Бумажная девушка - Гийом Мюссо

– Вы действительно хотите продолжить? – спросил я, открывал файл, посвященный Билли.

Молодая женщина вытащила из одного из ящиков низкого стола маленькую серебристую зажигалку и старую начатую пачку сигарет «Данхилл» – о ее существовании я сам не подозревал, – ее, должно быть, оставила одна из женщин, с которыми я встречался до Авроры. Билли закурила и сделала это стильно.

– Жду не дождусь.

Я посмотрел на экран и наугад выбрал сведения.

– Любимая рок-группа?

– Гмм… «Нирвана», – начала она было, но тут же спохватилась: – Нет! «Ред Хот»!

– Не слишком оригинально.

– Но это верный ответ, так?

Да, она ответила правильно. Несомненно, ей просто повезло. В наши дни все любили группу «Ред Хот Чили Пепперс».

– Любимое блюдо?

– Если меня об этом спрашивает приятельница с работы, я отвечаю: «Салат «Цезарь»», чтобы не сойти за обжору, но больше всего на свете я люблю большую жирную порцию рыбы с чипсами!

На этот раз не о каком везении речи быть не могло. Я почувствовал, что на лбу выступили капельки пота. Никто, даже Мило, никогда не читал «секретные» биографии моих персонажей. Они были только на моем компьютере, и вход был надежно защищен. Отказываясь признавать очевидное, я задал следующий вопрос:

– Ваша любимая позиция в сексе?

– Идите к черту.

Билли встала с дивана и затушила сигарету, сунув ее под кран.

Отсутствие ответа придало мне уверенности:

– Количество партнеров в вашей жизни? На этот раз отвечайте! У вас даже не будет права на джокер, тем более что вы его уже использовали.

Она бросила на меня взгляд, в котором не было ни следа доброжелательности.

– И вы такой же, как все! Только это вас и интересует…

– Я никогда не делал вид, что я другой. Итак, сколько?

– Вы в любом случае уже знаете: с десяток…

– Назовите точную цифру.

– Я не стану их считать в вашем присутствии!

– На это уйдет слишком много времени?

– На что вы намекаете? На то, что я шлюха?

– Я этого не говорил.

– Нет, но очень громко подумали.

Нечувствительный к ее стыдливости, я продолжал то, что все больше становилось похожим на пытку.

– Так сколько?

– Шестнадцать, кажется.

– И из этих «шестнадцати, кажется» скольких вы любили?

Она вздохнула:

– Двоих. Первого и последнего: Тео и Джека.

– Девственника и похотливого павиана. Вы предпочитаете крайности.

Женщина с презрением посмотрела на меня:

– Вау, вот он класс! Вы настоящий джентльмен.

Вида я не подал, но мне пришлось признать, что на каждый вопрос она ответила правильно.

Дзинь!

Кто-то позвонил в дверь, но я не собирался открывать.

– Вы закончили с вашими похабными вопросами? – с вызовом поинтересовалась Билли.

Я задал вопрос-ловушку:

– Ваша настольная книга?

Она смущенно пожала плечами:

– Не знаю. Я мало читаю, у меня нет на это времени.

– Отличный предлог!

– Если вы находите меня слишком глупой, то сердиться вы можете исключительно на себя! Напоминаю вам, что я создана вашим воображением. Это вы меня придумали!

Дзинь! Дзинь!

Посетитель за дверью терзал звонок, но он устанет раньше, чем я.

Раздраженный ситуацией в целом и обескураженный каждым ее правильным ответом, я завелся, не осознавая, что мой допрос превращался в преследование.

– Ваше самое большое сожаление?

– Что у меня до сих пор нет ребенка.

– В какой момент жизни вы были наиболее счастливы?

– Когда я в последний раз проснулась в объятиях Джека.

– Когда вы в последний раз плакали?

– Я забыла.

– Настаиваю, отвечайте!

– Не знаю, я плачу по любому пустяку.

– Назовите последний раз, когда это было важно.

– Полгода назад, когда мне пришлось усыпить моего пса. Его звали Аргос. Это в вашем досье не отмечено?

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Мне следовало удовлетвориться этими ответами. Я получил больше доказательств, чем мне было нужно, но все происходящее настолько сбивало меня с толку… Эта маленькая игра перенесла меня в другое измерение, в другую реальность, которую мой разум отказывался признавать. В смятении я обратил свой гнев против Билли:

– Чего вы больше всего боитесь?

– Будущего.

– Вы можете вспомнить худший день вашей жизни?

– Пожалуйста, не спрашивайте меня об этом.

– Это будет последним вопросом.

– Прошу вас…

Я крепко схватил ее за руку:

– Отвечайте!

– ОТПУСТИТЕ МЕНЯ, вы делаете мне больно! – закричала она, отбиваясь.

– ТОМ! – крикнул голос из-за двери.

Билли высвободилась из моей руки. Ее лицо побелело, в глазах загорелся огонь страдания.

– ТОМ! ОТКРОЙ ЖЕ МНЕ, ЧЕРТ ПОБЕРИ! НЕ ЗАСТАВЛЯЙ МЕНЯ ВОЗВРАЩАТЬСЯ СЮДА С БУЛЬДОЗЕРОМ!

Это, разумеется, был Мило…

Билли укрылась на террасе. Мне очень хотелось пойти и утешить ее после того, как я причинил ей боль, ведь я был уверен, что она не изображала гнев и печаль. Но я был настолько выбит из колеи, что перспективу поделиться этой девушкой с кем-то еще я воспринял с огромным облегчением.

11. Девочка из Макартур-парка

Друзья – это ангелы, которые поднимают нас, когда наши крылья больше не могут вспомнить, как летать.

– Ты едва не встретился с бульдозером! – заверил меня Мило, вваливаясь в гостиную. – О-ля-ля! Тебе не лучше. Ты выглядишь так, словно надышался бикарбоната.

– Что тебе нужно?

– Я приехал забрать мою машину, если тебя это не слишком смущает! Хочу прокатиться на ней в последний раз, прежде чем ее заберут приставы…

Малибу. 10 часов утра

– Здравствуй, Том, – поприветствовала меня Кароль, тоже вошедшая в гостиную.

Она была в форме. Я бросил взгляд на улицу и увидел, что перед моим домом припаркован полицейский автомобиль.

– Ты приехала, чтобы арестовать меня? – пошутил я, крепко обнимая ее.

– Да у тебя кровь идет! – воскликнула она.

Я нахмурился, потом заметил пятна крови на моей сорочке: сувенир, оставленный разрезанной рукой Билли.

– Не пугайся, это не моя кровь.

– Этим ты решил меня успокоить? К тому же кровь совсем свежая, – подозрительным тоном сказала Кароль.

– Подождите. Вы не можете представить, что со мной случилось! Вчера ночью…

– Чье это платье? – прервал меня Мило, поднимая шелковую тунику, перепачканную кровью.

– Авроры, но…

– Авроры? Только не говори мне, что ты…

– Нет! Оно было не на ней. Это была другая женщина.

– Ага, значит, ты встречаешься с другой женщиной! – воскликнул Мило. – Это хороший знак! Я ее знаю?