Хитросплетение судьбы - Игорь Игоревич Кравченко

Северный купец легким движением пальцев полетел в костер.

«Рядом кто-то есть».

К теплой посиделке добавился неожиданный гость — миранин. Очень серьезный, не понимающий шуток, но сам по себе очень смешной. Особенно порадовал айдонианца своим прозвищем «Второй». Цежл давно так не смеялся. Миранин выживший при осаде Лайдрека сразу полюбился ему. Оставлять на погибель человека, жаждущего неосуществимой мести, было жалко. Айдонианец применил все свои таланты, чтобы вразумить Второго. Тот быстро сдался, хотя первую их ночь злостно зыркал.

«Зачем ты с ним возишься?»

— Я подумал, двое Вторых лучше одного.

Тело Цежла было мгновенно вознаграждено резкой болью от искр.

— Все! Хватит! Ошибку осознал.

Довольное кряхтение в голове было ему ответом.

Айдонианец принял решение вернуться в Элваран и еще раз взглянуть поближе на императора. Был вариант перехватить его в пути, но от него пришлось отказаться, так как теперь он путешествует не один. Тем более в столице империи были еще дела. Миранин сильно замедлял Цежла: часто требовал остановиться для отдыха, сна, еды. Простые потребности обычного человека, о которых айдонианец мог иногда забывать. Но он не бросил «капризного» Второго. Наоборот. Добывал ему еду практически из воздуха. Всячески поддерживал моральный дух. Иногда пинками. Это было необходимо, чтобы миранина не поглотило отчаяние.

На их нелегком пути встал еще один осколок прошлого Цежла. Город наемников Тальтодир. Конечно, сейчас от него остались только каменные пеньки, но айдонианец никогда не забудет о днях, проведенных здесь. Он был ему вторым домом, а наемники — друзьями. Цежл мог днями на пролет распивать вино в их компании, слушать рассказы с явными авторскими преувеличениями, соревноваться во всяких глупостях. А главное, никто не критиковал его плащ! Больше ничего не осталось. Лишь воспоминания. Второй был таким же, но более беспомощным.

— Жизнь полна преодолений, и у каждого человека свой набор из них.

Глядя как миранин, забавно посапывает свернувшись калачиком, айдонианцу в голову начали закрадываться мрачные мысли.

— Надо бы тебя куда-то пристроить…

«Кхе, я думал ты будешь дрессировать его под себя. Уже надоел?»

Цежл поднялся на ноги и пошел в глубь руин города.

— Мне хочется, чтобы люди могли справляться без нас, понимаешь?

«Так не лезь к ним. Пускай справляются».

— Ха! Ты первый вмешался, а мне пришлось выравнивать последствия.

«В отличии от тебя, у меня не так много развлечений. Тем более, ты все еще мне должен, а я по своей доброй натуре помогаю».

Он остановился и запрокинул голову к Небесам. Звезды устроили парад света. Каждая пыталась перетянуть внимание на себя. Цежл сам поражался себе, как ему еще не надоело восхищаться этой естественной картиной.

— Если бы ты мог передать свою силу надежному человеку…

Голос прервал его.

«Я никогда не отказался бы от нее даже под страхом смерти!»

— И я бы не стал, — щелкнув пальцами и задорно засмеявшись, ответил он.

До Элварана они добирались больше месяца, обходя большим крюком все города. Когда Второй увидел столицу империи с высоты холма, то очень поразился ее размерами. Цежл мог только позавидовать детскому восторгу миранина. План зрел уже давно, но воплощение его зависело от множества факторов. Жизнь и так состоит из переплетений случайностей. Если соблюдать правила — город даст тебе безопасность. Только вот айдонианец привык проникать в столицу тайно, а не через ворота. Особой причины, кроме как поддерживать свое внутреннее ощущение таинственной личности, не было. Второму проходить в город официально стало бы сильным ударом по нервам. Да и внутри он будет привлекать много внимания, но на этом можно сыграть.

Для начала Цежл раздобыл новую одежду миранину. Затем проинструктировал как нужно вести себя в городе, и что отвечать если к нему кто-то обратится.

— Имперцы считают вас всех кареглазыми, но нам очень повезло с твоими голубыми — примут за своего без задней мысли.

Форти внимательно слушал наставления. Он был слишком перевозбужден мыслями о тайном проникновении в столицу. Ему представлялся узкий потайной лаз под стеной или что-то вроде того. Айдонианец не раскрывал подробности до самого конца. Поздней ночью они подошли вплотную к одной из стен, окружающей город.

— Ты уже достаточно повидал чудес, поэтому я могу доверить тебе эту тайну. Если ты конечно пообещаешь никому про нее не рассказывать, — заговорщицки прошептал Цежл.

Миранин интенсивно закивал головой в знак согласия. Во рту у него пересохло от напряжения.

Спутник опустил свою руку ему на плечо и продолжил.

— Повторяй за мной, — приложил другую руку к стене, — открой путь желающим знаний.

Второй сделал все в точь-точь, но ничего не произошло. Он повернулся к айдонианцу с выражением жестоко обманутого ребенка на лице.

— Ах да, совсем забыл, — улыбаясь он снял руку с плеча и щелкнул пальцами.

Форти упал на мостовую с обратной стороны стены.

— Что? — оглянулся кругом, — Как⁈

Цежл стоял рядом и приложил указательный палец к губам, а потом помог миранину подняться на ноги.

— Сегодня переночуем в трактире. Завтра мне нужно будет отлучиться по делам. Можешь ждать в комнате или пройтись по городу. Но только в пределах четвертого округа. Помнишь, что я тебе говорил о них?

— Конечно помню, я не дурак. Их пять, и мы сейчас в первом.

— В пятом.

— Я это и имел ввиду, — пытался оправдаться Второй.

Далее все прошло на удивление гладко. Их не останавливали ни патрули, ни стража у входа в четвертый округ. Имперцы в трактире выглядели очень доброжелательно. У Форти не было ненависти к ним, лишь к их правителю. После сытной трапезы они разошлись по своим комнатам и Второй мгновенно отрубился, как только его голова коснулась подушки. Утром его разбудило тепло солнечного света. Он поднялся, вытер рот и щеку от собственной слюны, посмотрел в окно. Жители столицы занимались своими повседневными делами. Вряд ли у них возникали мысли о судьбе миранов. Форти сжал рубаху на груди. Он снова почувствовал укол совести за то, что бросил всех. Как ни посмотри Цежл спас его, но он не давал нужных ответов.

Выходить на улицу было страшно, но миранин все же решился. Никто не пялился на него. Это придало ему уверенности в своей идеальной маскировке. Он прошелся вверх по улице, потом вниз, вправо, влево, по диагоналям, кругами, квадратами. Весь округ был изучен. Тут не было ничего интересного, кроме людей в