Флирт или вбрасывание - Лия Бруннер

зевать. Медсестра Бекки привлекает наше внимание и кивает, давая понять, что пора дать мальчику отдохнуть, и мы вскоре уходим в соседнюю палату.

В ней лежит маленькая девочка примерно десяти лет. Я не видел ее раньше, но на ней ярко-розовый парик, который подчеркивает ее голубые глаза. В кресле рядом с ее кроватью сидит женщина, у нее такие же голубые глаза, так что я предполагаю, что это ее мама.

Я заглядываю на список с именами пациентов, которых мы сегодня посетим, чтобы узнать ее имя, пока подхожу к кровати.

– Приветик, Эмма.

Она застенчиво улыбается, затем опускает взгляд на свое одеяло.

– Привет, – шепчет она, на секунду поднимая на нас взгляд.

Брюс опирается бедром о кровать и улыбается ей.

– У тебя потрясающие волосы. Как ты думаешь, мои бы мило смотрелись в таком цвете?

Она поджимает губы, стараясь не рассмеяться. Но при этом медленно качает головой из стороны в сторону.

Брюс драматично ахает и прижимает руку к груди.

– Как досадно, Эмма.

Эмма и ее мама хихикают. Брюс забирает у меня сумку и достает орла со своим номером и кладет ей на колени, прежде, чем она успевает выбрать другой.

– Номер тридцать девять. Это мой номер.

– Спасибо, – говорит она, поднимая птицу и прижимая ее к груди.

Брюс оглядывается на меня и улыбается. Я качаю головой, но не могу сдержать улыбку, которая появляется на моих губах.

Мы несколько минут разговариваем с Эммой и ее мамой, пока медсестра Бекки не отводит нас в соседнюю палату.

Мы ходим от палаты к палате в течение двух часов. Это и весело, и грустно… и эмоционально изматывающе. Я чувствую себя эгоистом, даже думая об этом, потому что не могу представить, как тяжело приходится этим семьям. Быть светлым пятном в их жизни – большая честь.

Когда мы с Брюсом идем на парковку к своим машинам, наша спортивная сумка уже пуста. Он поворачивается ко мне.

– Какие у тебя планы на день рождения?

– Наконец-то у меня свидание с Ноэль.

Брюс останавливается как вкопанный и изумленно ахает.

– Ты врешь!

Я качаю головой из стороны в сторону.

– Ну, вроде как… вроде как.

– Объяснишь, как так вышло?

Мы останавливаемся перед пикапом Брюса, и он приваливается к дверце со стороны водителя.

Я рассказываю ему об аукционе, на который меня втянул тренер Янг, и о том, как бабуля сделала на меня ставку. Под конец он краснеет от сильного смеха.

– И теперь она должна встретиться с тобой? – Он снова разражается смехом. – Это великолепно. Ты в долгу перед ее бабушкой.

Я смеюсь вместе с ним.

– Это и так понятно.

– Куда ты ее отведешь? Прямо в здание суда, чтобы заключить брак?

Обхватив подбородок пальцами, я говорю себе под нос:

– Отличная идея. Я мог бы похитить ее.

Брюс хихикает.

– Вообще-то, разве это не сюжет из той самой аудиокниги, которую Митч случайно прослушал?

– «Случайно», – повторяю я, показывая в воздухе кавычки. Мы оба смеемся из-за действий Митча.

– В любом случае, поскольку сегодня мой день рождения, я приглашаю ее на ужин, а потом на одно из моих любимых занятий.

Брюс фыркает.

– Все мы знаем, какое у тебя любимое занятие, и Ноэль ни за что не согласится с этим. Она даст тебе пощечину даже за одно упоминание об этом.

– Это не мое любимое занятие! Ты вообще меня знаешь?

Он приподнимает бровь, показывая, что его это не убедило.

– Когда ты в последний раз видел меня с женщиной?

Он открывает рот, чтобы ответить, затем закрывает его. Так происходит несколько раз. Он прикусывает нижнюю губу, размышляя.

– Знаешь что, давненько я тебя ни с кем не видел.

– Точно. Так что перестань меня осуждать, прошу.

Он сильно хлопает меня по плечу.

– Посмотрите-ка, кто у нас вырос! Горжусь тобой, парень.

Я закатываю глаза.

– Мы все молоды и свободны в какой-то момент. – Он смеется. – Что у тебя за загадочное любимое занятие?

– Банджи-джампинг[3], – отвечаю я, разочарованно разводя руками. Я удивлен, что Брюс не знает этого. Он даже ходил со мной как-то.

– Ой. Точно. Да, извини. – Он ухмыляется. – Ты думаешь, она согласится на это?

– Я думаю, ей нравится выглядеть крутой, а в окружении журналистов… Она не сможет отказаться.

Он выдыхает.

– Ты смелый человек. Удачи.

Я бросаю взгляд на свои наручные часы.

– Увидимся утром на тренировке. Мне пора собираться на свидание.

Ноэль идет ко мне навстречу, на ее лице тут же появляется нахальное выражение. Она всегда смотрит на меня таким взглядом. Я посоветовал ей одеться непринужденно, и она выглядит великолепно в потертых джинсах, белых кроссовках и облегающем белом топе.

– Серьезно что ли? «Царство панкейков»?

– Сегодня мой день рождения, – говорю я и, взяв ее под руку, провожу по залитому желтым светом ресторану. Когда мы подходим к моему любимому столику, огороженному с двух сторон ширмой, я отпускаю ее руку и опускаюсь в джентльменский поклон.

– Сначала дамы.

– Восемнадцать тысяч долларов, и все, что я получу, – это «Царство панкейков», – бормочет она, усаживаясь как можно дальше от меня. – А этот район города вообще безопасен?

Я сажусь рядом с ней.

– Я предлагал заехать за тобой.

Она демонстративно опускает взгляд туда, где мое тело почти прижимается к ее, затем обводит взглядом большую часть пустого полукруглого диванчика позади меня. Я соглашаюсь и отодвигаюсь примерно на пару метров подальше от нее, обеспечивая небольшим пространством. Мои джинсы трутся о кожу, издавая неприятный звук.

К нашему столику подходит официантка. Мы здесь одни, и нам протягивают два заламинированных желтых меню. Я раньше не видел эту официантку, ей, наверное, лет сорок, и одета она в форму «Царства панкейков»: в платье в стиле 1950-х годов, с маленьким белым фартучком.

– Я могу порекомендовать вам что-нибудь выпить? – спрашивает официантка. Наконец, когда она смотрит на меня, до нее доходит, кто я такой. –  О боже! Вы же Колби Найт! – кричит она, постепенно переходя на визг.

Слава богу, сегодня вечером здесь больше никого нет. В противном случае, я бы знатно повеселился, Тодд, владелец ресторана, обычно приказывает своим сотрудникам вести себя спокойно. Это одна из причин, по которой я люблю приходить сюда. Другая причина – это шведский стол.

Конечно же, Тодд выбегает из кухни с видом разгневанного отца, готового разразиться длинной лекцией.

– Сара! Мы уже говорили об этом. – Он упирает руки в бока.

Она смотрит на свои желтые туфли, которые идеально сочетаются с платьем.

– Мне так жаль. Я знаю, ты предупреждал