Хитросплетение судьбы - Игорь Игоревич Кравченко

начал выдумывать на ходу. Он открыл рот, но затем закрыл. Брови его сошлись на переносице. Внешность бродяги вылетела у него из головы. Он запомнил только его драный плащ! Вайнс выжидающе смотрел на бесполезные потуги миранина вспомнить своего проводника.

Вайнс уже порядком раздраженный отправился на встречу с информатором. Его шаг был быстрым, и он словно пытался вдавить всю свою злость ногами в землю. Место встречи всегда было разным. В этот раз они должны увидеться в пабе «На окраине империи». Человек со странностями, но очень полезный. Так бы описал его купец. Они встретились случайно на рынке. Северянин тщательно выбирал апельсины у одного прилавка, как вдруг, услышал голос прямо у уха.

— Выглядят хорошо, но еще не дозрели.

Озорные глаза разного цвета смотрели на Вайнса, пробуждая в купце искренний интерес. Их беседа продолжилась у другого прилавка, где северянин предъявлял на оценку новому знакомому различные товары. Этот человек очень много знал, а главное, грамотно разбирался в своих познаниях. Плюс был очень харизматичен и умел с первых минут общения расположить к себе. По его словам, он постоянно путешествует, забредает в глухие места, пробует все новое, а также не забывает о старом. Память этого человека казалась Вайнсу безграничной. Он был в равной степени и благодарным слушателем, и интересным рассказчиком. Со временем купец стал доверять ему свои самые тайные мысли, а также сомнения, которые людям обычно стыдно произносить вслух.

— Вот скажи мне, Моен, сколько книг по истории северных островов ты прочел? — на одной из многочисленных вечерних посиделок спросил его Вайнс.

Тот непринужденно улыбнулся ответил так, как ожидал от него северянин.

— Все.

Купец в нетерпении потер ладони — детская привычка.

— Я тоже! И у меня есть одна гипотеза по поводу открытия земель хайши Бахумом.

— Продолжай, — сделал приглашающий жест рукой Моен.

— Итак. Все источники утверждают, что именно Бахум первый высадился на восточном материке, но у самих хайши есть расхождение в датах. По их информации первого ледлорда они встретили в три тысячи семьсот двадцатом году, но к тому времени Бахум был уже мертв как пять лет!

Каждый свой аргумент Вайнс подчеркивал стуком указательного пальца в стол, будто перед ними сейчас находились все неопровержимые доказательства

— Хорошо. Допустим, это не ошибка в записях, перенесенная множествами людей через века. Тогда, если не Бахум, то кто, по-твоему, это был.

— Цежл, — с замиранием сердца произнес северянин. Меньше всего в жизни он хотел выглядеть глупо, и его теория могла показаться таковой в глазах многих, но только не Моена. Он заинтересованно погладил подбородок и ответил.

— Это тот, который был первым советником? — щелкнул пальцами собеседник.

— Он самый, — с облегчением сказал северянин. — Мои родители как раз занимаются переписыванием исторических документов. Поэтому мне посчастливилось прочесть личные дневники Бахума. В них было много упоминаний о Цежле. Намного больше, чем в исторических хрониках. А дальше можно лишь фантазировать: присваивал ли себе все достижения первого советника ледлорд, или некоторые исторические документы не сохранились, или… Цежл сам не хотел такого внимания.

Вайнс видел в глазах Моена тот же азарт, который ощущал сам.

— Так что думаешь?

Тот откинулся на спинку дивана и сплел ладони у себя на животе.

— Интересная теория, а главное не лишена смысла.

«Не лишена смысла», — вспомнилась фраза информатора купцу, как только он вошел в паб. Такие заведения Вайнс предпочитал обходить стороной. Слишком тусклый свет, заставляющий напрягать глаза; резкие запахи; брезгливое отношение к чистоте, как у северянина к грязи. Но он все-таки человек дела и может держать себя в руках, когда нужно. Среди многообразного контингента здешних обитателей Моена сразу было видно. Он сидел в самой глубине зала в своем темном драном плаще, с которым, казалось, не расставался даже ночью. На тарелке перед ним высилась горстка миндаля.

— Умеешь ты выбирать места, — с улыбкой произнес купец, аккуратно присаживаясь за столик.

Моен удостоил его такой же улыбкой.

— Хоть вино здесь не в почете, зато много твоих приятелей и моих коллег собираются перетереть друг другу косточки, — он показательно хрустнул орехом.

Вайнс невольно пробежал глазами по залу, а информатор, продолжая быстро опустошать свою тарелку продолжил.

— Второй столик слева от нас — два преподавателя Дизанса. Один из них был куратором доблестного хайши.

Хрум!

— Чуть дальше второй ряд мужчина в форме разведчика, служил вместе хм… с кем же? С неким Шин Зе.

Хрум-Хрум!

— Нельзя и об официантках забывать, которые честно получают свои монеты за каждое услышанное тут вскользь слово. Конечно, мне понятно, почему тебя интересует тень императора, но на твоем месте, я бы присмотрелся лучше к самому избраннику Небес.

Тарелка почти опустела. Похоже Моен только и ждал северянина, чтобы начать уничтожать орехи. Вайнс вздохнул.

— Не буду даже спрашивать, как ты их вычислил. Все равно не скажешь.

Информатор расплылся в улыбке.

— У меня на все глаз наметан, ты же знаешь.

Из ниоткуда на колени Моена запрыгнул пушистый черный кот, которого сразу начали гладить по спине. Животное приняло это как само собой разумеющееся и факт своего присутствия в этой беседе тоже. Ловкая лапка стянула с тарелки последнюю миндалинку, а далее кот начал катать ее по столешнице.

Разговор продолжился о всяких мелочах. Они привыкли долго болтать, прежде чем приступить к самому главному. Северянин периодически отвлекался на животное. Рука информатора буквально утопала в его густой шерсти. Несколько раз купец ловил на себе надменный взгляд кота, который словно говорил, что без Вайнса здесь было бы намного веселее.

— Похоже я ему не нравлюсь, а вот ты, напротив.

— С животным ладить легче, чем с людьми. Они никогда не могут насытиться.

В этот раз его улыбка была грустной. Хотя понять притворяется он или нет было сложно. Один из пороков Моена — любовь напускать немного туманна вокруг себя. Вайнс готов был мириться с любыми его причудами. Ведь он ценил его и за дружбу, и за услуги информатора.

— Всегда хотел тебя спросить. Куда ты тратишь деньги помимо расходов на путешествия? Если тебе не хватает, я готов платить больше. Купишь себе новый плащ.

По лицу Моена сразу стало видно, что его задели за живое.

— Деньги откладываю, чтобы основать свою гильдию убийц, — отшутился он. — А плащ — это часть моего стиля. Он придает мне загадочности. У тебя