Литературная Газета 6435 ( № 42 2013) - Литературка Литературная Газета

Международный театральный фестиваль имени Александра Вампилова достоин того, чтобы иметь в программе серьёзную творческую лабораторию. Она могла бы осуществлять работу в двух направлениях: с одной стороны, исследование подходов молодой режиссуры к интерпретации пьес А. Вампилова. Что сегодня молодые видят в «Прощании в июне»? Что нового найдут в «Утиной охоте», «Старшем сыне»? И вместе с ними обсуждать их подходы и методы. С другой стороны – эскизные постановки новых пьес как начинающими режиссёрами, так и мастерами сцены. А «поставщиком» драматургического материала должны быть не портфели других творческих лабораторий, а пьесы, созданные в рамках собственного конкурса пьес имени А. Вампилова.

Елена Стрельцова, критик, кандидат искусствоведения, автор книги об Александре Вампилове.

– Елена, если бы фестиваль был конкурсным, то какой спектакль был бы вами назван лучшим на этот раз?

– Пожалуй, это «Гамлет» – спектакль по раннему не рассказу даже, а фельетону Антона Чехова «В Москве», поставлен с привлечением всего мира Чехова. Эту постановку привезли нам с Камчатки режиссёр Валентин Зверовщиков и актёр Валерий Новиков. Герой спектакля очень талантливый человек, который боится предстать пред Всевышним во всей своей лжи, невежестве, лицемерии, во всех грехах, которые налипли на него в этой жизни. Спектакль-исповедь. Накал таков, что я вижу, что этот человек – этот актёр имеет право на такую исповедь. Плюс безупречная звуковая партитура, удивительно деликатная световая. Режиссёрский ход, наращивающий смыслы в процессе спектакля. Всё начинается со звука воды, капающей воды, заканчивается символом очищения – омовением героя после уже высказанного и прожитого. Замирает рассказчик на кровати, высвечивается декорация – картина, где лёгкие парашютики одуванчиков устремляются в небо, звучит звонкий смех ребёнка. Жизнь не заканчивается смертью.

Наталья КИРСТА, ИРКУТСК – МОСКВА

Теги: драматургия , театр , пьеса

Сталинградская пицца,

Фёдор Бондарчук на презентации

Мы не делаем идеологическую, дидактическую картину, а просто делаем кино, которое заставит переживать и плакать.

Александр РОДНЯНСКИЙ

Фильм Фёдора Бондарчука "Сталинград" вполне заслуживает разговора в политической колонке.

Дмитрий БЫКОВ

Фильм Александра Роднянского - а именно его фамилия после заставки Columbia pictures первой появляется на экране – собрал рекордную кассу и вызвал рекордную, в основном отрицательную прессу. Одним из первых (и, кажется, последних) похвалил фильм Дмитрий Быков, и то концептуально: за создание нового мифа о войне, в котором «уже не важна наша историческая либо идеологическая правота», то есть к фашистам и тем, кто их победил, надо относиться, как к троянцам и ахейцам: «Ахилл и старик Приам вместе рыдают, оплакивая Гектора, Патрокла». При этом писатель уготовил нам роль побеждённых троянцев. О троянских конях и языческих вирусах и будет идти речь.

Итак, ругали фильм все: от Юрия Богомолова до Эдуарда Лимонова, наиболее подробно и едко – Дмитрий Пучков (Гоблин). За художественную несостоятельность в первую очередь. Но не только.

Народный артист СССР Сергей Бондарчук в фильме "Судьба человека"

В Рунете начался сбор подписей под письмом министру культуры с требованием: «привлечь к ответственности лиц, принимавших решение о финансировании картины «Сталинград», и рассмотреть вопрос об их пожизненном исключении из комиссий и советов, решающих вопрос о выделении государственных средств на фильмы; запретить прокат фильма в РФ и за рубежом; отменить заявку фильма на кинопремию «Оскар». Не исключено, что это хитро продуманный пиар-ход продюсеров картины, дабы «канализировать протест» и выставить критиков фильма кондовыми ретроградами – текст письма даёт к этому поводы. Требование отменить заявку на «Оскара» странное – никто её не заберёт, а международный скандал только повысит шансы «Сталинграда» на попадание в число номинантов.

Тем не менее битва, развернувшаяся вокруг фильма, может стать действительно сталинградской, поворотной в войне за войну, которая уже четверть века ведётся на идеологических фронтах России.

Как изображали и изображают участников войны в Голливуде? В фильмах от «Спасти рядового Райана» до «Бесславных ублюдков» американцы – самоотверженные, отчаянные герои-победители, немцы – звери и садисты, русских нет. В «Списке Шиндлера» есть – освободившие концлагерь воины Красной армии предстают угрюмыми варварами, эдакими конниками Чингисхана, на которых с ужасом взирают спасённые евреи.

А как в Германии? В знаковом сериале «Наши матери и отцы» русские добивают раненых и насилуют медсестёр. Немцы – трагические герои, обманутые нацистской пропагандой и достойные сострадания, а американцы? На них вся надежда, они – спасители.

К перекодировке сознания нашего народа, затеянной на Западе, с энтузиазмом подключились и отечественные кинематографисты. В фильме «4 дня в мае» немцы тоже хотят, чтобы их пленили-спасли американцы, а русские – насильники и убийцы, стреляющие по тем из своих, кто мешает насиловать и убивать. В «Цитадели» ещё круче: с добавлением главнокомандующего-вурдалака, его кровавых сатрапов-генералов, спьяну гонящих красноармейцев на верную смерть, и немцев-служак, которые «солдаты, а не палачи». В пивоваровском «Ржеве» благообразные, подтянутые (не в пример нашим) ветераны вермахта заявляют в праведном недоумении: «С нами неправильно воевали, нас забросали трупами»[?]

И вот докатились до Волги.

Александр Роднянский – выдающийся продюсер, за его плечами множество успешных проектов и на Украине, и в России, и в кино, и на телевидении. Он хочет выйти на европейские рынки проката и прорваться в Голливуд. Но искусство требует жертв, а Голливуд – жертвоприношений.

Продюсер выбрал Фёдора Бондарчука на роль режиссёра «Сталинграда», думаю, по той же причине, по которой Ельцин когда-то выбрал Гайдара. За амбициозность и фамилию. Оскароносца Сергея Фёдоровича помнят в Голливуде и любят у нас. Красная армия, в которой служил отец-фронтовик, Сталинград не сдала, сдал сын. В прямом смысле – в его фильме правый берег Волги, на котором расположен город, захвачен немцами. Но сдал и в «кривом» смысле.

Русские в «Сталинграде» – неумные, дикие, жестокие. Убивают своих. Бессмысленно и беспощадно. Отвратительный пример – совершенно немотивированный расстрел морячка. Исторической правды, прав Быков, в фильме нет. Есть мифы.

В них русские к тому же до обидного инфантильны. Да, отважны, но что они делают в «доме Громова»? Для чего собрались? Чтобы устроить вечеринку на день рождения Кати? Для этого пылающие бойцы форсировали Волгу и врывались в город в формате IMAX 3D?

Вспоминается снятая без всяких 3D действительно потрясающая сцена рукопашного боя из сериала «Жизнь и судьба» (аналогичная из «Сталинграда» не выдерживает сравнения), в ней удалось передать последнюю степень самоотвержения и остервенения, объясняющую, почему наши всё-таки остановили немцев в Сталинграде и победили. И понятно стало, почему фронтовики не любят рассказывать о войне, военном озверении и почему в храм долгое время после войны им нельзя было войти. Но они сражались за Родину. За свою землю, жён, детей, матерей, а не за одну только субтильную Катю, в которую почему-то втюрились все разведчики. Да так, что с риском для жизни тащат для неё чугунную ванну, чтобы она наконец помылась, угощают «тортом» со сгущёнкой, а немой головорез-разведчик, переодевшись во фрак, вдруг поёт для неё тенором. Не хватило только пленного итальянца, который приготовил бы новорождённой лазанью. Потом Катя с Тютей (его играет сын режиссёра) целомудренно наслаждаются видом горящего Сталинграда. O, diese Russen!

Гламурная мелодрама на крови. Продюсер хотел нас заставить плакать?

Талантливейший Пётр Фёдоров в роли капитана Громова героически оправдывает обстоятельства, предложенные сценаристами Ильёй Тилькиным и Сергеем Снежкиным. В схватке двух капитанов наш постоянно проигрывает немцу – в первом раунде на кулаках – и не выполняет приказ, не предотвращает подрыва складов горючего, сорвавшего наступление наших! И не испытывает по этому поводу никаких угрызений совести! Во втором – на пистолетах (вестерн, ети его!), и «в финале – на радость Дмитрию Быкову – палящие друг в друга немец и русский застывают в смертельном объятии».

Умирая, наш приказывает вызвать огонь на себя. Попутно всплывает обидный второй план: русские могут победить врага, только уничтожив вместе с ним и себя. Напомним, реальный «Дом Павлова» выстоял и сержант Павлов со своими бойцами уцелел.