Барон Легран Гепард - Георгий Левин

Воинов решил искать среди разбойников. По одной простой причине о ней упоминал раньше. Наёмники разбойничали охотно. Поэтому среди разбойников их хватало. Многие хорошие воины были своенравны, имели независимый характер. Служить кому-то им не очень нравилось. Причина понятна. Наниматели были не ангелами. Служить им было трудно, приходилось унижаться и терпеть многое. Это могли не все. Вот и шли в разбойники. Там было вольготней. В моём майорате были лесные угодья и там эти разбойники обосновались. Тот, кто купил право управления моим майоратом, занимался в основном сбором платы за аренду земли, реки с поселян. До разбойников в лесу ему дела не было. В других лесах их гоняли, а в моём лесу они чувствовали себя вольготно. Вот и жили там в своё удовольствие. Грабили в основном на стороне, в других лесах и поселениях. А у нас была тишина и покой. Народ знал, что в лес лучше не соваться и соблюдал этот негласный договор свято. Это всё я узнал. Но моё подозрение вызвало то, что древесный уголь и дерево в поселении были. Недостатка с этим не испытывали. Это говорило о том, что лесорубы и углежоги с разбойниками как-то договаривались и те их не трогали. Проследив за этими работниками леса, я нашёл поселение разбойников.

Да поселение! Вы не ослышались. На большой поляне у озера стояли три с половиной десятка изб. Там жили разбойники. По моим прикидкам около 120–130 человек. Мужчины, женщины, дети. Мужчины были разные. В основном это были крестьяне, но среди них я заметил более двух десятков крепких мужчин и парней с мечами и луками. Ещё я узнал, что ещё одно гораздо большее крупное поселение находится за озером среди болот. Для моего плана было достаточно и этого поселения. До второго добраться решил позже. А пока претворил в жизнь простой план…

Утром из поселения у "замка" выехала телега. Запряжённая в неё лошадь могла вызвать интерес только у очень голодного волка. Да и то это только предположение. На мой взгляд, такого сдвинутого по фазе волка в этом мире не могло существовать. Телега была не пустой. На ней лежали семь бурдюков вина и бурдюк ила. Больше эта лошадь не потянула б. Околела б на месте. Правил этой доходягой круглый поселянин в грубой свитке. Он был мягкосердечен, ибо шёл рядом с телегой пешком, не садясь на неё и не перегружая бедное животное. Но был и безумен, так как у реки направил лошадь на мост, за которым дорога ныряла в лес. Даже если бы у моста стояла толпа народа, то и тогда вряд ли кто-нибудь предостерёг этого человека ехать через лес.

Во-первых, предостеречь его это лишить разбойников добычи. Такое они не простят. Во-вторых, отнял Бог разум? Зачем идти против Бога? Едет человек в лес? Значит так назначено ему Богом!

Но толпы у моста не было. Не было там и ни одного человека, вознице никто не мешал идти рядом с телегой в лес. Он и шёл…

Вскоре телега скрылась в лесу, густые кроны деревьев и заросли кустарника поглотили её, скрыли от любого наблюдателя дальнейшие события. Скрыли от наблюдателя, но не от участников этих событий. Телега и бурдюки были декорацией. Вот и получается, что участников было двое. Лошадь и поселянин. Лошадь в расчёт можно не брать. Животное даром человеческой речи не обладает. Да и его понятиями тоже. Остаётся поселянин. Как уже догадались, это был я.

Почему кругленький? Очень просто. Панцирь одевать не стал. Здраво рассудив, что одинокого поселянина стрелять из лука или рубить мечом не будет. А вот то, что ответят на приветствие, был уверен на 100 %. Не важно, кому на пути попадётся одинокий поселянин. Вельможному господину с челядью, воинам-наёмникам или разбойникам это роли не играет, ибо как бы он низко не кланялся всем перечисленным господам, приветствуя их, они ему обязательно ответят на приветствие. Тумаками и пинками. Это вместо "здравствуй". Так было заведено и не только здесь. Наблюдал такое не раз. Поселяне с этим боролись просто. Они носили кафтаны или жилеты из толстой воловьей шкуры, как и воины. Было только одно различие. Кафтан воина шнуровался сзади, сверху кожи спереди были нашиты металлические пластины, а кафтан поселянина шнуровался спереди и на спине он был с подстёжкой. По ней всегда и били в основном палками да плётками.

Зная это приветствие, я одел под свитку свою подстёжку. По ней могли бить долго, до потери пульса. Всё равно я бы ничего не почувствовал. Оружия не брал. Один против всех? Это не кино. Вот и объяснил, почему был почти колобком. В общем, от бабушки и от дедушки может быть я бы и ушёл, а от разбойников точно нет. Да и не стремился.

День был пасмурный. Холодный ветер в лесу особо не ощущался, голые ветки деревьев и кустарников были густыми и усеяны каплями воды прошедшего дождя. На дороге луж хватало. Не смотря на то, что лесной дорогой по идее должны были не пользоваться из-за разбойников, заброшенной она не выглядела. Знакомые по моему времени мне вороны и вороны каркали усердно. Я шёл и раздумывал над вопросом не заброшенности дороги. Больше заниматься было нечем. Разбойники не спешили хватать меня, ожидание встречи действовало на нервы. Дорога петляла. Поворот следовал за поворотом, а радостной встречи не происходило. Хотел стать и кричать:

— Эй! Где вы? Сколько можно томить человека? Ведь так и до вашего поселения дойду! Лежебоки!

Но я сдерживал себя. Очень опасался, что они меня не поймут. Испугаются и пропустят. От греха подальше! Выход был один. Месить грязь ногами и ждать. Что я и делал. Наконец за следующим поворотом дороги пятеро молодцев с мечами и ножами преградили мне путь. От счастья едва не прослезился. Что бы скрыть свою радость бросился на землю, стараясь выбрать место более сухое без грязи. Удалось не очень. Но это были мелочи:

— Не губите люди добрые! Помилуйте! Детишек по палатам дома осталось не считано.

Запричитал усердно. Наверно что-то говорил не так, потому что разбойники, озадачено, переглянулись и задержались с приветствием. Но потом опомнились и приступили к ритуалу. Лениво постучали колобка по спине. Остальное прикрыл, свернувшись клубочком. Как ежик. При этом успел ещё посочувствовать ему. Клубком лежать было не очень удобно. Мелькнула и благая мысль:

"Хорошо, что у дороги ручья или речки нет!"

Это просто вспомнил детскую сказку, где лиса столкнула ёжика в ручей. Попав в воду, он и развернулся. Мне повезло дважды. Наверно разбойники этой сказки не знали, и поблизости не было водоёма. Или здесь не было ёжиков? Или они их не ели? Простите, посчитал плохо! Не дважды, а четырежды! Едва успел закончить с этими мыслями, как они окончили ритуал приветствия, и перешли к допросу. Меня нежно, как мешок с отходами подняли, швырнули на обочину. Благодаря этому и заметил ещё троих разбойников с луками. Они деловито ковырялись в телеге. Один из них радостно крикнул: