Хозяин Брянских лесов - Иван Грибков

Кроме того, отдельные офицеры и солдаты были практически во всех частях ВС КОНР. Однако на руководящих постах были лишь единицы. Подполковник ВС КОНР Р. К. Белай стал начальником офицерского резерва Штаба ВС КОНР. Бывший начальник артиллерии 29-й ваффен-гренадерской дивизии полковник ВС КОНР А. С. Перхуров занял должности заместителя начальника 13-го (артиллерийского) отдела Штаба ВС КОНР и инспектора по артиллерийскому вооружению.

В составе ВС КОНР «каминцы» встретили крайне негативное к себе отношение, особенно со стороны выпускников Дабендорфской школы и бывших военнопленных. Руководство КОНР демонстративно не признавало званий, заслуг и наград, полученных бойцами РОНА. Ряд серьезных инцидентов, в том числе со смертельными исходами заставили командира 1-й дивизии С. К. Буняченко издать приказ по дивизии от 5 декабря 1945 г.:

«За последнее время имеются случаи, когда отдельные солдаты и офицеры, прибывшие на формирование дивизии, бросают незаконный, оскорбительный упрек солдатам и офицерам бывшей дивизии Каминского в том, что они якобы грабители, бандиты и т. д. Все эти упреки основаны на том, что в быв. дивизии Каминского были отдельные случаи грабежей, мародерства и др. безобразий, которые могут иметь место в любой части…

Отдельные случаи не могут характеризовать поведение всей части в целом. 1-я русская дивизия СС в своем прошлом дралась против сталинского режима в России и ее состав в настоящем готов продолжать эту борьбу. Это Русские воины, на труде и крови которых, как и всех Русских людей, должна быть и будет построена наша родная мать-Россия.

Приказываю:

1. В корне пресечь оскорбления по адресу солдат и офицеров бывшей 1-й русской дивизии СС.

2. Разъяснить всему личному составу, что прибывающее пополнение в первую русскую дивизию из разных фронтов должно вместе слиться в дружную, спаянную идейно и организационно семью для борьбы под Русскими знаменами за спасение России и всех народов, населяющих ее…»[170].

Как показали дальнейшие события, «каминцы» являлись наиболее боеспособными соединениями ВС КОНР, самыми умелыми солдатами. Это было подтверждено боями 13 апреля на плацдарме Эрленгоф на Одере против советских частей, а также успешными действиями против немцев в дни Пражского восстания.

Автор не касается подробно этих событий, так как они относятся уже к истории Вооруженных сил КОНР.

Большинство солдат и офицеров РОНА разделили трагическую судьбу частей КОНР в 1945 г., которые были выданы союзниками советским властям. Несколько тысяч человек из бывших военнослужащих 1-й дивизии, как сейчас известно, было расстреляно сразу же без суда и следствия; в это число попала и большая часть «каминцев». Руководство КОНР, рассчитывая на гуманность союзников, практически не предприняло мер во избежание возможной выдачи, а зачастую прямо препятствуя попыткам скрыться в западной зоне оккупации. И здесь наиболее ярко проявил себя «каминец» майор Б. Костенко, которому удалось организовать бегство на запад не только себя и своей семьи, но и значительной части своих людей: «каминцев» из Разведывательного дивизиона.

В мае 1945 г. закончилась Великая Отечественная война. 2 сентября 1945 г. закончилась и Вторая мировая война. Но на земле теперь уже бывшего Локотского Автономного Округа война продолжалась.

Продолжали борьбу отдельные группы «каминцев» в Белоруссии, Украине, Польше. Например, группа из 60 бойцов — солдат и офицеров Разведывательного дивизиона 1-й дивизии ВС КОНР под командованием Г. Н. Чавчавадзе с мая по август 1945 г. вела диверсионно-партизанскую борьбу с советскими войсками в горах Словакии и Галиции. В августе 1945 г. Г Чавчавадзе и 6 оставшихся бойцов прорвались обратно в Германию[171].

Группа Г. Е. Хомутова была разгромлена, а сам он попал в плен. По-видимому, это произошло в конце 1944 г. Однако, часть группы продолжала борьбу и в 1946 г., поддерживая связь с заграницей. Где-то в середине 1946 г. связь с группой была потеряна. Сам Г. Хомутов был осужден и, скорее всего, погиб в лагере.

Продолжалась борьба и на территории Брянских лесов. Повстанческое движение начало зарождаться на территории бывшего Локотского Автономного Округа еще в 1944 г.

Возвратившиеся советские органы власти немедленно начали кампанию массовых репрессий против всех, кто так или иначе сотрудничал с оккупационной или коллаборационистской администрацией. По свидетельству некоего Т., беженца из Локтя, которому удалось пробраться в Лепель через линию фронта, репрессии сопровождались поголовной мобилизаций всех мужчин в возрасте 18–45 лет. К мобилизованным присоединяли бывших сотрудников администрации и полиции, а также партизан и формировали войсковые части для «искупления вины». «Обучение» новых «солдат» представляло собой 2 суток марша к фронту. Подобные части бросали на самые опасные участки фронта, используя вместе со штрафниками[172].

Неудивительно, что подобные мероприятия вызвали сопротивление и без того антисоветски настроенного населения. Уже вскоре появляются сообщения о том, что «в Брянских лесах действуют партизанские отряды Б. Каминского»[173]. Летом 1944 г. боевые действия в Брянских лесах приобретают массовый характер. Для подавления повстанцев помимо частей НКВД, милиции, истребительных батальонов привлекаются воинские части, которые следуют на фронт. Одна из ключевых дорог Суземка-Трубчевск подвергалась постоянным ударам повстанцев, которые в июне-июле 1944 г. привели к временной приостановке движения по магистрали. В июле 1944 г. повстанцы нанесли серьезное поражение одному из батальонов, пытавшемуся восстановить движение по дороге Суземка-Трубчевск[174]. Однако к осени 1944 г. первая волна повстанчества была, в целом, подавлена.

Из наиболее крупных отрядов в этот период стоит назвать следующие. На западе Брянских лесов действовали отряды из состава «Зеленой армии», которой руководил резидент «Особого штаба — Россия» Роздымаха. В марте 1944 г. была ликвидирована группа Н. Грищенко (9 человек), выброшенная в районе г. Клинцы.

В конце июня 1944 г. в районе Навли была выброшена группа под руководством Хасанова (36 человек). Группа успешно действовала практически весь 1944 г.

28 июня 1944 г. при выброске в этот же район была разгромлена группа под руководством Курбан-Чары и Украинова. Часть десантников пошли на сотрудничество с органами СМЕРШ, в результате чего были ликвидированы еще 2 группы десантников: в сентябре (13 человек) и в октябре (12 человек).

Также в район Навли действовал отряд М. Хлудова (34 человека), ликвидировать который удалось только с помощью массовой облавы в Навлинском районе с привлечением всех сил: милиции, армейских частей, сотрудников СМЕРШ, местных коммунистов.

Однако полностью уничтожить повстанческое движение не удалось. С середины 1945 г. начинается новая волна повстанчества, которое принимает иную форму. Связано это с тем, что в это время, используя массы возвращающихся в СССР войск, в Локоть и его округу возвращаются многие бывшие «каминцы», в лес уходят и те, кто теряет надежду на послевоенную эволюцию советского режима. Появляются «мстители» — реакция на повальные репрессии органов после «освобождения» в 1943-45 гг.

Действуя мелкими разрозненными группами, повстанцы, тем не менее, причиняют серьезное беспокойство советским властям. По имеющимся данным ожесточенность и масштабы повстанчества в этот период вполне сравнимы с операциями УПА на Украине и «лесных братьев» в Прибалтике. Однако изолированное от внешних сил повстанчество постепенно вырождается в бандитизм. Последняя крупная банда, действовавшая несколько лет, была ликвидирована в 1951 г. в деревне Лагеревка («Финляндия»). В ходе жестокого боя был тяжело ранен начальник Комаричского районного отдела НКГБ капитан Ковалев. Руководитель банды был расстрелян.

Но даже после ликвидации последних банд за лесными районами бывшего Локотского Автономного Округа устойчиво закрепилась слава «злых», «разбойных» и «бандитских».

Судьба участников тех событий сложилась по-разному. Большинство руководителей Локотского Автономного Округа и Русской Освободительной Народной Армии (К. П. Воскобойник, Г. Н. Балашов, Б. В. Каминский, И. П. Шавыкин) погибли в годы войны.

Большинство руководителей гражданских структур «Локотской республики» оказались в западной зоне оккупации, но были выданы советским властям и предстали перед судом. Практически одновременно с процессами над руководителями КОНР, лидерами казачества и руководителями дальневосточной эмиграции прошел процесс над руководителями «Локотской республики». Решением Военной коллегии Верховного Суда СССР от 30–31 декабря 1946 г. С. В. Мосин, М. Г. Васюков, Ф. Захарцов, Фролов были приговорены к расстрелу. Еще несколько человек (в том числе А. Михеев) получили различные сроки заключения.