Совенок. Путь к трону. Пятая часть - Екатерина Александровна Боброва

И было в его голосе столько уважения, что никто и не подумал смеяться, хотя Шиль, обойдя потемневшую от времени палубу, посмотрев на темную воду канала и заглянув в каюты, пощупав там сырое белье на узких койках, тихонько высказал пожелание пожить под обычной крышей обычного дома.

— Не ценишь оказанной тебе чести, — мастерски скопировал тон леди Рованы Лунь, — вот отомстит тебе «Свирепый ярх», когда ночью в туалет пойдешь. Я слышал корабли для такийцев живые существа, что-то вроде наших духов огня.

— Врешь! — запальчиво возразил Шиль, но опасливо оглянулся по сторонам, придвигаясь ближе к Шестому.

— Жду тебя с последним лучом солнца на сходнях, — проговорил Алю, прощаясь, Ацтаки.

— Идешь только ты, — предупредил он, и принц понятливо кивнул. Об истинной цели путешествия его друзья не знали.

Глава 5

Дворец, если так позволительно назвать вытащенный на берег и помещенный в центр площади корабль, был почти не освещен. Аль, задрав голову, вглядывался в нависший над ним мрачной тенью борт. Когда-то об эти бревна плескались волны, когда-то он плыл, рассекая воды морей и океанов, сражался с бурями, участвовал в битвах и видел берега других стран, а сейчас принимал на борту послов, капитанов, советников и министров. Здесь подписывались указы, принимались государственные решения, здесь заседал совет семи капитанов, который и правил Такией. Правда, на этом корабле никто не жил. Капитаны предпочитали собственное жилье.

Аль положил ладонь на перила. Провел рукой по дереву. В Асмасе на такое бы фыркнули, назвали убожеством, а ему нравилось почтительное отношение такийцев к кораблям. Они селились в них, переоборудуя в дома или отправляли в последнее плавание гигантским костром, но не оставляли гнить без дела на берегу.

— Добро пожаловать на борт «Свирепого клыка», — торжественно произнес Ацтаки, добавив: — Ни одной проигранной битвы. Однажды они даже выстояли против пятерых. Три потопили, а два, — в голосе капитана слышалась нескрываемая гордость, — взяли на абордаж.

Аль помнил тот эпизод из истории. Груз был столь ценным, что Асмас собрал целый караван. Три торговых судна, два в охране. Шли, не сомневаясь, что никто не осмелится на них напасть. Однако команда «Свирепого клыка» считала иначе. Такийцы воспользовались поднявшимся туманом, подкрались незаметно, атаковали. Правда, в истории Асмаса числилось еще трое нападавших, но кто теперь разберет, сколько было участников той битвы.

— Ну здравствуй, старый враг, — одними губами прошептал Аль.

Палуба тонула в темноте, лишь одинокий фонарь болтался на ветру, освещая дверь, ведущую внутрь. Они шагнули за порог скрипучей двери, и Аль заморгал от ударившего по глазам света. Застеленная синим ковром лестница вела в широкий коридор, откуда выходила в просторный зал. Контраст с пустой палубой, скрипучей дверью был столь велик, что Аль невольно замер на пороге.

Чего здесь только не было. Статуи, чучела диковинных птиц, картины, оружие. По периметру тянулся диван с кучей расшитых подушек. Перед ним стояли покрытые перламутром столики. Потолок был украшен гигантскими раковинами. Аль, задрав голову, вбирал в себя сокровищницу морского дна.

— Впечатляет, правда? — Ацтаки был доволен произведенным эффектом, но поторопил: — Нас ждут.

Их приняли в одном из кабинетов. Обстановка здесь царила рабочая. Стол, стулья, карты на стенах, флаги потопленных кораблей, пара шкафов, забитых бумагами. Ничего лишнего. Почти.

— Мы рады, ваше высочество, — из-за круглого стола поднялся высокий мужчина, — что вы приняли наше предложение, хотя… — он окинул Шестого недовольным взглядом, — ждали кого-то постарше.

— Брось, Таврис, — его товарищ дружески улыбнулся Алю, — молодость быстро проходит. Уверен, его высочество достаточно опытен, иначе его бы не отправили к нам.

Капитаны были противоположностью друг друга. Таврис худой, высокий, тощий, состоял, казалось, из одних жил. На лысом черепе багровел жуткий шрам. Прищур глаз сам по себе был оружием.

«Такой брюхо вспорет, не колеблясь», — подумал Аль.

А вот второй, представившийся Чалаем, был чуть полноват, имел длинные, забранные в хвост седые волосы. И, глядя на его добродушное круглое лицо, сложно было представить, как он смог стать капитаном, да еще и войти в совет.

— Для меня честь помочь вам, — склонился в поклоне Аль.

— Тогда, может, отметим встречу? — обрадованно предложил Чалай, бросив выразительный взгляд на один из шкафов.

— Рано, — отрезал жестко Таврис. Он испытывающе оглядел Аля, недовольно пожевал губу: — Да и не привык я пить с молокососами. Пусть сначала докажет, что стоит того, чтобы разделить с ним чашу.

— Я тоже предпочитаю сначала сделать дело, а потом уже отмечать, — спокойно ответил Аль, без приглашения усаживаясь за стол.

— У малыша чувствуется характер, — подмигнул ему Чалай. — Верно, Таврис?

Тот не ответил, занимая стул напротив.

— Вы уже в курсе кражи Бездны? — спросил у Аля Чалай.

Аль недоуменно вскинул бровь.

— Так мы зовем артефакт, — пояснил капитан, — цвет у него больно интересный. Сам он голубой, но если вглядеться вглубь, появляется темное пятно. Некоторые в нем даже звезды видят.

— Артефакт хранили здесь? — поинтересовался Аль.

— Нет, конечно. Тут много разных людей ходит, в том числе и чужих. Сокровищница Такии надежно скрыта. По крайней мере, нам казалось, что надежно. Но сейчас не важно, как и кто украл камень, важно его найти.

Чалай поймал удивленный взгляд Аля и пояснил:

— Ульхи волнуются.

— Уже в курсе, — вздохнул Аль. И на лицах капитанов промелькнуло искреннее удивление.

— Откуда? — выдохнул Таврис, вцепляясь взглядом в лицо Аля. Тот рассказал. На какое-то время в кабинете воцарилось напряженное молчание.

— Неожиданно, — первым высказался Ацтаки, — боюсь, мы недооценили серьезность проблемы.

— Если ульхи решили сами вмешаться, — раздраженно заметил Чалай, — то похоже, нам не доверяют. Прямой контакт с асмасцем! Куда катятся волны⁈

Аль