Очень смертельное оружие - Ирина Волкова

- Разве это имеет значение?

- Для меня да.

- Возможно, когда-нибудь ты узнаешь об этом.

- Почему не сейчас?

- Считай, что я пытаюсь пробудить твое любопытство, а может быть, даже и симпатию. Признайся, я ведь не очень понравился тебе во время нашей первой встречи.

- Дело не в этом. Просто мне показалось, что ты проявляешь ко мне излишний интерес. Поскольку ты, насколько я понимаю, ухаживаешь за Аделой, я давала тебе понять, что мне это неприятно.

- Значит, ты хорошая подруга, - усмехнулся Иродиадис.

- Просто я считаю, что мужчин на свете несравнимо больше, чем подруг.

- Я вовсе не собираюсь ссорить тебя с подругой. Когда вы регистрировались, я увидел вас обеих в холле гостиницы и сразу узнал тебя. Если честно, я познакомился с Аделой, чтобы побольше узнать о тебе

- У тебя на все есть ответ.

- Так ты принимаешь мой подарок?

- Да. Но только при условии, что когда-нибудь ты расскажешь мне захватывающую историю о том как я в прошлой жизни спасла тебя. Кстати, кем я была в прошлой жизни - женщиной или мужчиной?

- Ты была такая же, как сейчас.

Я встала с кресла и взяла из коробки рентджонг.

- Спасибо за подарок. Он просто великолепен.

- Мне нужно идти. Адела, наверное, уже одевается. Мы зайдем за тобой в пять, чтобы поехать в Батубулан.

Стив повернулся и направился к двери. Нацелив ему в спину острие рентджонга, как дуло пистолета, я негромко, но угрожающе произнесла по-русски: "Руки вверх!"

Иродиадис на мгновение замер, и я увидела, как напряглись мышцы у него под рубашкой. Напряглись - и тут же расслабились. С обаятельной улыбкой Стив повернулся ко мне.

- Ты что-то сказала?

- Я сказала: "Руки вверх", - я вновь перешла на английский. - В детстве я просто обожала играть с оружием и постоянно брала пленных.

Иродиадис шутливым жестом, поднял руки.

- Сдаюсь. Будем считать, что ты взяла меня в плен.

- Договорились, - засмеялась я. - Значит, до пяти?

- До пяти.

Стив махнул на прощанье рукой и вышел в коридор.

Когда за ним закрылась дверь, улыбка сползла с моего лица. Стефанос Иродиадис знал русский язык, но он явно предпочитал, чтобы окружающие об этом не догадывались. Он хорошо разбирался в холодном оружии. Он оказался на Бали в тот момент, когда акулы преступного мира готовились вцепиться друг другу в глотку из-за электромагнитной бомбы Семена Тетерина. И, главное, этот редко встречающийся разрез глаз. Точно такой же, как у Марка Симонии и русского киллера #1. Действительно ли его имя было Стефанос Иродиадис или на самом деле мнимого грека звали Сергей Адасов?

* * *

Пообедав в ресторане отеля, я направилась в местный супермаркет, где приобрела полдюжины яиц в пластиковой упаковке, четыреста граммов молотого красного перца, пачку соли и клейкую ленту Подобно спецназовцу Витюне, я решила заняться изготовлением "оружия ниндзя".

Конечно, было бы разумнее .купить баллончик с нервно-паралитическим газом, но в супермаркете они, к сожалению, не продавались, а мотаться по Бали в поисках газового баллончика было попросту лень, тем более что я понятия не имела, где его искать. Кроме того, после успешной атаки на русскую мафию, проведенной с помощью яиц контуженого спецназовца, я стала относиться к вооружениям ниндзя с особой нежностью.

Конечно, яйца моего производства не могли сравниться с Витюниными, поскольку вместо взрывчато-дымовой смеси я собиралась начинить их своеобразным эквивалентом слезоточивого газа. При желании я, конечно, могла на скорую руку сварганить примитивное карманное взрывное устройство из продающихся повсюду вполне безобидных ингридиентов, но, опять-такии, было лень, да и душа у меня как-то не лежала к профессии взрывника.

В детстве я успешно и, к счастью, без особых травм прошла через этап увлечения взрывчатыми веществами и даже изготовила несколько симпатичных бомбочек, которые опробовала на заброшенном кладбище. После того как у меня в руках взорвался заряд бертолетовой соли, чуть не лишив меня зрения, я потеряла интерес к диверсионно-подрывной деятельности и решила выбрать себе более безопасное хобби. В результате я переключилась на конструирование моделей ракет, которые запускала в воздух при помощи холостых охотничьих патронов двенадцатого калибра.

Вернувшись в номер, я разложила покупки на тумбочке, надела очки для подводного плавания, завязала нос сложенной в четыре раза трикотажной футболкой и принялась смешивать соль и перец в пропорции пятьдесят на пятьдесят.

Опустошив яйца, я аккуратно через сделанную из бумаги миниатюрную вороночку сыпала в скорлупки рыжеватую смесь. Наполнив очередное яйцо, я заклеивала дырочку лейкопластырем, а мысли мои тем временем были заняты последним разговором со Стефаносом Иродиадисом.

Не исключено, что я все нафантазировала. Стив вполне мог оказаться самым обычным богатым греком, решившим закадрить для своей коллекции очередную русскую туристку при помощи дорогих подарков и загадочных рассуждений о прошлых жизнях.

Мое предположение о том, что Иродиадис и Сергей Адасов - одно и то же лицо, основывалось лишь на сходстве разреза глаз и на том факте, что Стив напрягся, когда я по-русски сказала ему: "Руки вверх". Любой нормальный полицейский, услышав о моих подозрениях, поднял бы меня на смех. А что, если проверить, есть ли у Стефаноса шрамы от пластических операций? Говорят, Сергей Адасов не раз ложился под нож пластического хирурга. Шрамов я вроде не заметила, хотя старалась внимательно рассмотреть лицо грека, но это еще ничего не значит. Хирурги прячут почти незаметные следы от надрезов под линией волос, да и вообще современная пластическая хирургия творит чудеса. Говорят, иногда от операции вообще не остается следов.

Ладно, пусть я идиотка, но предположим, что все-таки Стив - это Сергей Адасов. Он заявил что в прошлой жизни я, не подозревая об этом спасла ему жизнь. Судя по всему, Иродиадис не имел в виду реинкарнацию. Тогда все логично.

Сергей Адасов, русский киллер #1, был убит на Сицилии. Стефанос Иродиадис, греческий подданный, не имеет ничего общего с Сергеем Адасовым кроме одной маленькой детали: в прошлой жизни Стива звали Сергеем, и, чтобы заработать на жизнь ему приходилось убивать.

Оставалось только сообразить, когда я могла случайно столкнуться с Сергеем Адасовым и спасти ему жизнь, даже не подозревая об этом. Это мог быть какой-либо ничем не примечательный эпизод, на который я даже не обратила внимания. Я лихорадочно пыталась припомнить какие-либо странные или необычные события из моего прошлого и угадать, в какой момент наши пути пересеклись. Нет, ничего не выйдет. Нужна хоть какая-нибудь зацепка.

Расстроившись, я чуть сильнее сжала пальцы, и хрупкая скорлупка предпоследнего яйца, наполовину наполненная жгуче-соленой смесью, треснула.

- Черт, - выругалась я и сжала скорлупу в руке, окончательно раздавливая ее. И тут меня осенило.

Витюнины яйца! Вот когда я могла, не подозревая об этом, спасти Сергея!

У меня перед глазами возник джип, выруливающий из подворотни, окружающие его иномарки, люди с автоматами, выстрелы... Я, естественно, при своей близорукости не смогла разглядеть лицо водителя джипа, а уж тем более запомнить его. В то же время Адасов, если, конечно, это он был в машине, имел прекрасную возможность запомнить меня, тем более что у него, в силу его профессии, должна быть хорошая память на лица.

Когда я начала направо и налево разбрасывать взрывающиеся яйца, он, воспользовавшись дымовой завесой, запросто мог улизнуть. Возможно, я и ошибалась, но в любом случае другой версии у меня не

- Ап-чхи! - громыхнуло у меня за спиной.

Я обернулась.

- Ап-чхи! - снова чихнула Адела, в недоумении уставившись на меня.

Я сообразила, что в очках для подводного плавания и с завязанным футболкой лицом действительно выгляжу несколько оригинально.

- А-ап-чхи! Чем это ты тут занимаешься? - поинтересовалась подруга. - И чем у тебя так воняет?

- Это красный перец, - пояснила я. - Он наиболее едкий.

Адела снова чихнула и потерла слезящиеся глаза.

- Лучше пойдем ко мне в номер. Думаю, тебе придется кое-что объяснить.

Чихая и чертыхаясь, подруга выскочила из номера. Мне оставалось только последовать за ней. Тарелка со зверской смесью и скорлупка последнего, еще не заполненного яйца остались лежать на столе.

* * *

- Насколько я помню, ты собиралась вести спокойную, размеренную жизнь, прочихавшись, отплакавшись и отсморкавшись, раздраженно сказала Адела. - Чем это ты занимаешься?

- Да так, ничем особенным. Начиняю яйца смесью соли и перца.

- И давно у тебя появилось подобное хобби?

- У меня всегда была склонность к кустарному творчеству. Это успокаивает.

- Успокаивает? С каких это пор тебя успокаивает красный перец?

- У каждого свои странности, - пожала плечами я.

Адела подошла к зеркалу и с ужасом посмотрела на отразившиеся в нем опухшие, покрасневшие веки и ноздри.