Корни зла - Галина Гончарова

— Здесь — не можем. Пожалуйста…

Ладно. Если уж тебе так нужно уединение…

— Нужно. Идем?

Я послушно пошла за ним, закрывая мысли. Получалось плохо, но хоть как-то. Место для разговора элвар выбрал заранее. Это была маленькая полянка, посреди которой лежали несколько древесных стволов. Тёрн усадил меня на один из них и присел напротив.

— Ёлка, нам действительно надо очень серьезно поговорить.

Я знала. И поспешила извиниться.

— Я тебя до глубины мозга достала со своими сомнениями? Извини, ладно. Я понимаю, что мы — друзья, просто — сам знаешь, когда никого нет, гормоны буйствуют.

Элвар только головой покачал.

— Ёлка, ты неподражаема. И как с тобой говорить серьезно?!

— А надо?

— Очень надо.

— Ладно. Я постараюсь.

Я кое-как сделала серьезную козью морду. Получилось так, что Тёрн потянулся пощупать мне лоб.

— У тебя судорог нету?

— Пока нету. Надо?

— Не надо. Ладно, весь серьезный настрой ты сбила, поэтому будешь слушать просто так.

— Будись, будись, куды ж я денисся?! — нарочно утрировала я.

— Кто знает. Судьба крутит странные зигзаги. Я не знаю, что с нами будет завтра, и не хочу кривить душой. Ты помнишь, как я сказал тебе, что люблю ведьму?

— Помню, — кивнула я.

Тёрн несколько секунд помолчал, а потом выпалил, словно бросаясь в холодную воду:

— Я тогда говорил о тебе.

Лучше бы меня по голове лопатой треснули. Несколько секунд я вообще была невменяема. Потом кое-как опомнилась и потрясла головой. Контакты замкнулись, и первым вопросом стало:

— Ты это серьезно?!

— Вполне, — вздохнул элвар. — Ёлка, я действительно влюбился в тебя и не знал, попросту не знал, как тебе об этом сказать! Я читал твои мысли, но ты думала обо мне только как о друге. В тебе не было ни капли расчета — и это привлекало меня еще больше. Я пользовался любым случаем, чтобы побыть рядом с тобой, ревновал тебя ко всем на свете, мучился и думал о тебе! Не буду врать, далеко не так, как пишут в романах, но думал. Даже нарисовал по памяти твой портрет. Он у меня всегда лежит в ящике стола, запертом на ключ. Я тебе покажу, когда вернемся. Если вернемся. Наверное, именно поэтому я и решился сказать тебе все. Ёлка, я не знаю, что ждет нас впереди, но, когда все закончится, если все будет хорошо и мы вернемся домой, мне хотелось бы, чтобы ты была со мной. Не для фиктивного брака. По-настоящему. Как королева Элвариона.

Несколько минут я молчала. Потом покачала головой.

— Знаешь, все это так неожиданно… Я никогда не думала…

— Знаю. Я для тебя всегда был другом — и никем больше. Если бы ты знала, как это мучительно. Любить — и знать, что ты никто.

— Не никто! — возмутилась я. — Ты мой лучший друг!

— Вот! Даже сейчас ты не можешь посмотреть на меня по-другому. Не как на приятеля, а как на мужчину, которому ты не безразлична! Далеко не безразлична!

Я покраснела и переменила тему:

— А что заставило тебя поговорить со мной именно здесь и сейчас?

— Просто впереди неизвестность. И я должен рисковать жизнью. Мы можем не вернуться, но я хочу, чтобы ты вспоминала меня не просто как друга.

Я глубоко вздохнула. Элвар сидел напротив и казался удивительно красивым и несчастным в неверных отблесках костра. Что нас ждет впереди? Что с нами будет? Я не знаю. Но одно точно. Я потянулась к нему и неумело коснулась губами гладкой щеки. Генетика. Бриться элварам не надо было в принципе. Везет некоторым! Хотя при нынешнем уровне развития магии бритье не проблема. Одно простенькое заклинание переносит волосяные луковицы со всех частей тела — на голову. Дешево и сердито. Была задница волосатая — станет голова такая же. Один минус — структура волос не изменяется. Так что выглядит это иногда очень забавно. Но лысые не выбирают. А я сделала это в первый же месяц. Нас вообще на первом курсе обучали такой мелкой косметической магии, справедливо полагая, что, пока девушки не приведут себя в порядок, толку от них не добьешься. Ох, опять я ушла в нирвану. А тут моего ответа ждут. И, кажется, с нетерпением.

— Знаешь, я никогда не думала, что мы будем вместе… Но сейчас… Я ведь тоже не знаю, что нас ждет. Я хочу, чтобы у меня остались о тебе не просто воспоминания.

Я готова была отдаться ему прямо здесь, в лесу. Но Тёрн осторожно отвел мои руки в сторону.

— Ёлка, ты не поняла меня. Мне не нужна любовь из жалости. И мне не нужна просто дружба. Я хочу, чтобы ты была со мной — но только по любви. И никак иначе.

Я замерла на месте. Элвар был абсолютно прав. Я еще не любила его. Я просто хотела, чтобы нам стало лучше, чтобы мы хотя бы ненадолго забылись… Тёрн с этим не согласился. И это его право. Я взяла его руку и мягко коснулась губами ладони.

— Ты прав, милый. Потом у нас не осталось бы ничего, кроме горечи. Если бы можно было полюбить по приказу! Я бы тотчас влюбилась в тебя!

— А ты попробуй, — предложил элвар, неуверенно обнимая меня за плечи и притягивая к себе. Я сразу согрелась и довольно потерлась щекой об его грудь.

— Обещать не буду. Просто попробую. А почему ты мне раньше ничего не сказал?

— Я боялся, что ты мне откажешь.

— Ну да. А вот тащить меня под венец, пользуясь моими дружескими чувствами, тебе совесть не помешала!

— Ёлка, я очень боялся тебя потерять. Скоро ты станешь магом, сможешь проходить между мирами — и я боялся, что ты захочешь вернуться туда, в мир техники. Я не смог бы без тебя. Ты не понимаешь? Я же совсем один на свете. У тебя есть родные, друзья, товарищи, коллеги… Кто-то далеко, кто-то ближе, но они есть! А у меня никого нет, кроме тебя. Вообще никого. Подданные — они не в счет. Они кланяются, а глубоко в душе или боятся, или смотрят на меня как на урода. Если ты уйдешь от меня, уйдешь навсегда, я просто умру. Ты мне рассказывала сказку про аленький цветочек, помнишь? Вот и я умру на вечерней заре.

— Не утрируй, а? Тебе только свистнуть — со всех сторон утешители сбегутся. Утешительницы.

— Можно подумать, они ради меня, а не ради трона сбегутся.

— Кто знает, кто знает. Ты ж у нас не последний урод…

— Я — телепат, а это еще хуже. А ты — единственный человек во всем мире, который принимает меня таким, какой я есть! И сейчас ты даже не думаешь, что я читаю твои мысли. Или тебя это не волнует?

Не волнует. Читаешь — ну и читай на здоровье. И знаешь что еще, Тёрн?

— Что?

Наверное, я все-таки влюблюсь.

С этого дня нам стало чуть спокойнее. Тёрн открыто проявлял свои чувства, я спокойно принимала его знаки внимания, а элваресса как сидела надутая, так и сидела. До тех пор, пока однажды ночью я не услышала тихий плач.