Проклятая гора - Виталий Михайлович Егоров

Владлен молча стоял и ждал каких-либо признаков того, что гора вняла его просьбам, он искал эти признаки и, если их и не было, он бы все равно их придумал, чтобы немного успокоить себя, унять ту злость, с которой он ругал себя уже пятый год.

Радостный крик оперативников, забивших первый гол, вывел Владлена из раздумий.

Шашлыки получились на славу! Вдоволь отдохнувшие и сбросившие с себя груз негатива, накопившегося за долгую зиму, оперативники, тщательно убрав место отдыха, покинули Чочур-Муран.

Через несколько дней на стол Владлена легло агентурное донесение, полученное одним из сыщиков от своего источника оперативной информации. В донесении сообщалось о том, что Сазонов и его подручные, всего пять человек, в одном из спортивных залов города избили палками известного спортсмена Алексея Гаврилова, причинив ему серьезные повреждения головы, в результате которых он перестал слышать на одно ухо. Указывалось также, что Гаврилов в милицию не заявлял, лечится у знакомых врачей.

Это был шанс! Если убедить Гаврилова подать заявление об избиении с тяжкими последствиями, то появится возможность заключить Сазонова под стражу и проверить его на причастность к убийству Алексеева и Попова. Упускать такой шанс было нельзя.

Димов нашел Гаврилова на даче. Сильный человек, в свое время не оставлявший никаких надежд своим соперникам на ринге, теперь он шел ему навстречу, прихрамывая, осторожно передвигая ногами. Владлен знал его давно, еще с тех пор, когда тот был на пике своей спортивной карьеры, поэтому они поздоровались и обнялись как старые приятели.

– Алексей, сколько лет, сколько зим! – приветствовал он Гаврилова. – Я к тебе по делу. Можем где-то посидеть, поговорить?

– Конечно, пройдем в дом, посидим за чашкой чая. – И Алексей направился к дому, держась за руку Димова.

Он налил чаю и пододвинул чашку Владлену, очевидно, догадываясь о цели визита знакомого оперативника.

– Думаю, что речь пойдет о моем избиении. Правильно?

– Да, Алексей, ты правильно думаешь. Мы случайно узнали об этой истории, поэтому я здесь и нахожусь.

– Я в милицию не заявлял, хотел сам разобраться с каждым по отдельности, – проговорил он, тяжело вспоминая неприятные моменты: глаза его зло заблестели. – Они, как шакалы, впятером с палками на одного. Били долго, минут сорок, не хотели убивать, а спецом искалечить только. Поэтому наносили удары не смертельные, знали, что делали. Теперь я перестал слышать на одно ухо, да и голова постоянно болит… Как оклемаюсь, разберусь со всеми. А почему милиция заинтересовалась моим делом, тем более убойный отдел? Что, своей работы мало стало?

– Алексей, работы по горло, – ответил Владлен, – но я пришел к тебе как к другу, чтобы ты помог мне в одном деле.

– И в каком же деле я могу тебе помочь? – удивился Алексей.

– Моя самая большая головная боль – это убийство Алексеева и Попова. Уже пять лет прошло, но не могу успокоиться.

– Знал я Серафима, хороший, порядочный был парень. – Алексей, вспоминая былые времена, смотрел в окно. – До него я тоже какое-то время работал директором рынка, всего полгода, а потом ушел, невозможно было там работать.

– Постой, а я и не знал, что ты был директором, – удивился Владлен. – А когда это было?

– Года за два до тех событий, после меня еще несколько директоров сменилось, а потом назначили Серафима…

– Вот дела! – сокрушенно вздохнул Владлен. – С двумя предыдущими директорами поговорили, а до тебя не дошли. Тогда сразу вопрос: Сазонова откуда знаешь?

– А кто его не знает? Он тогда возле рынка ошивался, подходил ко мне, предлагал всевозможные схемы, пытался угрожать. Однажды я его «уронил» прямо в коридоре, после этого он от меня отстал, но обиду не забыл. Вот со своими подручными и побил.

– Так причина была в этом?

– Да, в этом. Когда избивали, Сазонов схватил меня за волосы и цедил сквозь зубы, что я пойду вслед за Серафимом. Короче, намекал, что убийство Алексеева и Попова его рук дело.

– Что, прямо так и говорил?! – Владлен был поражен рассказом Алексея. – Он же почти в открытую тебе признался! С чего бы это?

– Да он же почувствовал свою полную безнаказанность. – Алексей с досадой махнул рукой. – Его крышуют тут многие, с УБОПа, прокуратуры, вот он и пошел на беспредел. Да и «черным» его признали – ты об этом слышал? Теперь он блатной, а вроде в милиции служил. Ничего не понимаю, куда катится мир!

– Знаю эту историю. – Владлен понял, что разговор приобретает интересное направление. – Случай уникальный, как милиционер перекрасил свою масть. Алексей, оказывается, я пришел к тебе не зря. Мы давно подозреваем Сазонова в убийстве Алексеева и Попова, но пока никаких зацепок нет. В связи с твоим делом появляется возможность арестовать его, уж тогда мы попытаемся его припереть к стенке. От тебя требуется только заявление, остальное дело наше…

– Не хотелось бы: милиция, допросы, суды… Не люблю я это. Сам разобрался бы по одному со всеми.

– Алексей, просто так разобраться не получится, они сейчас сильны как никогда, будут трупы с твоей или с их стороны. Хочешь лечь в могилу или сесть в тюрьму из-за этих ублюдков? Прошу ради убитых парней – напиши заявление.

Гаврилов встал и, прихрамывая, прошелся взад-вперед по дому, думая, как ему поступить в данной ситуации. С одной стороны, соблазн наказать обидчиков своими руками был велик, но с другой – слова опытного оперативника заставляли усомниться в правильности этой затеи. «Действительно, зачем рисковать из-за каких-то уродов? Пусть этим занимается милиция, тем более они заинтересованы и возьмутся за них крепко. Оперативник надавил на сознательность – просит написать заявление ради убитых парней. Как тут ему откажешь?» – размышлял он. И наконец решился.

– Хорошо, я напишу заявление. Куда принести?

– Напиши прямо сейчас, я с собой возьму. – Владлен еле сдержался, чтобы не броситься на Алексея с объятиями, ведь ради этого он и пришел. – Я сам зарегистрирую и дам ход твоему заявлению!

Когда Алексей написал заявление по факту избиения и передал его Димову, тот бережно положил документ в папку, попрощался и с легкой душой покинул дачу.

По пути Владлен заскочил в городской отдел, зарегистрировал заявление Гаврилова, и колесо следствия потихоньку закрутилось. Стали таскать свидетелей, осматривать место происшествия, следователь назначил судебно-медицинскую экспертизу для установления тяжести полученных Гавриловым телесных повреждений. Конечно, все эти движения не остались незамеченными для Сазонова и его бригады. Будучи пока на свободе, Сазонов попытался застопорить дело на ранней стадии, подключив свои влиятельные связи и подговорив ряд свидетелей. Но Владлен и ребята были