Мой некоронованный принц, или Золушки не продаются - Юлия Бузакина

семья, Павел Андреевич? – распахнула глаза от удивления секретарь.

– Семья в трауре и грозится отказаться от своего первенца.

Он прошел в свой кабинет и громко хлопнул дверью. Интрига года набирает обороты. Интересно, что думает сама Аня по поводу фотографии? Надо будет вечером у нее узнать. Хотя, какая разница, что она об этом думает? Лучше он позовет Анютку к себе домой, и до следующего утра весь мир перестанет существовать.

Вечером он купил в супермаркете сухое вино, суши, фрукты и большую упаковку разноцветных макарунсов. Не забыл и про цветы. Крупные бутоны белоснежных роз, упакованных в бархатную шелестящую бумагу, покоились на заднем сидении его роскошного авто вместе с угощением.

Павел заехал в магазин сувениров, но долговязая продавщица сказала, что Аня ушла пораньше.

– Она на пляже, фотографирует.

– Фотографирует? – изумился прокурор.

– Да, да! Сегодня море потрясающе красивое. Изумрудное, вперемешку с нежно-голубым. Впрочем, сами увидите.

Павел спустился к пляжу.

Аня действительно фотографировала море. Вооружившись профессиональным фотоаппаратом, она целилась по лазурной глади и мечущимся над водой чайкам.

Заметив приближающегося прокурора, девушка приветливо взмахнула рукой.

– Привет, Аня, – он с интересом рассматривал ее новый образ. Волосы, стянутые в тугой узел на затылке, голубые джинсы с дырками на коленях и белая футболка с черной Эйфелевой башней на груди делали ее похожей на подростка.

– Привет, мой принц, – она прицелилась и поймала его в кадр на фоне лазурного моря. – Не двигайся, ты потрясающе смотришься…

Девушка кружила вокруг него, а камера все щелкала, выдавая идеальные кадры. И он вдруг понял, что она не читала утренних газет. Ее вообще мало интересовали сплетни в городе.

– Ты знаешь, что фотогеничен?

– Нет, моя кошечка, я не увлекаюсь фотографией. Максимум, на что я способен, это сфотографироваться на документы, – ему удалось приблизиться к ней, и он перехватил у нее фотоаппарат. – Все, хватит. Теперь моя очередь.

Он подтолкнул ее к воде и поймал в кадр.

– Распусти волосы… Так… Теперь встань боком… Ага, голову чуть вперед… Волосы взлохмать, я люблю, когда они у тебя в полнейшем беспорядке…

Аня смеялась, корчила рожицы и показывала ему язык. Она часто фотографировала пейзажи, но устроить фотосессию для себя самой ей не приходило в голову. Теперь же, когда Павел толкнул ее на песок к кромке моря, она была счастлива позировать ему перед камерой.

Вдоволь порезвившись на фоне лазурного моря и чаек, она успокоилась. Устроившись на еще теплом песке, Аня просматривала получившиеся кадры.

– Фотографии твое хобби? – устроившись на песке рядом с девушкой, с интересом заглянул в экран фотоаппарата Павел.

– Да… Я люблю фотографировать. В интернете у меня есть свой сайт. Я обрабатываю фотографии в фотошопе, а потом выкладываю. Иногда их покупают.

– А поехали ко мне домой? – нежно касаясь ее волос, дерзко предложил Павел. – Я буду фотографировать тебя на фоне моей постели.

Аня заглянула в его серо-голубые глаза и улыбнулась.

– Поехали, – предвкушая продолжение вчерашнего безумия, едва слышно шепнула она. – Только на всю ночь я не останусь.

– Почему? – огорчился он. – Завтра же суббота. Да и майские праздники на носу.

– Потому, – Аня многозначительно подняла вверх указательный палец. – Приличные девушки не остаются ночевать у малознакомых мужчин.

– Так значит, я для тебя малознакомый мужчина? – с усмешкой посмотрел на нее он. – Сегодня постараемся это исправить. Надеюсь, ближе к полуночи ты успеешь познакомиться со мной настолько близко, что уже не захочешь никуда ехать.

– А что я скажу родителям?

– Передай им, что мы отправляемся в путешествие на яхте.

– На какой яхте?

– На моей.

– Ты же прокурор! Откуда у тебя яхта?

– У моей семьи есть не только яхты, Аня. Но это совсем не значит, что я не готов служить правосудию. Скорее, наоборот, чем больше средств у моей семьи, тем сильнее моя тяга к справедливости. В этом смысл всей моей жизни.

– Паш, – немного подумав, произнесла Аня. – А давай на яхте как-нибудь в другой раз, не сегодня? Только посмотри – я же выгляжу, как оборванка. Да еще и в песке, на радостях, что хоть кто-то меня решил пофотографировать, извалялась. Для прогулки на яхте мне бы хотелось выглядеть иначе.

– По рукам, моя креветочка! Сегодня нас ждет романтический ужин при свечах у меня в квартире, – серо-голубые глаза Павла вспыхнули желанием. – Я отмою тебя от песка под горячими струями воды, намылю, а потом возьму, всю такую скользкую и влажную…

– Я уже этого хочу, – она рассмеялась, и протянула к нему свои руки с красивым маникюром. – Едем скорее к тебе домой…

– Да, едем, – он привлек ее к себе и коснулся губами ее шеи.

– Купите крабов! – раздалось откуда-то сверху.

Аня и Павел переглянулись.

Над ними нависал небритый мужчина неопределенного возраста в потертой рабочей одежде.

– Пожалуйста, купите крабов, – настойчиво повторил он, потрусив перед влюбленными огромным шевелящимся пакетом.

– Каких еще крабов? – угрожающе приподнял бровь Павел.

– Самых настоящих! Иначе они задохнутся в пакете. Жалко будет. А так приготовите их дома на ужин. Что может быть полезнее отваренных в соленой воде крабов?

– Так. А ну-ка, пошел отсюда вон со своими крабами! – сверкнул исподлобья ледяным взглядом Павел и поднялся с песка.

– Паш, – растерянно захлопала глазами Аня. – Они же погибнут. Давай их заберем. Сколько вы за них хотите?

Она полезла в карман джинсов и достала смятые пятисотки.

– Аня! Продавать контрабандный товар запрещено законом! – вспыхнул Павел и перехватил ее руку, протягивающую все деньги, которые оказались в кармане, незнакомцу.

– Да ладно тебе, они же погибнут. Я не могу этого позволить, – выдернув руку, она всунула мужчине мятые пятисотки. – Вот, возьмите. Это все деньги, что у меня есть с собой.

Мужчина вырвал у нее из рук деньги, всучил пакет и засеменил прочь.

– Аня! Ты только что отдала все свои деньги проходимцу! Спасти она их собирается! Ты думаешь, в кипящей воде они начнут размножаться? – скрестив руки на груди, сверлил ее недовольным взглядом Павел.

– Нет, – девушка огорченно заглянула в пакет. – Но, по крайней мере, мы их съедим сегодня вечером. А если бы я оставила их этому пройдохе, они бы просто погибли.

– О-о, моя милая Анютка, да ты просто образец добродетели! – закатил глаза он. – Держи их у себя в ногах, пока мы будем ехать ко мне домой. Если они расползутся по моей машине, будешь ловить их сама.

– Хорошо, хорошо, до самой твоей квартиры я буду нести за них ответственность, – крепко сжимая шуршащий пакет, зашагала Аня следом за Павлом. – Скажи, а ты умеешь их варить?

– Интернет тебе в помощь. Пока я буду отмывать тебя от песка со всеми вытекающими последствиями,