Корни зла - Галина Гончарова

Директор вызвал меня сразу по возвращении.

— Лоррелайн ан-Астерра! К директору! — прогремело по коридорам.

И я молнией рванулась в кабинет.

Директор сидел за столом и что-то писал. Увидев меня, он оторвался от документа и кивнул мне на кресло.

— Присаживайся.

— Да я и так повишу.

— Ну и виси. Лорри, у нас большие проблемы.

А то я сама не знала!

— Ёлочка пропала всерьез?

— Хуже.

— Да что может быть хуже?! — вознегодовала я.

— То, что она пропала вместе с правителем Элвариона. Эйверелл у них почти что бог, они его любят, обожают и обидеть не позволят! Элвары поняли, что Ёлка спасала правителя от какого-то заклинания, но нам от этого не легче. Они твердо уверены, что его величество Дейлион ан-Амирион упустил кого-то или что-то, а теперь эти недобитые злодеи решили отомстить их обожаемому правителю. Очень плохо то, что следы магии на месте происшествия — исключительно человеческие.

— Так Ёлочка и есть человек!

— Да. Но, с другой стороны, колдовала элваресса, а магия опять же человеческая! Более того, магия крови!

— Но как это может быть?!

— Не знаю! Элвары заявили, что никого к себе не пустят, кроме магов, а если их обожаемый правитель в ближайшее время не найдется, то они сами начнут войну с нашим несчастным Кейротоллом и покажут всем, где раки зимуют!

— А Кейротолл-то за что?! — искренне возмутилась я.

— А было бы за что — вообще бы убили!

— Очень мило.

— Знаешь, Лорри, я искренне надеюсь, что твоя внучка оправдает свое звание самой зловредной ведьмы Универа.

— Напраслину возводите на ни в чем не повинную девушку, — тут же отозвалась я.

— Ага, напраслину! А кто умудрился натереть маслом пол и тапочки в комнате Вистара Решегланского?

Я потупила глаза. Ну, было дело! Мальчики и девочки даже магию не использовали. Добавили пару капель снотворного в кувшин с водой, а потом влезли в окно и тщательно промазали весь пол губками. А не надо было Селии — это новенькая на факультете стихий — непристойные предложения делать да еще за коленки хватать! Сам напросился! Знал же, что она с Лютиком встречается! Вот и пожаловалась другу сердца! Тем более что у них все очень серьезно. Селия — девочка хорошая, даже Лютик с ней только за ручку пока гуляет. Да и я за ней присматриваю — ничего такого она себе не позволяет! Да что там! Бедная девушка просто в истерике прибежала после авансов Вистара! Вот Лютик и рассердился. А как в таком деле без Ёлочки?! Она — мозговой центр всех проделок! Составила план — и преподаватель попался!

Встал он рано поутру, тапочки надел — и поехал, и помчался он по спальне утром ранним, и отчаянно ворвался лбом в закрытое окно. Окно, конечно, вылетело. Преподаватель — тоже. Едва откачали, шрамы всем факультетам лекарей сводили, у них как раз практика началась по этой теме. И ведет он себя с тех пор очень вежливо и пристойно! Очень действенный метод воспитания оказался!

— А при чем тут Ёлочка?

— А то ты не знаешь!

— Ничего не знаю! — с самыми честными глазами соврала я.

— Ага, я поверил! Нет, Лорри, вся наша надежда только на Ёлку. Сумела она их туда затащить — сможет и вытащить! Что-нибудь придумает! Надеюсь…

Оптимизма в его голосе не наблюдалось — и я поспешила утешить директора:

— А то вы не знаете вашу же студентку! Да Ёлка в клочья разобьется, но домой вернется!

— Хорошо бы еще целой, невредимой и в прежней компании.

— И это — тоже. Я в нее верю!

Директор только закатил глаза. Я развернулась и величественно выплыла из комнаты.

Надо слетать к Канну. Пусть еще раз проверит, живали эта безмозглая девчонка! Я ей голову оторву, когда она вернется домой! Ноги вырву! Побрею налысо…

Высшие силы, смилуйтесь, помогите ей…

Глава 4

РОМАНТИКА ЛЕСНОЙ ДОРОГИ

Тёрн, казалось, был даже рад тому, что мы остались в лесу. Несколько дней прошли для нас под знаком мира и покоя. Элвар сделал пращу, чтобы не утруждать меня созданием продуктов и оружия, и довольно успешно охотился. Мы жарили на костре дичь, а я накапливала силу, чтобы просчитать наше положение в пространстве, нащупать путь домой, а там — кто знает, что будет дальше. Я старалась не заглядывать слишком далеко. Как-то это было страшновато. Элиссиана вообще увяла.

Я впервые видела такой полный распад личности. Наверное, она и правда любила этого козла Мэвиса, или как там его на самом деле. И сейчас, убедившись в предательстве близкого человека, просто затухала. Ничего не хотела, ничего не ела, сидела у костра, как мертвая, отвечала, только если к ней обращались, и двигалась по требованию — но и все. Пустота и тишина.

Надо было выводить ее из такого состояния, но…

Не хотелось! Да и не умею я. Я же не психолог. А попросить Тёрна?

Попросить его помочь той, которая его едва не убила? М-да.

Одним словом, Элиссиану оставили в покое.

А я была даже немного счастлива. В эти дни Тёрн стал ближе ко мне, проще и понятнее. Мы и раньше дружили, но жизнь в лесу разорвала все цепи условностей. Раньше между нами всегда кто-то был. Теперь мы остались вдвоем. Элиссиану я не считала даже за человека, не то что за элвара. И потом, еще тот поцелуй… Я успокаивала себя, уговаривала, но ничего не помогало. Как ни убеждай себя, что это случилось просто по дружбе, но ничего не получалось. Я знала, чем отличаются друг от друга поцелуи. Можно поцеловать, чтобы успокоить, можно поцеловать, чтобы убедиться, что мы живы, а можно и по-другому. Так, как целовались мы с Тёрном. Как… как любовники!

Это раздражало. Не давало покоя. Нервировало, как камушек в сапоге.

И Тёрн все понял. Еще бы, с его-то способностями. На пятый вечер, который мы проводили у костра, он протянул мне руку и поманил за собой.

— Ёлка, нам надо поговорить.

А то мы здесь поговорить не можем. Слушай, о чем я думаю, — и отвечай!

— Здесь — не можем. Пожалуйста…

Ладно. Если уж тебе так нужно уединение…

— Нужно. Идем?

Я послушно пошла за ним, закрывая мысли. Получалось плохо, но хоть как-то. Место для разговора элвар выбрал заранее. Это была маленькая полянка, посреди которой лежали несколько древесных стволов. Тёрн усадил меня на один из них и присел напротив.