Хроники 7 дней - Имран Муса оглы Магеррамов

– Ты, наверное, опять скажешь, что затея барахло. – Смутился старик.

– Говори, а мы послушаем. – Сказала девушка, скрестив руки на груди.

– В общем так, народ: по канализации тенью проскальзываем к порту. Выходим на поверхность и под прикрытием снайперов или без него просачиваемся в судоремонтный цех, ищем плавсредство побольше и покрепче. Затем открываем шлюз в сухом доке, наполняем его водой. Спускаем судно со стапелей, открываем заслонку в доке и выходим в акваторию порта. Двигатель до последнего не включаем. Все должно выглядеть как неисправность автоматики и самовольный спуск судна на воду. Признаков жизни на палубе не подаем – они не должны заподозрить, что на корабле кто-то есть. Покуда хватает инерции, идем дрейфом. Потом даем понемногу оборотов на винты, чтобы не шуметь в воде – наверняка, у этих гадов есть средства гидролокационной разведки. Соблюдаем конспирацию как можно дольше – не менее 24 часов с момента спуска на воду. Потом смотрим по направлению ветра, силе течения и прочим параметрам и в зависимости от них выбираем оптимальные с позиции скорость-заметность скорость и характер хода.

Как только выходим на большую воду, ориентируемся по карте – ищем ближайший оплот цивилизации в открытом море. Буровая вышка подойдет. Желательно, как можно дальше от порта – так есть шанс, что они ее не запеленговали и не накрыли. В эфир не выходим, на сигналы SOS не реагируем. В такой ситуации этими сигналами могут быть приманки.

Экономим запасы топлива и еды. Для них мы должны стать кораблем-призраком, который вследствие неисправности фиксирующих механизмов произвольно вышел в открытое море. Светом не пользуемся, сигнальными фонарями тоже, на палубу выходим в случае крайней необходимости. Крайней необходимости.

Идем на малом ходу, сочетая инерцию с течением. Подходим к платформе, даем сигнал нефтяникам, они принимают нас на борт. Рассказываем им про все, что мы увидели здесь, и ждем, когда это закончится. Вопросы?

– Вопросов много, старик. – Начал я. – Во-первых, произвольный спуск большого корабля на воду и его выход в открытое море – очень неправдоподобно. Как только мы станем на воду, они начнут следить за нами.

Во-вторых, я не слышал, чтобы в судоремонтном цеху оставляли корабли с полным баком горючего.

В-третьих, в открытом море бывают волнения. Ты, как моряк, это знаешь. Если мы попадем в шторм и не сможем его пережить, весь твой план на смарку.

И в-четвертых, чтобы задействовать автоматику стапелей, шлюза и заслонки в сухом доке, кто-то из нас должен остаться на берегу. Кто это будет?

– У меня тоже есть вопрос, старик. – Вклинилась девушка. – Мы не узнаем, что на платформе кто-то есть, пока не подадим сигнал. Получается, что у нас только 3 варианта: либо там нефтяники, либо там они, либо там никого нет. Первый и последний варианты меня устраивают, но вот второй пустит все наши страдания коту под хвост. Умереть от них мы и тут можем.

– Я понял. Иногда ремонтники не заставляют шкипера сливать все топливо из баков. Такое случается, когда ремонт не связан со сварочными работами: чистка дна судна от кораллового нароста, замена лопастей винтов, покраска корпуса и так далее.

Я знаю, какая посудина нам нужна: судно классом не ниже сухогруза. Такая штука переживет любой шторм, если ей не больше 20 лет. Если нет, подойдет и обычный морской буксир. Он тоже крепкий. На случай, если вляпаемся в шторм, надевайте жилеты и молитесь.

К вопросу о заметности и правдоподобности: после спуска на воду и выхода в открытое море мы не будем запускать двигатель сутки. Этого должно хватить, чтобы они поняли, что на корабле никого нет.

Что касается запуска автоматики: да, кто-то должен остаться. Решим жребием на месте. Я расскажу вам как управлять судном на случай, если остаться придется мне. Я готов. Я уже свое отжил.

Был вопрос по сигналу нефтяникам. Если там кто-то есть, мы визуально определим, кто это. При помощи бинокля. А уже потом выйдем на палубу. Еще вопросы?

– Думаю, старушку надо посвятить в этот план. – Сказала девушка. – И ту женщину тоже.

– Но вы за? – Спросил старик.

– Мы за ровно до той части, где кто-то из нас остается, чтобы включить автоматику. – Сказал я. – Хотелось бы всем спастись, а не бросать кого-то на произвол судьбы. Понятно же, что тот, кто останется, труп. Они сразу же придут за ним. И у бедняги не будет шансов.

– Такова жизнь, сынок. – Констатировал старик. – Кто-то погибает, чтобы спасти остальных.

– Хреново. Именно это в твоем плане и хреново, старик. Мы все в одной лодке. Даже эта женщина, что лежит связанная в зале. Это неправильно. – Возмутилась девушка.

– Перестань корчить из себя моралистку. – Вспылил старик. – Что по-твоему правильно – сидеть и ждать, когда они придут сюда еще раз, чтобы пустить всех нас на фарш? Как только говорить о спасении, так мы самые первые, а как надо серьезный поступок совершить, так мы ручки умываем. Так не пойдет. Именно жребием мы показываем то, что мы в одной лодке. Каждый из нас. Иначе никак.

– Старик, ты хоть пистолет оставишь тому, кто останется? – Зачем-то спросил я, понимая, что от оружия в открытом бою с гуманоидом мало пользы.

– Могу оставить, но зачем? – Безучастно спросил он.

– Пару пуль в этого урода пустить, прежде чем он начнет свои штуки применять.

– Только ради этого могу оставить.

– Отлично.

– Можешь считать, что я за. Итого у нас 2 голоса из 5. Женщинам за дверью расскажешь сам или мне рассказать? – Спросил я.

– Скажу сам. При текущем раскладе нам нужен еще один голос, чтобы решить, правда?

– Выходит, что так. – Недовольно сказала девушка. – А если они воздержатся от голосования, как я?

– Тогда будем искать идею получше. – Ответил старик.

– Я все же считаю, что сперва нам нужно допросить Мадам Оптимизм. – Добавил я. – Женщину серьезно потрепало с тех пор, как она со своими единомышленниками покинула магазин. Может, она что-то видела или знает, чего мы не знаем.

– Поддерживаю. – Сказал старик. – Она первой заговорила о пришельцах. Возможно, она имеет отношение к военным или Правительству.

– Если бы это было так, она бы уже сидела в каком-нибудь специальном убежище или бункере. – Произнесла девушка. – Ей было бы совершенно не зачем тащиться со всеми смертными в магазин продуктов и потом, рискуя жизнью, куда-то ехать на машине.

– Мудро, но все же нам нужно с ней потолковать. – Констатировал старик.

– Что ж, давайте потолкуем.

После этого мы вышли со склада в зал. К тому моменту старушка уже проснулась и