Игрок поневоле - Терентий Гравин

Стою минуту — никто не движется. Стою вторую минуту — Скелеты явно удивлённо на меня продолжают пялиться. И только на третьей с их стороны доносится спокойный голос:

— Собрат, а с кем ты собрался сражаться?

Опять я не в теме? Или не обо всём выспросил. Наверное… Поэтому мысленно переводя дух, начинаю выпытывать:

— Кто это такой огромный завис на стене над воротами?

— Краб Сильфид, главный жандарм нашего сектора.

Ну да, сходство с крабом налицо, так сказать. Под цвет крепостной стены — огромная туша, пять метров в диаметре. Свисающая вниз пасть со жвалами розового цвета. Лапы коричнево-красные, каждая такая — как три меня, поставленных друг другу на плечи. И вот это чудовище как бы нависает над тоннелем, готовое броситься вниз по первой же команде неизвестного мага, губернатора, офицера или ещё какой важной морковки из местной власти. А судя по его профессии, то жандарм может и сам выбирать, кого миловать, а кого не пущать.

Я чисто машинально прикинул, что если разогнаться и подпрыгнуть, то как раз Мечом можно достать до нависающей пасти. Но в любом случае, сражаться с таким монстром — никакому врагу не пожелаю!

И я не удержался от признания:

— Слишком он у вас страшный…

— Да ты не бойся его, так он добрый и справедливый, зря никого не обидит. И когда к нему привыкают, то вверх даже никто не посмотрит, словно и нет там никого. Тебя он тоже не тронет, ведь ты закон в городе не нарушил.

Честно сказать — и не нарушу теперь! Чего бы мне это ни стоило.

Так и не пряча меч, прошёл обратно. В тоннеле всё раздумывал: «А не плюнуть ли мне на глупый шопинг? Ведь можем обойтись без этого, можем!»

Но тут мне уже почти в спину последовало заявление от Скелета-толстяка:

— Странный ты какой-то, собрат. Вроде и отличие наше имеешь, но явный чужак наших земель, чужестранец. А вот Щит у тебя легендарный, самому богу Тарису принадлежал. Такой роскоши ни у кого из наших горожан нет. Даже у губернатора и главного мага.

Опаньки! Пошла демагогия, которая в устах искусственно созданного умертвия звучит ну совершенно дико и неуместно. Они ещё и рассуждают? Неужели ВИИн (Высший Искусственный Интеллект) в самом деле вставил полные копии разума в эти пустые, казалось бы, черепушки?

Странный монолог тем временем не прекращался:

— И меч у тебя — более чем странный. Вроде бы наше штатное вооружение, но уж слишком оно непонятное, таинственное. Про повреждения на обоих лезвиях я и спрашивать боюсь, да ты вправе и не ответить. Благословение богов на тебя наложено, и не одно, что не даёт тебя и рассмотреть толком. Видим, что имеешь право носить Облачный плащ, но не носишь. Желательно в город въехать именно в нём, это даст тебе заметное преимущество в торговле, добавит симпатии от горожан и повысит доверие к тебе приказчиков.

Вот тут я и решился на вопрос:

— А не подскажете, что надо сделать, чтобы ник над головой появлялся при желании, а то и уровень на табличке высвечивался?

— Ты разве наши имена не видишь вместе с уровнями? Мы ведь на службе! — в свою очередь, удивился стражник. И я насторожился:

— Да что-то там мелькает, рябит неразборчиво… Да и читать я не умею…

— Экий ты, чужестранец, не от мира сего! Неужели непонятно, что у тебя сбои пошли, и крипты не работают? Теперь тебе надо к знающему магу обращаться, чтобы он тебе и зрение подправил, и всё остальное настроил.

— Спасибо, обязательно запишусь на приём к магу на самое ближайшее время! — и словно только сейчас заметив, что у ворот один, оглянулся на свой караван и поднял вверх высвобожденную из ремней Щита левую руку. — Ну и что они там застряли? Быстрей, шевелитесь! — Пока караван тронулся, я решил уже и до конца наглеть, одолевая вопросами словоохотливую стражу:

— А вот где лучше всего остановиться в Ихрезе на ночёвку? Чтобы и кормили хорошо, и спалось спокойно, и бессмертные приказчики при этом не обсчитали?

Скелет-толстяк словно задумался. А может, просто получал нужную информацию от ВИИна. Зато дал полный ответ до приближения нашего каравана:

— Сейчас пищу могут готовить лишь в двух, самых огромных городских трактирах. И ближний — это прямо, по главной улице, и сворачиваете вправо на четвёртую. В самый конец улицы, и там — «Буже Вайс», вывеска, а рядом с ней — макет свиного окорока. Не промахнётесь!

— Спасибо! Ну и последний вопрос: что это у вас за великаны вон в том большом лесу обитают?

— А что, напугали?

— Нет, но из чащи на нас посматривали как-то совсем неприятно.

— Странно, что они на вас вообще не напали, потому что путешественников, едущих без подорожной нашего бургомистра, они всех задирают…

Экий у них тут неуважительный к путникам закон! По принципу выживает сильнейший? Или простой естественный отбор? Или чтобы чужаки дрова без спросу не рубили? Но в любом случае — это неправильно. И, словно следуя моим выводам и мысленному возмущению, стражник продолжил:

— …Но, по сути, великаны в ночное время совершенно безобидны и крепко спят. Вот иные странники этим и пользуются, спокойно проезжая лес ночью. Хотя и тогда толстяков можно легко разбудить сильным свистом. Они тогда приходят в бешенство и могут гнаться за насвистывающими шутниками многие и многие километры даже вне леса.

Ничего себе у них тут забавы и шутки! Трудно представить, какие тогда здесь казни и прочие пыточные ужасы творятся над явно провинившимися. А как здесь игрокам планировалось существовать и выживать? Лучше не задумываться…

Тут и караван со мной поравнялся, следовало вести его дальше, как можно быстрей вводя товарищей в курс правил пребывания в этом красивом, но несколько чересчур строгом городе.

— Счастливо оставаться! — уже вскочив на Гнедого и пристраиваясь к середине нашей кавалькады лошадей, пожелал я. Мне в спину донеслось:

— Добро пожаловать в Ихрез, чужестранцы!

Глава 8

Жадность до добра не доводит

Проехав тоннель, я сразу предупредил товарищей:

— Пока старайтесь не оглядываться! А то там висит на стене один жандарм весьма экзотического вида.

— Это ты против него вначале драться приготовился? — первым спросил Сандер.

— Каюсь, против него. Уж слишком он в агрессивной позе застыл, словно вот-вот бросится… — и лишь после второго перекрёстка разрешил: — Теперь можно.

Издалека краб показался уже не таким страшным, и когда я поведал о его обязанностях вылавливать всех нарушителей порядка, сияда пренебрежительно фыркнула:

— Без сомнения, хорошо организованный отряд легко вырвется из города. Например, я нанесу парализующий удар по жандарму, который остановит его на десять секунд, а ты, Максим-Адриано, разрубишь ему голову своим мечом. Вот и все дела.