Литературная Газета 6435 ( № 42 2013) - Литературка Литературная Газета

Сторонники «незалежностi» очерчивали народу блестящую перспективу стать «второй Францией», использовать наконец мощный научно-промышленный потенциал, освобождённый от московского партруководства, прибегали к почвоведческим аргументам, и действительно: знаменитый чернозём сослужил добрую службу украинцам. Их садово-огородные участки помогли выжить в годы тотального развала экономики страны и до сих пор выручают миллионы бывших инженеров, рабочих, учёных.

Жизнь не остановишь. Русские, русскоцентричные женились, рожали, давали образование детям, хоронили родителей, вынужденно свыкались с жёлто-голубым флагом в документах, от брачного свидетельства до свидетельства о смерти, вовлекались в новую реальность, игнорировать которую или бороться с которой обычный человек не может и не должен. Люди пытались адаптироваться, кто-то осудит их за это? Тем более что Россия самоустранилась, лишь периодически напоминая о себе гастролями Лужкова в Севастополе.

Но не стоит ругать Россию, что она двадцать лет предпринимала не те шаги, делала ставку не на те силы, следствием чего стал дрейф Украины на Запад. Российскую власть Украина не интересовала в принципе. Дело даже не в том, что нынешняя Россия не способна к последовательной системной работе при достижении какой-либо цели. Она даже не считает нужным эти цели формулировать. До недавних пор масштаб замысла ограничивался, скажем, бизнес-интересами «Газпрома». Капиталистическое государство, возводимое на руинах РСФСР, нормально сосуществовало со своим младшим партнёром – собственной вульгарной копией, местечковым украинским капитализмом. Иногда приходилось браниться с неуживчивым клоном, раздражаться его манерами, но в конце концов договаривались.

Сейчас российская власть стала робко подбирать высокие слова, рассуждая о российско-украинских отношениях, однако любая публичная полемика на этот счёт заканчивается одинаково – какой-нибудь российский чиновник твердит заученную формулу: сколько млрд. принесёт украинскому народу Таможенный союз. И страшно удивляется, что этот мотив украинцев не впечатляет. Неожиданным образом магия цифр не оказалась столь действенной в популяризации евразийских идей. Хозяйственный украинский хитрован усмотрел подвох в нагромождении прагматических аргументов, и правильно сделал. Ведь истинная, глубинная заинтересованность в Украине хоть и связана с экономикой, но всё же находится в иной плоскости.

Что же это за идеи, ценности, на основе которых Россия, вставшая, предположим, с колен и осознавшая свою историческую ответственность, могла бы мотивировать украинцев выбрать ТС вместо ЕС? В чём заключается уникальное идеологическое предложение России? Либеральные свободы, высокие жизненные стандарты? Нет, это фишка Евросоюза.

Когда Россия озаботилась наконец планами Украины стать ассоциированным членом ЕС, вспомнили о православном братстве. Поначалу, правда, пытались порешать вопросы так, без православного братства, перетирали с донецкими, разруливали с днепропетровскими, однако не срослось. Стали апеллировать к общественному мнению, последовали декларации идеологического свойства о едином христианском корне. Казалось бы, дело верное, что может быть прочнее многовекового религиозного единства? Если по-человечески договориться не удалось, так, может, они поймут, что не по-божески это – драпать в Европу с её ювенальной юстицией и гей-парадами? Православная церковь, сбросившая оковы советского тоталитаризма, казалось, использует всё своё влияние, подскажет, направит украинское руководство…

И вот этим летом на праздновании 1025-летия Крещения Руси Русская православная церковь продемон­стрировала свой политтехнологический ресурс, показала, можно ли рассчитывать на её системообразующую роль. В кулуарах торжеств состоялось не замеченное российскими СМИ событие. Предстоятель Украинской православной церкви Московского патриархата, митрополит Владимир неожиданно для экспертов, наблюдателей и паствы в буквальном смысле поцеловался с преданным анафеме Филаретом (Денисенко), считавшимся у нас вроде бы раскольником, фигурой для патриарха Кирилла как бы нерукопожатной. А 30 сентября эта история получила своё продолжение. Митрополит Владимир поставил свою подпись под воззванием глав десяти украинских церквей (от пятидесятнической до еврейской) в поддержку евроинтеграции Украины. Там же – подпись раскольника Филарета (Денисенко), руководителя Украинской православной церкви Киевского патриархата. Это не просто документ о том, насколько важен для Украины европейский выбор, это политический вызов: «Надеемся, что русский народ и государство будут признавать и уважать право Украины как независимого государства выбирать свой путь в будущее – так же, как Украина признаёт и уважает независимость и суверенитет Российской Федерации».

А ещё это предвестник настоящего раскола. Вполне вероятно, процесс, начатый Филаретом в 1991 году и не имевший пока для РПЦ катастрофических последствий, может продолжиться. А ведь Украина – это почти половина всей Русской православной церкви, и по количеству прихожан, и по количеству храмов…

Кроме Церкви есть ещё у нас единая система хозяйствования, созданная во времена СССР. Казалось бы, украинец должен чувствовать на собственной шкуре негативные последствия развала советской системы. Харьков, Днепропетровск, Киев – научные и производственные центры со славными достижениями, великими учёными, гениальными прорывами инженерной, технической мысли. Атомная промышленность, космос, машиностроение, Т-34, Ан-225, Р-36М – это всё для многих украинцев не пустой звук, неужели они откажутся от собственной весомой роли в глобальном прогрессе человечества?..

Конечно, откажутся. Не сразу, но ещё лет десять – и откажутся окончательно. Двадцати хватило, чтобы реальные жители Советской Украины забыли собственные ощущения, вымерли или выродились. За двадцать лет выросло новое поколение украинцев, получивших антисоветское образование. Им не объяснишь на пальцах, что эпоха УССР была золотым веком их родины. Для них тезис о едином технологическом цикле, производственной цепочке – это нечто ассоциирующееся с тоталитаризмом и сталинщиной.

Россия четверть века отдала десталинизации, весь её идеологический аппарат работал на дискредитацию советских ценностей. Россия экспортировала на Украину попсу, шансон и бандитские сериалы, формируя соответствующий образ страны блатняка и пошлости. А импортировала уже украинские телесериалы, кормила тем самым и продолжает кормить напрямую и опосредованно киевскую творческую интеллигенцию, настроенную в основном не только антисоветски, но и русофобски. Б[?]льшая часть телевизионных сериалов, распространяющих ненависть к общему советскому прошлому, сделаны на Украине или при её участии на российские деньги. Украинские олигархи богатели на перепродаже российского газа, экспорте в Россию труб, шоколадок «Рошэн» и автобусов «Богдан», и когда в воспитательных целях этот источник обогащения прикрывают, следовало бы прекратить и финансирование украинских кинопроектов. Однако это лишь малая часть необходимых мер по отрезвлению украинцев.

Нужно понимать, что годы независимости были потрачены восточноукраинской элитой на приватизацию общенародной собственности, воровство и обогащение, а западноукраинской – на системную работу по созданию прочной идеологической базы независимости. Западенцы, кажется, не особенно расстраивались, отдавая правительственные должности экономического блока своим оппонентам с Востока, зато мёртвой хваткой держались за посты министров культуры и образования. Они последовательно и системно формировали электорат будущего, для которого Запад станет ценностным ориентиром, и в этом вопросе преуспели – тонкая и сложная работа, между прочим. Необходимо было написать новую историю, создать практически на пустом месте субъект культуры, галерею исторических личностей. Многое получилось. Поговорите с каким-нибудь отличником, выпускником харьковской или донецкой школы (во Львов лучше не соваться), и вы узнаете массу интересного.

Не будем брать комические случаи, когда Гоголь представляется украинским писателем, а Мазепа борцом за независимость Украины. Это, как говорится, времена далёкие. Переформатирование сознания в основном базировалось на представлениях о ХХ веке. Бандера с Шухевичем не занимают в этом процессе главной роли, так как фигуры эти слишком уязвимы к критике. Важнейшим элементом идеологии украинства стало определение «Расстрелянное Возрождение». Речь идёт о деятелях литературы и искусства 20–30-х годов ХХ века. Репрессированные и нерепрессированные литераторы, художники, режиссёры, бывшие в своё время пламенными большевиками, сторонниками Октябрьской революции, жившие и умиравшие с коммунистическими лозунгами на устах, представлены современными украинскими идеологами в новом свете – сторонниками евроинтеграции и яростными борцами с Российской империей.