёт, а сила и мудрость останутся, поэтому лучше бы переписать картину. Он перевел её на рабочий терминал и пока прикидывал изменения, мы вспоминали то дело с «Сингроботинкорпорейшн», которым занимались вместе. Тогда Фарги и оговорился, что ему бы очень хотелось, чтоб ты сейчас была здесь.