День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

— Господа, прошу проследовать за мной! Я не отниму у вас много времени, и оно будет этого стоить! Совсем скоро, если будете терпеливы, вы получите ответы на вопросы, которые вы так бурно обсуждаете. И получите возможность, о которой многие из вас еще несколько дней назад едва ли могли даже задумываться!

Он не ждал ответа, развернувшись на месте по-уставному, точно юный кадет Уэст-Пойнта, и двинулся в дверной проем, по обе стороны которого застыли в карауле вооруженные до зубов десантники. Не для того, чтобы сражаться, но для того, чтобы напомнить лишний раз всем, кто теперь сила, и чье слово отныне — закон.

— Мать его! — растерянно произнес Захаров, посторонившись, когда вслед за американским офицером потянулась толпа, над которой вновь зазвучал гул множества голосов, но на сей раз не столь громкий.

— Идемте, Вадим Георгиевич, — предложил Сейфуллин, привычно обращавшийся на вы к человеку, который был старше него самого, пусть и не намного, лет на десять от силы или чуть больше. — Раз уж явились сюда, досмотрим спектакль до конца!

— Верно, идем! Займем места в первом ряду!

Обменившись улыбками, оба они, еще недавно бывшие врагами, а теперь старавшиеся не упускать друг друга из виду, надеясь на поддержку, двинулись под высокие своды зала, где ожидали получить столь нужные сейчас ответы.

Мэтью Камински терпеливо дождался, когда прибывшие в Кремль люди рассядутся, займут свои места за длинным столом, перестав скрежетать по облицованному мрамором полу ножками тяжелых стульев. Встав во главе стола, он внимательно разглядывал лица, прежде знакомые только по фото и выпускам новостей. Эти люди совсем недавно олицетворяли власть или рвались к ней, и кое-кому не хватило совсем немного, чтобы оказаться здесь, за стенами из красного кирпича, словно политыми кровью.

Ожидая, когда люди успокоятся и будут готовы воспринимать его слова, генерал Камински огляделся, лишний раз — далеко не первый, но явно не последний — поразившись царившей вокруг роскоши. Мрамор, золото, тяжелые штандарты, яркие мозаики — этим нельзя было не восхищаться. Поколения русских царей копили здесь свои сокровища, потом это были императоры — в отличие от чистокровных американцев потомок польских эмигрантов хорошо знал историю своих соседей — затем свою лепту внесли генеральные секретари, ну а президенты… хорошо, что они не успели все здесь разворовать. Будет ли здесь новый оплот власти этой страны или нет, в любом случае только за счет одних туристов можно будет неплохо заработать, на окружавшую красоту стоит взглянуть хотя бы разок.

Постепенно шум под сводами огромного зала стих, суетливая возня прекратилась, и десятки пар глаз уставились на прямого, как штык, офицера в полевой форме американской армии. И тот, убедившись, что все внимание присутствующих обратилось к нему, заговорил.

— Господа, еще раз приветствую вас здесь! Я — генерал-майор Мэтью Камински, командующий Десятой легкой пехотной дивизией Армии США. Решением Президента Мердока я назначен главой военной администрации на территории России, мне подчиняются все подразделения вооруженных сил Соединенных Штатов, находящиеся в пределах вашей страны — армия, авиация, морская пехота.

Он мог бы и не говорить всего этого — едва ли кто-то из собравшихся сомневался, что человек с генеральским звездами в петлицах и мрачным, проницательным взглядом готового к поединку бойца не имеет за собой реальной власти. Но после короткого представления все сомневавшиеся поняли, насколько велика в действительности эта власть.

— Благодарю всех, что вы собрались здесь. Господа, я знаю, что некоторые из вас получили наше предложение совсем недавно, и для вас это стало полной неожиданностью. Вас терзают сомнения, вас переполняют вопросы, и теперь я постараюсь дать ответы на них. Прошу выслушать меня внимательно, это не потребует много времени.

Генерал Камински говорил по-английски, и переводчик, носивший званье полковника, дублировал каждое его слово. Командующий Десятой пехотной дивизией мог обойтись и без посредника — русский он выучил еще в Уэст-Пойнте, в те годы это считалось актуальным. Ну а по-польски Мэтью научил разговаривать его дед, так что генерал мог сойти за своего и в Москве, и в Варшаве. Но все же сейчас Мэтью Камински следовал традициям, придерживаясь существующих ритуалов.

— Господа, вмешательство Армии США в ваши внутренние дела было не моим решением. Такова была воля Президента Соединенных Штатов, руководствовавшегося соображениями национальной безопасности. Решение было принято, и оно было воплощено в жизнь. Я, как и любой американский солдат, выполнял приказы, и продолжаю выполнять их сейчас, стоя перед вами. Все мы можем сколь угодно долго обсуждать оправданность этого вмешательства, но вторжение в Россию — свершившийся факт. Нельзя думать о прошлом, теперь следует задуматься о будущем, постаравшись сделать его по-настоящему светлым.

Его слушали, не перебивая. Эти люди, что собрались в Кремле, символ высшей власти в России, сами не понимали, что происходит, для чего их вызвали сюда, всех вместе. И потому они жадно слушали каждое слово человека в камуфляже, седоватого поджарого мужчины, кожа которого задубела от беспощадного иракского солнца. Совсем недавно они верили, что они и есть власть, они — сила, они — закон, а теперь власть была на стороне этого чужеземца, ведь за его плечами — тысячи американских солдат. И эти парни из глубинки, откуда-нибудь из Айовы или Висконсина, из тех маленьких городков, где каждый знает каждого, где ничего не слышали про наркотики, и где патриотизм есть не только на словах. И эти простые парни, вступившие в армию потому, что так принято в их семьях от века, выполнят любой приказ своего генерала, уже успевшего привести их к победе.

— Россия была и должна остаться страной, государством, — чеканил каждое слово командующий Десятой пехотной дивизией, с прищуром глядевший на холеных, пытавшихся казаться невозмутимыми, но отчаянно нервничавших людей. Элита! Ему было смешно видеть перед собой эту трясущуюся, исходящую потом толпу. Но дело есть дело. Он выполнит полученный приказ, как выполнял их прежде, безупречно и беспрекословно. — Это нужно вам, и этого же хотим мы, американцы. Нам некогда соблюдать все демократические процедуры сейчас, когда законно избранный президент России мертв, а его ближайшее окружение полностью себя дискредитировало. Мы вместе должны создать временную администрацию, восстановить гражданские органы власти, воссоздать существовавшие ранее механизмы управления, а в итоге — сохранить Россию, дав будущее миллионам ее граждан! И вместе, общими усилиями, мы это сделаем, клянусь Богом!