Лето, пляж, зомби 9 - Наиль Эдуардович Выборнов

один. И напротив еще два. Вот направо я и пойду, вдоль стеночки, благо окна тут высоко. Подвал ведь, цокольный этаж, вот первый и высоко. Только чуть пригнуться придется, чтобы точно видно не было. Ну и следить, чтобы не наступить ни на что, не нашуметь.

Я и двинулся, продолжая держать пистолет в обеих руках. Обернулся — Жижка шел, хватаясь правой рукой за стену, и оставляя на ней кровавые следы. Кирпич белый, видно очень хорошо. Чисто мальчик-с-пальчик. Хотя сейчас скорее без пальчиков все-таки, такие увечья очень долго заживают. И то если повезет.

Я добрался до угла, высунулся, и увидел как между домами идет человек. Вооруженный автоматом.

А дальше между домами как раз машины. Два УАЗа и Урал, на котором они, очевидно, гоняют. Смогу я взломать замок зажигания? Да по идее да, что-то помнится. Если ключ не найдется, может его уже переделали.

Но сперва надо мимо этого постового пройти. А тут культурно, сука, не получится, на фоне белой стены он нас легко увидит. А стрелять… Ствол хоть и глушеный, но не совсем бесшумный. А люди — не зомби, они на выстрелы реагируют.

Ладно. Пан или пропал.

Я вскинул пистолет, прицелился ему в голову, тот не заметил пока, шел спокойно. Нажал на спуск, пистолет негромко крякнул, дернулась назад затворная рама, выбросив гильзу, и парень упал, свалился на землю.

— К тачке, — сквозь зубы процедил я, рванувшись вперед.

Ну, как рванувшись, просто быстро пошел, раскачиваясь из стороны в сторону. Повернулся, увидел, что Жижка тоже идет, правда его шатает гораздо сильнее. Но пока тишина, ни криков, ничего. Может не услышали?

Нет, рассчитывать на это глупо. Кто-то точно выйдет проверить.

Я добрался до машины, рванул ручку двери, и она оказалась открыта. Да, машины сейчас не запирает никто, чтобы в случае чего ключи не искать. Ввалился внутрь, наклонился, открыл пассажирскую дверь, чтобы Жижке проще было. Теперь завести.

Схватился рукой за кожух рулевой колонки, рванул его на себя. С первого раза он только отошел, после второго оторвался окончательно. Теперь личинку на хрен.

Сперва она не отошла, пришлось врезать пистолетом. Потом что-то внутри сломалось, и удалось выдавить. Вот и провода, вместе с ними вывалилась.

Четыре толстых провода: красный, коричневый, синий и зеленый. И что они значат, мать их?

Красный — плюс от батареи. Синий — приборы. Коричневый — это стартер. Зеленый… А хуй знает, да и пошел он в пизду, он сейчас не нужен вообще. Машина старая, раз ЭМИ пережила, иммобилайзеров тут нет. Ладно.

Я замкнул красный и синий, и на приборной панели загорелась лампочка. Потом прикоснулся к ним коричневым. Послышался звук стартера, но машина не завелась. Но в ночи это услышат, причем очень далеко.

Второй раз. Третий. И после четвертого мотор все-таки схватился и завелся.

Высунулся из-за открытой двери и дважды выстрелил, пробив колеса второго УАЗа и Урала. Все, теперь особо за нами не поездят.

Захлопнул, врубил передачу и тронулся, быстро набирая скорость. Из-за дома выскочил человек, перегородил нам дорогу, вскинул автомат, но я просто наехал на него, отшвырнув в сторону.

Вывернул руль, выезжая на дорогу и притопил. Позади слышались крики. Но наплевать уже. Вырвались.

Глава 7

Получилось смешно, в какой-то мере, пусть в той ситуации мне и было не до смеха. Потому что партизаны расположились буквально в двадцати минутах езды от Кировского, как выяснилось. Я выехал на дорогу и просто гнал по прямой, в надежде, что преследовать меня никто не станет — все-таки я не зря прострелил шины на остальных машинах.

А потом стал узнавать местность. А уж дальше увидел впереди огни, и понял, что мы выезжаем к нужному месту. Теперь оставалось надеяться только на то, что нас не расстреляют у ворот. Поэтому сбросил скорость, и подъехал к месту едва ли не с заглушенным двигателем.

— Неопознанный транспорт, остановиться! — услышал я скоро в мегафон. — Неопознанный транспорт, остановиться!

И ощутил облегчение. Останавливают, значит стрелять не станут. Хотя они, возможно, меня не узнают просто… Да так оно, скорее всего, и будет, потому что лицо мое примелькаться не успело, на охране могут стоять и вовсе незнакомые люди.

Зато они знают Жижку. Тот, правда, совсем плох — вырубился по дороге, и в себя так и не приходил. Сильно его отделали. Но был жив — это уже само по себе многое значило. Может быть и придет в себя еще, кто знает.

Но я понимал, что действовать надо быстро. Доложиться, и пусть отправляют группу — хоть на броне, хоть просто толпу вояк. Потому что у нас есть неиллюзорный шанс взять парней Часового до того, как они свалят. Если действовать достаточно быстро.

Я остановил машину, заглушил двигатель, открыл дверь и вывалился наружу. Вот тут-то меня ноги и не удержали, колени подогнулись, и я свалился на землю, да так и остался сидеть.

Тем не менее, вздернул руки вверх, показывая, что сопротивляться не собираюсь.

В нас ударил прожектор, заставив меня прикрыться одной ладонью, но даже сквозь свет я увидел, как в мою сторону идет группа парней, вооруженных автоматами. И все целятся в меня.

— Свои! — крикнул я. — Свои! Там в машине Жижка, он без сознания!

Охранник посмотрел на меня. В лицо он естественно меня не знал, но кивнул одному из подчиненных, тот открыл машину, заглянул в нее и протянул:

— Ни хуя себе… Реально Жижка. Похоже, свои, командир!

— Нужно доложить, — сказал я. — Срочно. Я — Сергей, новенький, из команды добытчиков. Отведите меня к капитану… — как его там звали, я только имя знаю, что тезки. — К Сергею меня отведите!

— Да что там случилось-то, блядь? — спросил охранник. — Почему колонна не подошла? Почему на связь не вышли? Хули вас двое всего?

— Все ему расскажу, — ответил я. — Отведите.

Старший охранник посмотрел на меня, потом на кого-то из своих подчиненных, потом, похоже, принял решение:

— Слепой, Директор, отведите его к капитану. И Жижку.

— Жижку к врачам надо, — тут же сказал второй. — Дела хреновые, это и так видно. Пытали его.

— Пытали… — проговорил старший, а потом с подозрением посмотрел на меня. Да, по мне тоже видно, что покоцали, выгляжу