Семейные узы - Лилия Фандеева

быть твоим отцом? – спросил Колосов, глядя в сторону. – Чего-то подобного я ожидал. Я был почти уверен, что когда-нибудь, в одно прекрасное время, меня ткнут носом в дерьмо и укажут место. Годы шли, всех кругом все устраивало, и я перестал думать об этом. А оно видишь, как все обернулось спустя двадцать восемь лет.

– У меня нет другого отца, да он мне и не нужен. Так что придется тебе с этим смириться. Дед примет эту новость, а вот Санька, думаю, нет. Что же они так долго? Сказали бы хоть что-нибудь, – волнуясь, говорил Влад.

Доктор вышел из смотрового кабинета, взглянув на двух мужчин, и, не обращаясь ни к кому конкретно, сказал:

– Мы ее оставляем у себя. Схватки ложные. Беременность в тридцать шесть недель рискованная. Нам подождать бы пару недель при строгом постельном режиме. Но есть одно «но». У нас частная клиника, где за все надо платить. Вы готовы?

– Мы готовы, – сказал Влад, не глядя на отца. – Когда, куда и сколько? Как она себя чувствует и почему ей вдруг стало плохо? – спрашивал он доктора. – С ней и ребенком все будет хорошо? Чем мы можем помочь?

– Такое, к сожалению, бывает. Причины преждевременных родов самые разные и не всегда это может быть эмоциональное состояние беременной. При соблюдении строгого постельного режима и постоянного наблюдения, мы попытаемся продлить срок беременности. Через пять минут ее переведут в палату. Вы можете ее навестить. Вы идите со мной, мы подпишем договор, а Вы останьтесь, – дал команду врач. – Будут вопросы – заходите.

– Не можешь без фокусов? – спросил отец, следуя за каталкой с дочерью в палату. – Кому дома цветы пыль будут собирать?

– Пап, зубы не заговаривай, – пытаясь улыбнуться, сказала Даша, – Я тебя огорчила? Знаешь, мне самой это далось трудно. Прости меня.

– Спокойствие, только спокойствие. Я уже в курсе всех твоих тайн и секретов. Влад мне рассказал обо всем. Ты представляешь, какая неразбериха получиться: отец – он же тесть, сын – он же зять. Внук один, но как бы два – один сын дочери, второй – сын сына. Ты, дочка не расстраивайся. Умным людям ничего объяснять не придется, а глупым, ничего не докажешь.

– Значит, ты за нас? – спросила Даша, беря отца за руку. – Пап, не сердись на Влада. Он меньше всего виноват в том, что произошло. Мы любим друг друга, но я сама сделала первый шаг, плюнув на все условности.

– И за вас, и с вами. Ты главное ни о чем плохом не думай. Полежишь пару недель и родишь мне здорового внука. Все, что нужно, Влад привезет, а сейчас постарайся уснуть. День был твой, но внук решил напомнить о себе. Что такое любовь, дочка, я знаю. Ее нельзя запретить, она делает тебя безрассудным и уязвимым. Но и не любить нельзя. У вас все получится, я уверен, – говорил отец, целуя Дашу, как ребенка. – Маме сама позвони и держись, дочка, молодцом.

Влад приехал ближе к вечеру с цветами, пакетом и знакомой коробочкой с кольцом.

– Ты мне так и не ответила на предложение, – говорил он, а на лице сияла улыбка. – Даш, на душе праздник – мы с тобой вышли из подполья и можем жить на легальном положении.

– Я выйду за тебя замуж, – сказала Даша и улыбнулась. – Весь вопрос: когда?

– Потерпишь до вторника? Всего четыре дня и мы с тобой распишемся, а праздник устроим, когда Никита подрастет, и поедем все вместе в Англию учиться, – говорил он, надевая на палец Даши кольцо.

– Так не бывает. Это же не сказка, – возражала ему Даша.

– А мы попробуем сделать нашу жизнь сказкой. Что нам мешает? – обнимая ее, говорил Влад. Он не стал посвящать Дашу, что уже был в загсе, что врать особо и не пришлось, что выездная регистрация состоится двадцать восьмого апреля. Теперь ему предстояло объясниться с матерью, поговорить с дедом и его женой, и найти общий язык с Санькой. – В пакете все, что ты просила. Я привез тебе йогурт, сок и фрукты. Звони в любое время.

Даша позвонила матери, сообщив все свои секреты и коротко Джеффери.

Глава 5

Как себя чувствуете, Дарья Андреевна? – спросил на обходе доктор. – У Вас сегодня важный день, много эмоций, гостей. Вы обойдетесь без успокоительного препарата? Вам стоит думать, прежде всего, о сыне.

– Не волнуйтесь, я справлюсь. Это всего лишь бумажная процедура. Я волновалась бы стоя в подвенечном платье у алтаря или в загсе, а не в больничной палате и пижаме. Я согласилась на это, не из-за штампа в паспорте. У нас одинаковые фамилии и даже отчества – мы по бумагам брат и сестра. Влад решил, что эту новость безболезнее будет перенести всем именно таким способом, собрав всех вместе. Семейные узы крепки, но и в них бывает слабое звено.

– Вижу, справитесь. Ваша мама и брат уже пришли. Так сказать, группа поддержки прибыла.

Доктор вышел, а вошли мама Даши и Санька.

– Мам, ты, когда прилетела? Надолго? – радостно спросила Даша.

– Солнышко мое, здравствуй, родная моя! – говорила мать, обнимая и целуя дочь. – Прилетела рано утром, папа меня встретил, многое я знаю, что захочешь, расскажешь сама. Давай приведем себя в порядок, а потом поговорим обо всем и позавтракаешь. Волосы сама подберешь? Переодевайся, – говорила она, протягивая Даше красивую сорочку. – Это не подвенечное платье, но она лучше пижамы. Дашенька, я задержусь, сколько будет нужно. Ты изменилась, с тех пор, как мы виделись.

– Мам, я растолстела больше положенного.

– Даш, я говорю не о фигуре. У тебя взгляд стал другой и говоришь ты спокойно, и не размахиваешь руками, как крыльями, того и гляди, что взлетишь. Все женщины, в ожидании рождения ребенка, меняются. – Сань, ты поставь цветы на стол, для мадам будет торжественнее. А вот и твой отец с Владом.

Поцеловав по очереди дочь невесту, отец подошел к Сане, а Влад заговорил с Дашей:

– Дед беседует с доктором, Рита ждет внизу регистраторшу, моя мать тоже приехала. Ты как, Даш? Я очень за тебя волнуюсь. Держи букет невесты. А где кольца?

– Успокойся и проверь пиджак. Я понимаю, что это твой первый брак, но и у меня он первый. Будешь волноваться, я это мероприятие отменю своим «нет» и все. Кино не будет, – чуть слышно говорила невеста. – Я такая счастливая!

Палата вдруг наполнилась людьми. Вошли дед Влада с женой, мама Влада, пропуская вперед работницу Загса. Это она заполнила большую часть пространства в палате. На