Соленый волк - Владимир Григорьевич Колычев

class="p1">И про Горошникова ему слили, и про Драбова, которого убили.

— Черт один был, икру без спросу возил. Приземлили его по-тихому, а потом в воду. Не должен был всплыть. А он всплыл.

— Горох накосячил?

— И с трупом накосячил, и с машиной. Машину тоже надо было утопить, а он ее на разбор кенту своему отдал. А вчера поехал смотреть, как ее там разобрали. Ну и ментов привел.

— Говорят, ушел.

— Да бегает где-то.

— Знаешь, что с ним делать?

— И сделаю.

— У нас теперь новый начальник полиции.

— Вождь красноперых, — скривился Грамарь.

— Как думаешь, он знает, что с другими вождями стало?

— Все знают.

— Как думаешь, он хочет взять нас за жабры? — спросил Борщевик.

— Да все чисто сделаю.

— Да ты кушай, кушай! — Борщевик кивнул на шампур, который Грамарь до сих пор держал в руках. — А то барашек остынет, будет невкусно.

— Ну да.

— Барашки только на шашлык хорошо. Ни для чего другого барашки больше не нужны. — Борщевик пристально смотрел на Грамаря.

— Нормально все будет.

— Тогда кушай. Шашлычок под коньячок… Это тебе не баланда.

— Да я на баланду сесть не боюсь. Если что, все на себя возьму. Все!

— Если бы я в тебе сомневался, стоял бы ты здесь! — усмехнулся Борщевик.

За себя он не переживал, он заказ на какого-то там Драбова не делал. Но и Грамаря терять не хотел. Тем более из-за нового начальника. Говорят, какой-то невыносимо крутой мент. Не хотелось бы ударить перед ним в грязь лицом. Даже если на самом деле он самое обыкновенное чмо.

* * *

Кабинет большой, свободного места много. Горошникова посадили на стул между офисным шкафом и столом для подчиненных, Артем перед ним, Павлов с одного бока сзади, Стасов — с другого. В треугольник подозреваемого взяли. Такая тактика работает, но далеко не всегда. А Горошникова зацепило, то на Павлова глянет, то на Стасова: вдруг кто-то возьмет да отпустит подзатыльник. Но все равно держался он вызывающе.

— Так Людка сама мне все рассказала. Язык у нее как помело. Вот я и сказал ей, чтобы она держала его за зубами.

— Судимость у тебя, нельзя тебе на карандаш, — с усмешкой сказал Стасов.

— Что было, то было. А сейчас я сама честность!

— Ты лучше скажи, ваша святость, зачем ты в моих оперативников стрелял? — совсем не весело спросил Малахов.

— Так у Лени ружье было, ну, я взял, пошел к двери. Споткнулся, стал падать, нажал на спуск. А тут вдруг заходят… Не хотел я стрелять, просто споткнулся!

— И из Весеннего не убегал?

— Нет, конечно! Эдик прокатиться предложил, ну, я не стал отказываться.

— А как у Эдика твоего машина Драбова оказалась?

— Понятия не имею!

— Зачем ты вчера к нему приезжал?

— Да просто…

— Просто Драбова подкараулил. Просто Драбова убил. Просто утопил его. Просто машину на запчасти отправил… А Грамарь просто тебя убьет.

— Грамарь?

— Не знаешь такого? — усмехнулся Малахов.

— Что-то слышал… Но мы с ним на разных полянах! У него свои дела, у меня свои…

— Одни у вас дела. И если ты сдашь Грамаря, он сядет. Как думаешь, он это понимает?

— Я ничего не понимаю!

— Скажи спасибо моим ребятам, что они тебя первыми нашли. Грамарь если найдет… А он еще может тебя найти. Это зависит от того, в какую камеру мы тебя определим. Если в одиночную, шансы выжить у тебя еще худо-бедно есть, а если в общую… Ну, ты знаешь, сколько у Грамаря торпед. И сколько он их за тобой на крытый может отправить.

— А чего сразу крытый? — разволновался Горошников.

— А куда тебя, к Людке на усиленное питание? — усмехнулся Стасов.

— Я же ничего не делал! Нет у вас на меня ничего!

— А покушение на убийство? Кто из ружья стрелял?

— Так я же оступился, и ружье не мое…

— Ты дурак, Горошников. Поэтому и притворяешься, как дурак, — сказал Павлов.

— И умрешь, как дурак, — кивнул Стасов.

— Умнее нужно быть, — подхватил Малахов.

— Что умнее?

Чистосердечное признание, это во-первых. Заявление о предоставлении государственной защиты свидетелю уголовного преступления. Это во-вторых.

— Какую еще защиту?

— Знаешь, как на особом режиме сидят? Весь день на ногах, лежать можно только ночью. Сколько там, пять или шесть часов? — спросил Артем, обращаясь к Стасову.

— Мало, — кивнул тот.

— А ты будешь жить как король. Весь день лежишь, смотришь телевизор, никто тебя не трогает. Хорошее питание, усиленная охрана.

— И руководить будешь, — с усмешкой дополнил Павлов.

— Чем руководить?

— А что в руку попадет, тем и будешь водить.

— А лет через десять выйдешь… — сказал Малахов, приложив ко рту кулак. — Или не выйдешь никогда.

— Ты что, серьезно, начальник? — скривился Горошников. — Думаешь, меня на такое фуфло можно взять?

— Я сделаю все. И даже больше. Чтобы все было в точности, как я говорю, — чеканил слова Артем, твердо глядя на него. — Сделаю все.

— Чтобы я Грамаря слил?

— Грамаря!

— А если это не он?

— Что не он?

— Ну, Драбова…

— А кто?

— Может, кто-то левый. Чисто со своим интересом…

— Тогда тебе и защита не нужна будет.

— Да?

— Зачем тебе защита от самого себя?

— Так не я убивал!

— А кто?

— Не знаю.

— А машина?

— Ну, машину я и найти мог, — в нервном раздумье кивнул Горошников.

— Нашел?

— Нашел.

— И Костареву пригнал.

— Да. Хотел узнать, чья машина. Он мог пробить…

— А он ее разбирать стал?

— Так, может, и не он?

— А кто?

— Ну, мало ли…

— Переживаешь за своего дружка.

— Ну-у…

— Это правильно, это хорошо, — проговорил Малахов. — За друзей нужно намертво стоять… А если мы не тронем Костарева? Как будто и не он машины разбирал? Как будто и не было его.

— Даже не знаю, — замялся Горошников.

— Отстанем от Костарева, как будто и не было его, — повторил Малахов. — Если, конечно, он не убивал вместе с тобой Драбова.

— Да нет, Костарев не убивал.

— Это хорошо… — глянув на Стасова, едва заметно усмехнулся Малахов.

— Не убивал Костарев.

— С тобой не убивал. А без тебя?

— И без меня не убивал, и со мной… Не мог он со мной! — вскинулся Горошников. — Потому что и меня там не было!..

— Где там?

— Я откуда знаю, где убили Драбова? Давайте без этих ваших дешевых трюков! Или я требую адвоката!

— Ты убил, Гена. Ты! — Малахов смотрел на уголовника спокойно. — И Костарев это подтвердит.

— Вы его еще возьмите!

— Возьмем, обязательно возьмем. И предъявим. А ситуация для него очень непростая, и ты должен это понимать. Машину потерпевшего нашли у него, на элементах кузова его и твои «пальчики». Как