Брат за сестру - Александр Тамоников

Снова время дневной молитвы. Глупое занятие для тех, кто не приучен. Подошел микроавтобус – на вид такой же. Водитель был типичный турок. Сопровождающий подал знак – забирайте вещи и грузитесь в эту тачку. Олег ускорил шаг – хотел занять место в хвосте. И снова монотонная езда, благо дорога имела хорошее покрытие. Лопоухий точно не наелся. Он сидел через проход, стал возиться, развернул сверток с каким-то мясным изделием в тесте, робко его понюхал, скептически скривился. Но голод не тетка. Свинина, догадался Олег. Неодолимое препятствие, если в фарш из говядины подмешано чуток свинины. Лопоухий покосился в его сторону, пробормотал:

– Даже не знаю… Можно?

– Чуть-чуть можно, – не сдержался Олег. – Немного откусить и подождать. Если Аллах не покарает, то можно кушать на здоровье.

Парень задумался. С чувством юмора у него было туговато. Робко откусил, стал жевать, словно битое стекло.

Снова остановка, долгое ожидание в отстойнике. Снова дело к вечеру. Турецкая граница. Грузинские посты проехали беспрепятственно, на турецком промурыжили минут пятнадцать. Пассажиры сидели нахохленные, ждали. Кто-то вполголоса молился, выпрашивал что-то у Всевышнего. За бортом происходила словесная перепалка – возможно, доблестные турецкие пограничники хотели денег. Договорились – и в салон всунулся усатый субъект в форме. Мельком оглядел пассажиров, пересчитал по головам и спрыгнул с подножки. Поехали дальше. Сменился сопровождающий – он явно позаимствовал лысину у своего предшественника. Этот крепыш оживленно общался с водителем по-турецки. Олег не понимал ни слова, но в речи явственно звучали слова «Артвин» и «Урфа». Карту данного района Турции Олег вызубрил назубок. До Артвина от границы километров сорок, Урфа – город на юге Турции, к северу от Акчакале, вблизи которого расположен пограничный пост Акчак. Он облегченно вздохнул: значит, никаких накладок, автобус пойдет через все три населенных пункта. В Акчаке – переход сирийской границы, а неподалеку городок Хаман, в окрестности которого он должен попасть… Олег мысленно присвистнул – это же не меньше пятисот километров по прямой! А дорога вряд ли прямая! Он машинально вскинул руку с часами – восьмой час вечера…

Заключительная часть путешествия выдалась самой долгой и утомительной. Хорошо хоть шторки разрешили отдернуть. Тянулась бесконечная гористая местность. Накрапывал дождь. Временами он усиливался, хлестал по крыше. Дорога извивалась во всех плоскостях. Иногда горы отступали, дорога вырывалась в долину, сквозь пелену дождя проявлялись крыши зданий, автозаправки. На одной из АЗС водитель сделал остановку, отправился пополнять запасы горючего. Набирал, похоже, полный бак. Бензин оказался некачественным, или была другая причина поломки: с момента заправки прошло не более получаса, как в двигателе что-то застучало, машина задергалась, из капота в передней части микроавтобуса повалил дым. Турок ругался эмоционально и напористо. В извергаемом потоке проскакивали даже слова, подозрительно смахивающие на русский мат. Он вывалился из машины, распахнул капот. Несколько раз возвращался в кабину, запускал двигатель. Тот сломался всерьез и надолго. Слез сопровождающий, стали ругаться в два голоса. Пассажиры тоже стали выбираться наружу. Провожатый протестующе замахал руками – все в машину! Люди нехотя возвращались. Олег вздохнул – на все, как говорится, воля Его (Аллаха, разумеется). Телефонные переговоры ничего не дали. Толстяк начал голосовать. В итоге водитель грузовика согласился отбуксировать аварийную машину вместе с содержимым до ближайшего населенного пункта. Несколько верст тащились на жесткой сцепке. Совместными усилиями загнали машину в парковочный карман. «Спать, спать, всем спать! – на ломаном русском рычал толстяк. – Завтра, все быть завтра!»

Никто не протестовал, люди покорно сносили тяготы. Олег отвоевал два сиденья, спал, свернувшись, укрыв голову курткой. Чувства юмора пока хватало. Какой комфортный, черт подери, микроклимат! Стонали и храпели люди, источая запахи немытых тел. В открытое окно сочились ароматные восточные зловония – неподалеку разместилась свалка пищевых отходов. Продолжались испытания на прочность. И тем не менее он крепко спал, ни разу не проснулся!

Утром в сизой дымке подошел размалеванный микроавтобус, припарковался рядом со сломанным. Водители эмоционально общались, пока сопровождающее лицо и группа подопечных перегружались в другой транспорт. Снова монотонная езда через горы, выезды в долины. Турецкая глушь не вызывала интереса. На крупные автострады автобус не выезжал. За бортом проплывали небольшие поселения, сменялись растительные пейзажи. Несколько раз машина останавливалась, пассажиры разминали ноги. Езда укачивала. Красные флаги с символом ислама – полумесяцем и звездой – рябили в глазах, ими увешивали все подряд, к месту и не к месту. Они венчали дома простых турок, заправочные станции, административные здания. Олег опять проваливался в сон. Морфей засасывал, что-то вкрадчиво урчал, подсовывал соблазнительные видения из недавней, но такой далекой жизни…

Глава 6

Когда он очнулся, небо опять темнело. Дождя не было, но ветер теребил придорожные кустарники и куцые деревья. Из полумрака вырисовывались зубчатые скалы. Микроавтобус шел по грунтовой дороге. Майор глянул на часы. Екнуло сердце – он умудрился проспать весь день. Скоро семь – на юге темнеет рано. Интуиция подсказывала: не за горами конечный пункт на турецкой территории. На заднем сиденье у противоположного окна чесался и зевал лопоухий «джихадист» – он нервно стрелял глазами, усиленно моргал.

– Брат, где мы? – хрипло спросил Олег.

– Урфу недавно проехали, – отозвался тот. – Щас в Акчакале приедем, а там рядом…

Потянулись дома небольшого приграничного поселения. Снова вездесущие алые флаги. На пустыре стояла военная техника – несколько БМП какой-то «нерусской» конфигурации, крытые тентами камуфлированные джипы. «Турки молодцы, – насмешливо подумал Олег, – воюют с экстремистами ИГИЛ, но это не мешает им пропускать террористов за плату через свою территорию. А потом гибнуть от их пуль и снарядов». Загадочная восточная душа. Волнение усиливалось. Волновались все, кто ехал на войну. Лопоухий ерзал и что-то бубнил. Смертельно бледный Элмурад прилип к окну: он сидел впереди и его профиль отчетливо вырисовывался. Субъект с колючими глазами сидел с неестественно прямой спиной, побелевшие скулы свела судорога. Нервно лыбился рослый парень с пустыми глазами – читатель Корана. Еще двое сидели боком за спиной водителя – оба как-то гадко хихикали, приглушенно обменивались рублеными фразами.

КПП вырос на дороге внезапно – выплыло из тумана приземистое сооружение, проявился силуэт военного грузовика, складированная тара. Гортанно кричали люди. Водитель остановился. Сопровождающий со стопкой документов (неужели так нужны?) покинул кабину микроавтобуса. В салоне воцарилось гробовое молчание. Люди на улице негромко переговаривались – мирно, полюбовно. «Кого везем?» – «Ну конечно же строителей». Еще одна усатая физиономия заглянула в салон, хотя могла бы этого не делать, денег эти парни получали столько, что не стоило даже имитировать несение службы. Голоса замолкли, видимо, пограничники пересчитывали наличность. Все закончилось благополучно. Сопровождающий сунулся в салон, скомандовал на ломаном русском: всем выйти из машины! Прибыли, милостью Аллаха милосердного! Люди хватали свои сумки, торопливо выбирались наружу, мялись на обочине, растерянно озирались. Олег вышел последним. «Расстреляют?» – мелькнула убийственная мысль. Уже почти стемнело. На границе было свежо, даже прохладно. Хлопья тумана плавали над землей. Из тумана вырисовывались изрезанные скалы, очертания военной техники, фигуры в плащ-палатках. Дорога за шлагбаумом убегала на юг – в седловину между безлесными возвышенностями. Сопровождающий в свете фонаря торопливо раздавал всем заграничные паспорта – мельком смотрел в лица, отыскивал нужный документ. Олег забрал свой, убедился, что турок не ошибся, сунул поглубже в карман. «Можно дать деру, – мелькнула юмористическая мысль. – Анталья в принципе недалеко – пробраться туда, отдохнуть…»

– Быстро уходить, быстро уходить… – бормотал на корявом русском турок и тыкал пальцем на дорогу за пропускным пунктом. – Туда уходить, туда… Быстро, быстро, вас там встретить…

Группа из семи человек пришла в какое-то броуновское движение. Озираясь, натыкаясь друг на друга, люди перетекали через шлагбаум, уходили в туман. Его завихрения поднимались над землей, рассасывались, оставаясь в виде какой-то серой измороси. За спиной возвышались силуэты автоматчиков – представители «дружеской» турецкой армии. Олег шел вместе со всеми, грузно переваливаясь с ноги на ногу, поддерживал сумку, висящую на плече. Темнота, всем не до него, можно стереть с лица маску идиота, которая делает своим в любой компании. Сердце колотилось, он был напряжен, нервы натянуты, как струны. КПП отдалялся, таял в дымке тумана. Пока их никто не встречал. Люди сипло дышали, шли в неизвестность.