Миллион лун - Александр Матюхин

Вернемся к оставшимся четырем. Как выделить из них нужный? Я поочередно всматривался в каждый, потом тряхнул головой, возвращая обратно нормальное зрение.

— Что-нибудь нашел?

— Думаю, да.

Я прошел мимо рядов и приблизился к первому флагу, у которого разглядел свечение. Вырвал из круглого отверстия в каменном полу.

Ничего не произошло.

— Мне нужно отойти на пятьсот метров?

— Нет. Мы должны были очнуться в актовом зале сразу же, — сказала Кристи, — скорее всего, это не тот флаг.

— Отлично. Но у меня же есть еще две попытки, верно? — я положил флаг на землю, и направился к следующему, который удалось выделить.

Ухватился за деревянное древко, вырвал.

По лицу Кристи пробежала грустная улыбка:

— Ты уверен? — поинтересовалась она.

— Одна попытка.

Я посмотрел на два оставшихся флага. Направился к тому, что был ближе, какому-то непонятному, оранжевому с горизонтальными зелеными полосками по краям.

— Подумай, — сказала вслед Кристи.

— Уже подумал.

Я ухватился за древко и посмотрел на Кристи. Она стояла, сложив руки на груди, и улыбалась.

— А ты его видишь?

Кристи кивнула:

— Конечно, я же не в первый раз здесь. Это задание для новичков.

— Ну и что ты скажешь? — я пошевелил тонкое древко, — ответ неверен?

Кристи не ответила.

И тогда я выдернул древко.

Ничего не произошло. Только Кристи вытянула вперед руку, я увидел ладонь, сжатую в кулак, с торчащим вверх большим пальцем.

А затем провалился в темноту. В последний раз.

У нас тоже есть призраки. Двое. Но они давно на пенсии, сидят в подвале

и носа не показывают. Мы им платим жалование лишь за то,

чтобы они периодически звенели цепями. Людей пугают, понимаете?

А вы хотите их купить?..

Владелец гостиницы «Третья планета от солнца». Из разговора

Я откинул голову назад, и ощутил затылком спинку стула. Открыл глаза и увидел свет дневных ламп. Повернул голову и увидел за соседним столом Кристи… и этот приятный, нежный запах ее духов.

Кристи разглядывала меня и улыбалась.

Кто-то потрепал меня за плечо, я увидел Владика.

— Молодец! — сказал он искренне, — справился! Торжественно объявляю тебя победителем соревнований!

Откуда-то раздались хлопки, торжественные возгласы, но в ярком свете ламп я видел только то, что творилось в пределах сцены.

Подошел Толя и пожал мне руку, потом помог встать Кристи. Ее слегка пошатывало, но она все равно улыбалась.

— Я, в общем, не очень люблю общаться с новичками на состязаниях, — сказала она, — но ты вел себя лучше многих.

— Можешь считать это комплиментом, — сказал Толя, — она очень редко раздает комплименты, так что цени!

— Хорошая у вас семейная пара, — сказал я, — экстремальная.

— Мы еще и не то можем, — ответила Кристи, хитро подмигнув.

Кто-то сунул мне в руку бутылку пива, и я сделал хороший глоток, потом увидел неподалеку Юлик и Настю. Обе махали мне руками, приглашая подойти.

— Мы все видели! — сообщила Настя, когда я приблизился, — ты вел себя, как герой! Настоящий Страж!

— Кто-нибудь объяснит мне, кто такой Страж и чем я, в таком случае, буду заниматься!

— А, это далекие перспективы, — отмахнулась Юлик, — сначала поработаешь, как все, потом Игнат Викторович может перевести тебя на должность Стража. Зарплата будет побольше, кое-какие привилегии, но в целом, у нас этакое рабочее сообщество. Сильно по карьерной лестнице не поднимешься. Все равны. Коммунизм в отдельно взятой гостинице!

— Ладно! Давайте выпьем за успех, — оборвала Настя, — я пью глоточек, а то у меня панкреатит в самом разгаре. Я вообще не должна набрасываться на все эти салаты, острые закуски и тем более пиво. Чувствую, завтра меня ждет бодрое утро.

Мы выпили, после чего я сказал:

— Кажется, с меня сегодня хватит. Не подскажете, как добраться до моего номера?

— С удовольствием подскажу, — кивнула Юлик и взяла меня под локоть, — с тобой хоть на край света.

Все дружно рассмеялись. Я кивнул Насте на прощание, и мы с Юлик спустились со сцены. Внизу, в полумраке актового зала, где глаза еще не успели отвыкнуть от света, меня окружили люди, меня хлопали по плечам и жали мне руки. Юлик, которая повела себя не хуже опытного телохранителя, протащила меня сквозь жизнерадостную толпу и вывела в коридор.

— Морока, — сказала она, закрывая дверь.

Я устало кивнул и огляделся. Коридор был какой-то не тот. Вернее, совсем не такой, по которому я шел в актовый зал. Стены здесь были каменные, причем сложены из неровных камней. Всюду торчали угловатые выступы, желтые куски застывшего раствора, пахло цементом. Пол под ногами выложен из досок, а потолок весь в желтых маслянистых разводах. Свет исходил от свечей, торчащих в нишах стен.

— Куда ты меня привела? — я сделал шаг, и доски под ногами отозвались жалобным скрипом.

— Не знаю, — пожала плечами Юлик. — гостиница перемещается в пространстве, здесь нет ничего необычного. Иногда случаются казусы, и мы захватываем кусок мира, в который прилетели. Видишь, какое-то средневековье, блин. Так что, сам найдешь номер или проводить?

— Кто-то обещал проводить…

— План гостиницы не меняется. Пойдешь прямо по коридору, пока не увидишь свой номер… — Юлик помахала ручкой, — не буду я тебя провожать, не маленький. А я вредная, вот. Завтра утром увидимся.

— Увидимся.

Юлик помахала еще раз, эффектно поправила волосы и исчезла за дверью. Я же побрел по коридору.

Чувствовал я себя хуже выжатого лимона. Сейчас хотелось только лечь и уснуть. Интересно, сколько времени? Удастся ли поймать хотя бы часок нормального сна?

Коридор резко уходил влево. Я свернул, поднял глаза и остановился.

Впереди стоял призрак. Самый настоящий, то есть, реальный… почти невидимый, словно контур из тонких плавных линий наполнили легким голубоватым туманом… тем не менее я увидел глаза — большие красивые глаза, тонкий нос и тонкие же губы. Призрак просто стоял и смотрел на меня грустным, немигающим взглядом. Самое дикое и странное, что я увидел — была соломенная широкополая шляпа на его почти прозрачной голове. Шляпа казалась единственным материальным предметом, и как она не слетала или (подумать страшно) не проваливалась сквозь призрака — было совершенно непонятно.

Интересно, существуют ли правила поведения персонала при встрече с призраками? Может, призраки тоже персонал? Надо будет посмотреть в «Инструкциях».

— Э… привет, — пробормотал я, — ты как, проходишь мимо? А мне можно пройти?

Честно говоря, совершенно не умею общаться с призраками. Не приучен.

Призрак не ответил, а просто взял и растворился в воздухе с тихим шипением, словно выпустил из себя этот голубоватый дымок. Шляпа, что характерно, растворилась вместе с ним. Я постоял еще несколько секунд, озираясь, и подошел к тому месту, где он.

Оказалось, что стоял призрак напротив лифта, дверцы которого были распахнуты. Внутри лифта я обнаружил ковровую дорожку, большое зеркало на всю заднюю стену, уютные стулья по краям и даже большую вазу с каким-то цветком в углу. Какой-то заграничный лифт, ненашенский… Я посмотрел в зеркало, и мне на мгновение показалось, что за спиной стоит призрак, я резко обернулся, но никого не увидел.

Тогда я зашел в лифт.

Дверцы тотчас закрылись, пол од ногами задрожал, лифт куда-то поехал — или вниз, или вверх, разобрать было невозможно. Несколько раз мигнул свет, потом лифт мягко остановился, и дверцы разъехались в сторону.

Куда меня несет? — подумал я, выходя в коридор.

Он почти ничем не отличался от первого этажа. Такие же каменные стены, деревянный пол и свечи в нишах со своими дрожащими огоньками света. Разве что номера на дверях обозначались как: 5-11 или 5-08.

Ага, значит, меня подняли на самый верхний этаж. Сделав несколько осторожных шагов, я остановился и огляделся.

— Подсказки еще будут? — мой шепот прозвучал необычайно громко в царившей вокруг тишине.

Подсказки были. Слева по коридору вновь возник призрак в соломенной шляпе. Он улыбался и показывал рукой куда-то за мою спину. Стоит ли доверять призракам? Рита Львовна, если вспомнить, не очень хорошо о них отзывалась. Я почувствовал нарастающую уверенность, что со мной просто играют.

Тем не менее, я обернулся, и увидел, что коридор справа заканчивается деревянной лестницей, ведущей наверх. Призрак кивнул еще раз и снова растворился в воздухе.

— Ну, что ж, раз просят, — пробормотал я, и зашагал к лестнице.

Уже подойдя совсем близко, я вдруг вспомнил, что говорил Степа утром, в столовой. Что-то о чердаке и подвале, двери в которые нельзя открывать. Сам Игнат Викторович строго следит за этим…