Чарованная щепка 2 - Валерия Демина

Отец и сын ощутили, что воздух начал потрескивать.

— Даже тассирский принц на днях приехал, — махнул газетой Базиль в тщетной попытке свернуть разговор на куда более невинную политику.

Леди Анна остановилась и посмотрела на него сурово.

— Иностранцев нам не нужно, — по-своему перевела она. — И не военный, она еще за ним в поля умчит. И не очень богатый — обижать начнет.

— Богатого уже не надо? — уточнил супруг, ведя мысленный перечет опасным темам.

— Вы становитесь алчным, Базиль, — заметила Анна, шагая. — Разве молодым не найдется места в наших Улитках?

Ах вот оно что! Чуть склонив голову, Себастьян понятливо назвал ее печаль:

— Вы так о ней тоскуете?

Анна замерла у печи, повернулась и два вдоха в заминке смотрела на сына. Искренность взяла над нею верх.

— Улитки без нее не те, — призналась она. — Мы как будто постарели на десять лет.

Осторожно следивший супруг несколько выпрямил плечи. Внутренний Базиль отнюдь не согласился с щедрой прибавкой к возрасту.

— Даже птицы без нее поют не так, — продолжала Анна, пользуясь тем, что последние точно возразить не смогут. — А я пропустила черемуху.

С детства Виола держалась милого обычая отмечать черемухой сезоны. Весной она приносила в гостиную белый букет, в июле — ставила ветку черных ягод на стол, невзирая на фатальные последствия для ковров и скатерти. Леди Анна сердилась каждый год, но барышня как не слышала.

Матушка посмотрела под ноги — раздавленные темные точки на полу «Щепки» подтвердили, что виолина традиция переехала с ней и нашла повторение в точности.

Теперь дом ее дочери — здесь.

— Виола выросла, — напомнил Себастьян. — Но часть ее — навсегда в Улитках. Она писала вам с таким усердием!

— Я жила от письма к письму, — убежденно заявила Анна.

Тут уж, подумал древесник, леди преувеличила: забот в усадьбе доставало на всякий день. Однако нельзя не признать, что сама она в это верила.

Развернувшись к печи, леди Анна с вызовом перечеркнула пальцем угольную задачку, где Виола собиралась найти магов для прожекта из журнала до конца седмицы.

— Заберу ее домой!

— Как заберете? — вздрогнул древесник. — Кто ж ее теперь отдаст?

Маленькая «Щепка» незримо для гостей оплетена сетями городской кутерьмы и взрослых обязательств, но леди еще ностальгически мнила себя наседкой.

— Я ей мать! Кто мне запретит?

— Она Земскому приказу свои пуговицы должна, — Базиль обреченно отставил кофе и выбрался с неудобной лавки. — По договору.

— В самом деле такой важный прожект? — Анна взыскательно посмотрела на сына. Правильный ответ сверкал в ее очах, но сын говорил по-своему.

— Господин Алвини не слишком склонен шутить. По крайней мере, старший.

Это напомнило об Алвини-младшем. Присутствие щеголя как единственного дворянина в орбите виолиных городских знакомств придало леди Анне стойкости. Она вновь изучила записи на печи, разбирая дату.

— Закончит прожект весной — и заберу. Под присмотром будет.

Внутренний Себастьян едва придержал иронию: «Закончит прожект»! Леди очевидно полагала, что подобные начатки имеют завершение, да еще так любезно — по графику!

Скрипнув, отворилась кухня. Под общее молчание Нелли неторопливо прошла в сени, тяжко подняла упавший веник и с царственной медлительностью удалилась вместе с ним обратно, подметать мучную пыль.

Некстати пришла общая мысль, что маленькой хозяйке стоило бы перенять немного этого спокойствия.

— Виоле нравится город, матушка, — негромко сказал Себастьян, когда кухня опять затворилась. — Она счастлива здесь.

Леди Анна посмотрела на дочерины стеллажи с бумагами.

— Итирсис ей голову кружит, но что потом? Племянников нянчить, рыдая ночами? Уж лучше со мной.

— Тогда слез не будет? — вкрадчиво уточнил сын. Обычно разумная матушка ступала на дорожку, о которой могла пожалеть.

— Я возьмусь, — пригрозила она. — Найдется и человек достойный. В уезде много строят, для той же мануфактуры образованные инженеры съедутся.

Себястьян со стыдливой неприязнью обнаружил, что в леди Анне проступили черты занудливых уездных матерей, чрезмерно занятых марьяжами. Он-то полагал, что пора примерки к Виоле всякого нестарого соседа давно миновала.

Очевидно, беспокойство в разлуке возросло, а удачно решенный вопрос его собственной женитьбы позволил Анне стянуть все силы для генеральной битвы за положение дочери.

Что ж, пусть ее судит иной, лишенный подобной кручины. Себастьян признавал: без мужа любая барышня обречена жить под косыми жалостными взглядами — даже прогрессивный Итирсис не убережет от клейма неудачливой старой девы. Боевая сестрица сумеет пройти этот путь, но едва ли мечтает об этом.

— Быть может, и в столице достойный сыщется? — спросил он, подступая. — Молодежи здесь, право, больше.

Матушка уже прониклась идеей поселить Виолу с будущей семьей в Улитках, потому не стала смягчать свое заключение:

— Здесь она растеряла манеры и лишь устрашает учтивых юношей.

— Какой ей прок от пугливых героев? — воззвал сын. — Виоле нужен кто-то под стать.

— Смельчаки не слишком зарятся ни на нее, ни на это ваше приданое!

Вспылив на миг, Анна обреченно опустила руки. По кремовой безупречности юбки размазался угольный след.

Подшагнув еще, Себастьян бережно взял ее ладонь и коснулся другой рукою. Освоенные чары не подвели — черные пятна ушли и с пальцев, и с платья. Леди потщилась улыбнуться новым умениям сына, но веселость давалась ей плохо.

Склонясь, маг поцеловал руку тревожной матушки и негромко открыл:

— Еще как зарятся.

Леди Анна подняла глаза с недоверием и встретила привычные смешинки. Хотела одернуть за глупую колкость, но Себастьян продолжил:

— Всю прогулку вчера вам только ради сестры и затеяли.

Картина минувшего дня блеснула совсем иным оттенком.

— Молодой Дарий Дариевич? — медленно подняла брови Анна.

— Имеет намерения более чем серьезные, — закончил сын, отпуская руку.

Он был откровенно доволен, поэтому леди еще разбирала подвох.

— Ему отказали все местные девицы? — заподозрила она. — Для чего столько хлопот? Денег за ней почти нет, а передача дворянства наследникам потребует высочайшего согласия.

Хлопот! Матушка еще его хлопот не видела, когда весной алебарды носил или крашеные декорации помогал сушить на солнце.

— Титул, полагаю, лишь приятное дополнение, — заверил Себастьян. — Оружейникам нужна сама Виола.

Узелки не желали вязаться.

— Сама? Девочка мила, но так взбалмошна, упряма и рассеяна…

— Она азартна, смела и предприимчива! — поправил юноша. — Идеальный человек в команду старшего Дария. Как жена для сына, преемника половины дел — просто мечта! А ее приданое, поверьте, им ночами грезится.

Матушка смотрела в большом сомнении. Отец тоже не знал, заказывать ли уже благодарственный молебен за упавшее счастье или пока что присмотреться к жениху.

— И? — подтолкнула Анна сына к еще одной важной детали.

— По уши, — понятливо кивнул он. — Я еще не встречал, чтобы кто-то не просто терпел ее выходки,