Сердце вне игры - Хелен Бьянчин

— Может, как-нибудь в другой раз?

Хавьер лег поверх нее и накрыл ее губы своими. Его руки скользнули под ее топ и накрыли холмики грудей, затем большие пальцы принялись ласкать соски, пока они не затвердели.

— Ты нечестно играешь, — простонала Роми, когда его губы коснулись чувствительной впадинки у основания ее шеи.

— Прикажи мне остановиться.

Для этого было уже слишком поздно, и Хавьер, задрав ей топ, накрыл губами один ее сосок и стал нежно покусывать. Она вскрикнула от наслаждения, ее дыхание стало прерывистым. Затем он просунул руку под пояс ее пижамных шортиков и нашел чувствительную точку.

Это было выше ее сил, и она стащила с себя пижаму. Хавьер вошел в нее стремительным рывком и задвигался, постепенно набирая скорость. Издав восторженный стон, она подхватила его ритм, и мгновение спустя они воспарили ввысь, а потом, достигнув вершины экстаза, совершили свободное падение.

«Единственная хорошая вещь в нашем браке», — подумала Роми, засыпая в объятиях Хавьера. В ночной темноте она почти поверила в то, что прошлое и настоящее переплелись воедино, хотя и знала — они существуют отдельно друг от друга.

Это почти дало ей надежду на будущее.

Почти.

При свете дня, когда она вернется к реальности, ее восприятие изменится.

Глава 8

Наступил прекрасный вечер раннего лета. По мере того как сгущались сумерки, небо бледнело. Уличные фонари зажигались, пока Хавьер вел свой «мерседес» по широким улицам, вдоль которых росли деревья. Они с Роми ехали в роскошный отель, где должен был состояться благотворительный прием.

«Все пройдет хорошо, — убеждала себя девушка, пытаясь успокоиться. — В прошлом ты несколько раз сопровождала Хавьера на подобные мероприятия. Там непременно будут люди, с которыми ты уже встречалась».

Платье от Колетт Динниган подчеркивало ее стройную фигуру. В нем сочетались разнообразные оттенки синего, изумительно гармонировавшие с ее светлыми волосами, собранными в сложный узел. Босоножки на высоком каблуке добавляли Роми несколько дюймов роста. Макияж был неброским и естественным. Бриллиантовые серьги и подвеска довершали образ жены миллиардера.

Ей целых пять часов придется улыбаться, вести светскую беседу, пить дорогое вино и пробовать кулинарные шедевры.

Выдержит ли она?

— У тебя нет причин для волнения, — сказал Хавьер, и Роми криво усмехнулась.

— Тебе легко говорить.

— Мы делали это и раньше, если помнишь.

— Ключевое слово здесь «раньше».

Три года назад она была безумно в него влюблена и ей все казалось по плечу. Теперь обстоятельства изменились.

— Расслабься.

«Как будто это возможно».

Роми бросила на него красноречивый взгляд, после чего уставилась в окно. Вскоре они свернули на подъездную аллею, ведущую к отелю. Когда они припарковались рядом с другими автомобилями, служащий в униформе открыл пассажирскую дверцу и помог Роми выбраться из машины. Она едва заметила, как Хавьер присоединился к ней, и служащий сел за руль, чтобы поставить автомобиль в подземный гараж. Ее ослепили вспышки камер, и она изобразила на лице улыбку.

Хавьер де Васкес интересовал прессу не только благодаря своему положению в мире большого бизнеса, но и своей щедрости по отношению к благотворительным организациям.

Присутствие рядом с ним Роми породит волну слухов и домыслов, не говоря уже о наличии у них обоих обручальных колец. Бесспорно, все это свяжут с делом Андре Пикарда, и выводы будут однозначны.

И что с того? Разве она может повернуть назад и убежать?

Она станет улыбаться до тех пор, пока у нее не заболят лицевые мышцы, непринужденно болтать с другими гостями, словно у нее все в порядке.

Догадывается ли Хавьер, как ей тяжело притворяться?

Мероприятие проходило в бальном зале отеля, и многочисленные гости уже собрались в примыкающей к нему просторной гостиной. Между ними сновали официанты с подносами.

Мужчины разных возрастов были в темных костюмах, накрахмаленных белых рубашках и бабочках Их сопровождали женщины в платьях от кутюр, с безупречными прическами и макияжем. Стоимость их драгоценностей равнялась годовому бюджету отдельно взятой страны третьего мира. Разумеется, целью их прихода сюда было похвастаться друг перед другом новыми нарядами и украшениями, посплетничать и проследить за тем, чтобы их мужья не флиртовали с другими женщинами.

«За некоторыми из этих дам тоже нужен глаз да глаз», — подумала Роми, наблюдая за тем, как одна женщина средних лет кокетничает с молодым человеком, годящимся ей в сыновья.

Появление Хавьера, разумеется, не осталось незамеченным. К нему уже подошла ослепительная красотка. Сейчас она, наверное, спрашивает у него: «Разве это не твоя бывшая любовница? Роми, кажется? Ее фамилия вертится у меня на языке».

«Успокойся, — приказала себе Роми. — Продолжай притворяться».

— Хавьер, — промурлыкала красотка, — дорогой, познакомь меня со своей… э-э… спутницей.

Пауза, безусловно, была сделана нарочно, и губы Роми изогнулись в дразнящей улыбке.

— Маделейн, — вежливо произнес Хавьер, — это моя жена Роми. — Он взял руку Роми и поднес к своим губам. — Querida, это Маделейн Форбс-Смит.

— Жена?

Удивительно, сколько разных эмоций может вызвать одно-единственное слово. Удивление, потрясение, возмущение. Раззадоренная этим, Роми придала своему лицу восторженное выражение.

— Да, — подтвердила она.

— Я понятия не имела. — Женщина попыталась изобразить на лице радость. — Должно быть, вы поженились совсем недавно?

— Неделю назад, — протянул Хавьер, томно улыбаясь.

— Примите мои поздравления. Я очень рада за вас обоих.

Улыбка Маделейн была такой же фальшивой, как ее красивые длинные ногти.

— Как мило с вашей стороны, — вежливо сказала Роми. — Спасибо. — Наклонив голову, она ослепительно улыбнулась Хавьеру: — Дорогой, ты не мог бы принести мне шампанского?

Хавьер сделал знак одному из официантов, и мгновение спустя у нее в руке уже был бокал с холодным игристым напитком.

— Не хочешь попробовать, дорогой? — Она подняла бокал.

Встретившись с ней взглядом, Хавьер сомкнул свои пальцы вокруг ее и поднес бокал к губам, сделал глоток, затем опустил руку.

— Ты мне еще дашь что-нибудь попробовать?

— Возможно. — Ее глаза вызывающе сверкнули. — Если нам подадут разные блюда.

Приблизившись к ней, он спокойно сказал:

— Не забывай, что мне нужно будет отвезти тебя домой.

Она обольстительно улыбнулась: