Наше единственное лето: второй шанс - Мира Ли

навестишь Зою Николаевну, она о тебе спрашивала, а во-вторых, смотри, как Лев Николаевич счастлив твоему визиту, — мы оба посмотрели на портрет. — Он помнит наше с тобой первое свидание тут.

— Зою Николаевну я с удовольствием навещу, а вот первое свидание у нас с тобой будет сегодня, — Даня наклонился и чмокнул меня в нос. — Конечно, если ты согласишься пойти со мной на свидание…

В его серых глазах плясали чертики, и это только распаляло мое любопытство.

— Хорошо.

Даня подхватил меня на руки и, покрутив, поставил обратно.

— Тогда пойдем скорее, — кивнул он на вход в библиотеку и сняв с моего плеча сумку с книгами, открыл дверь.

Глава 13

— Ребята! Да неужели это вы? Радость-то какая! — Зоя Николаевна отложила стопку книг, которые собиралась поставить на полку и поспешила к нам.

Она обняла Даню и потрепала меня по щеке.

— Проходите, проходите, без чая и разговора я вас не отпущу. Данечка, как я рада тебя видеть! Какой ты стал красивый, а высокий какой! — Зоя Николаевна внимательно осмотрела его с ног до головы и всплеснула руками: — Ну, не зря, не зря наша Элечка голову потеряла от тебя! — она подмигнула мне.

Даня самодовольно улыбнулся, а я по недоброй для себя традиции залилась румянцем.

— Молодой человек, раз уж ты так вовремя появился, помоги-ка мне поставить эти книги на верхнюю полку, а мы с Элечкой пока чай заварим.

Даня занялся с книгами, я расставила чашки и открыла коробку конфет, которую принесла с собой. Зоя Николаевна, напевая, ловко заварила чай и накрыла изящный чайник с позолотой красивой полотняной салфеткой.

— Дорогая моя, поздравляю тебя с «медалью», — она взяла меня за руку и накрыла ее своей ладонью. — Ты гордость нашей школы, всегда помни, что мы все болеем за тебя. Особенно я. Пусть все получится так, как ты мечтаешь!

— Спасибо большое, Зоя Николаевна. И вам огромное спасибо за то, что позволяли мне сидеть тут часами и за разговоры наши спасибо… — глаза защипало, я наморщила лоб и прикусила губу.

— Ну, Эля, не начинай! — вошедший в подсобку Даня обнял меня за плечи.

— И то верно, садитесь, — засуетилась Зоя Николаевна. — Будем чай пить.

Она села в кресло, я разместилась на стуле напротив, а Даня примостился на табуретке между нами.

Зоя Николаевна о многом расспрашивала его, и Даня, так непохоже на его привычное поведение, подробно и обстоятельно отвечал на ее вопросы. Медленно попивая чай, я с интересом слушала о его учебе, защите диплома и мечтах о будущем. Мне бы он точно не рассказал, как на третьем курсе чуть не вылетел с факультета из-за того, что устроился на работу барменом в ночном клубе или о том, что его диплом чуть не завалили из-за того, что один из членов комиссии был отцом парня, с которым Даня сильно подрался на четвертом курсе…

— Ну а дальше, Данечка? — аккуратно спросила Зоя Николаевна.

Даня сделал глоток чая.

— Дальше дождусь из Москвы Элю, — он улыбнулся мне своей неизменной кривенькой улыбкой. — И вместе мы проживем наше лето.

Мы посмотрели друг другу в глаза и, кажется, на миг даже забыли, что мы не одни. Вдруг через открытую форточку в библиотеку влетела ласточка и, испугавшись замкнутого пространства, начала метаться от полки к полке.

Мы с Даней вскочили, я встала на подоконник и открыла большую фрамугу старого деревянного окна. Даня спугнул усевшуюся на одну из полок птицу, и она, описав еще пару кругов, вылетела в окно.

— Ой, спасибо, милые! Сама бы я еще долго гонялась за этой малышкой.

Я встала на цыпочки, чтобы закрыть верхнюю щеколду. Даня оказался рядом, чтобы помочь мне спуститься с высокого подоконника и теперь с интересом разглядывал мои ноги, слишком нескромно прикрытые короткой пышной юбкой. Вот же жь!

Я одернула юбку и сердито посмотрела на наглеца: «Эй, ну не при Зое же Николаевне!» Но в ответ я лишь получила самую обворожительную улыбку и подмигивание. О поднял руки и, словно бы я и не весила ничего, снял меня с подоконника и поставил на пол, быстро поцеловав в щеку.

Мы попрощались с Зоей Николаевной и держась за руки пошли на улицу.

— Даня, ты прекратишь меня когда-нибудь ставить в неловкие положения? — бурчала я, переплетая наши пальцы.

— Никогда, малая! Не прекращу никогда, — он поцеловал меня в висок. — Твое смущение — мой особый вид удовольствия!

Свободной рукой я стукнула его по плечу, а Даня изобразил острую боль. Мы засмеялись.

— Я так понимаю, что вы, девушка, сейчас не идете домой?

Я вздрогнула и попыталась отскочить от Дани как можно дальше, но было поздно. Прямо за нашими спинами, широко улыбаясь, стояла мама.

— Я… мам… ээээ…

— Здравствуйте! — Даня, хоть и смутился сильно, но быстро собрался и в отличие от меня смог сказать что-то членораздельное. — Я бы хотел отвезти Элю в одно место, — он бросил на меня быстрый взгляд, — если вы не против, конечно…

Мама с той же улыбкой перевела взгляд с Дани на остолбеневшую меня и обратно:

— Я не против, — она надела солнечные очки. — К ужину вернетесь? Я приготовлю что-нибудь вкусное, — она вышла на улицу и, обращаясь к Дане, добавила: — И ты приходи, хорошо?

Все еще немного шокированные, мы одновременно кивнули.

Когда мама ушла достаточно далеко, чтобы не слышать нас, Даня сказал:

— Ну, кажется, прошло лучше, чем у тебя с моим отцом…

Я хохотнула и прищурив глаза многообещающим голосом добавила:

— Еще не вечер… Вот придешь на ужин, тогда и посмотрим.

Даня картинно округлил глаза и схватился за сердце.

Как же здорово было смеяться вместе! Легко, естественно и так радостно…

Как только я ни пыталась выяснить, куда мы едем, Даня был непреклонен. Он с удовольствием принимал мои поцелуи, смеялся над моими «оленьими глазками», благородно выслушивая мольбы и обещания.

Мы на полную громкость включили радио и открыли настежь окна автомобиля. Ветер трепал мои длинные волосы, которые я, с появлением в моей жизни Дани, перестала заплетать в косы и кички. Мне нравилось, как он дотрагивается до них, как убирает выбившиеся прядки мне за ухо, как отбрасывает их с моего плеча, чтобы