Альфред Великий и война с викингами - Пол Хилл

Время шло, и стало понятно, что Гутрум не собирается выполнять свою часть соглашения. Пока люди Хальфдана делили земли в Нортумбрии, перековывая, образно говоря, мечи на орала и попутно изменяя этнический и политический ландшафт северного королевства, Гутрум, всё ещё исполненный решимости завоевать богатое южное королевство, приказал своим людям сесть на коней и под покровом темноты покинуть Уэрхем. Англосаксонских воинов могли разбудить крики их соотечественников, поскольку в ту ночь, прежде чем покинуть Уэрхем, даны безжалостно перебили заложников. Вероятно, та же судьба постигла влиятельных скандинавов, переданных Альфреду. Но викинги не думали покидать Уэссекс. Они верхом направились на запад и добрались до Эксетера, старого римского города, некогда называвшегося Иска, вокруг которого всё ещё сохранились мощные укрепления. Союз скандинавов с недовольными корнуолльскими бриттами представлялся весьма вероятной, но малопривлекательной перспективой. Альфред опять не успел перехватить противников, прежде чем они достигли пункта своего назначения. В организации англосаксонского фюрда что-то было не так. Враги постоянно опережали его. Из Эксетера Гутрум спокойно мог отправиться куда-то ещё. Он мог даже позвать на помощь тех корнуольцев, которые с горечью вспоминали, как их отцы пострадали от военных кампаний Эгберта, деда Альфреда.

Итак, Гутрум, посмеиваясь, сидел в Эксетере. Но что же произошло с флотом в Пул Харбор? Когда Альфред с фюрдом отправился к Эксетеру, флот снимался с якоря и поднимал паруса, чтобы присоединиться к Гутруму на западе. А затем произошло нечто необычное. Пройдя не более 5 или 6 миль пути, возле мыса Свонтеж, вся флотилия попала в туман и погибла во время внезапно разыгравшегося шторма. Выйдя из-под защиты мыса, корабли, должно быть, оказались во власти сильнейшего зюйд-веста, который так часто дует в Ла-Манше. Страшная драма почти библейских масштабов разыгралась перед глазами местных жителей. Где-то на дне Ла-Манша, близ Свонтежа, покоятся кости 3500 скандинавских воинов.

Гутрум с горечью выслушал вести о судьбе кораблей. Он находился в относительной безопасности в Эксетере, нарушив своё обещание и пока ничем за это не заплатив. Но теперь он не мог рассчитывать на подкрепление в лице нескольких тысяч хорошо вооружённых людей. Что ещё хуже: разъярённый Альфред, который свято верил в клятвы, принесённые на христианских реликвиях, и воспринял кораблекрушение у Свонтежа как воздаяние свыше, теперь расположился лагерем у ворот Эксетера. Снова начались переговоры, и на этот раз преимущество было на стороне короля Уэссекса. Снова были даны заложники. На этот раз Альфред убедился, что переданные ему люди занимали достаточно важное место в чёрном сердце викингского предводителя, чтобы заставить его исполнить своё обещание покинуть королевство. Англосаксонская хроника сообщает, что скандинавский предводитель дал Альфреду «столько знатных заложников, сколько он захотел», показывая, что Альфред действительно диктовал свои условия и ужасы Уэрхема не должны были повториться.

877 г. Мятеж и интрига

Добившись новых обещаний, подкреплённых более внушительной группой заложников, Альфред ожидал, что Гутрум быстро покинет Эксетер. Точную последовательность событий 877 г. восстановить трудно, поскольку Ассер пропускает в своём рассказе весь этот год. В Англосаксонской хронике говорится, что ранней осенью 877 г. войско Гутрума действительно ушло из Эксетера в Мерсию, где викинги, подобно соратникам Хальфдана, стали делить земли, оставив, однако, часть территории своему ставленнику, Кеолвульфу II. Если нам чего-то не хватает в рассказе о событиях 877 г., так это упоминаний о тайных поездках некоторых мятежных уэссекских тэнов в Эксетер[39]. В этом и заключалась суть проблемы Альфреда. Когда наступит Рождество, он хорошо это поймёт.

Источники молчат о заговорщиках. Даже Этельверд, который сам являлся потомком Этельреда, брата Альфреда, и, таким образом, был связан узами родства с мальчиком, к которому обратились взоры мятежников, ничего не сообщает на этот счёт. Этельверд писал после того, как сын Альфреда, Эдуард Старший, в 921 г. заставил скандинавов, поселившихся в Восточной Англии и восточной Мерсии, признать его власть; после того как дочь Альфреда Этельфлед, «госпожа Мерсии», приняла изъявления покорности от жителей Дерби и Лестера; и после того как внук Альфреда, Этельстан, разбил объединённое войско норвежцев, шотландцев и ирландских викингов при Брунанбурге в 937 г. Естественно, ко временам Этельверда, к концу X в., никто не сомневался в праве потомков Альфреда править в Англии.

Но прежде чем продолжать наш рассказ, вернёмся к соглашению с Кеолвульфом. Переговоры о разделе Мерсии проводились в Глостере, где, как сообщает Этельверд, даны «поставили свои шатры». Гутрум выбрал в качестве места для лагеря Глостер, поскольку его предполагаемые союзники могли легко туда добраться, и находился чуть севернее долины между Темзой и Эйвоном, по которой очень удобно было двигаться на юг. Западная часть Мерсии, за исключением Глостера, отходила Кеолвульфу, тогда как восточную часть должны были поделить между собой люди Гутрума. Вероятно, Кеолвульф также отдал викингам Лондон, обеспечив их важным источником дохода. Этот договор на многие столетия расколол Центральную Англию, как культурно, так и юридически, поскольку даже после подчинения восточной части власти англосаксонских королей в X в. эти области сохранили своеобразный англо-датский колорит.

Альфред, наверное, успокоился, узнав о том, что Гутрум принял решение осесть, по крайней мере, за пределами его королевства и подумал, что Уэссекс сможет какое-то время жить в мире. Вести о судьбе, постигшей Хальфдана, несомненно, порадовали его. Он мог бы почувствовать угрозу, исходившую из Глостера, но вместо этого король Уэссекса, продемонстрировав миру свою невероятную способность к выживанию, почил на лаврах. Направляясь перед Рождеством в королевское поместье Чиппенгем, Альфред предвкушал празднества, которыми англосаксы традиционно отмечали солнцеворот, середину зимы. От сражений и походов его мысли обратились к делам правления, пожалованиям и нуждам королевства. Но если в тот момент он вздохнул с облегчением, это было преждевременно.

878 г. Эдингтон

Тогда на середину зимы, после двенадцатой ночи, разбойничье войско проскользнуло в Чиппенгем; даны захватили земли Уэссекса, поселились в них и многих людей изгнали за море. А большую часть тех, кто остался, они победили и подчинили, но не короля Альфреда. Он с небольшим отрядом с трудом прошёл через леса и нашёл убежище среди болот.

Для англосаксов IX в. Рождество было особым праздником. Их соплеменники стали христианами более двух столетий назад, и, несомненно, они искренне прославляли чудо Рождества. Но в это время отмечался ещё и древний языческий праздник Йоль. На самом деле празднование Рождества Иисуса Христа именно в ночь на 25 декабря было окончательно закреплено на церковном соборе в Челси в 816 г. За этим лежала традиция, пропитанная языческими аллюзиями, связанными с «долгой ночью» середины зимы и жаждой возвращения солнца. Христианские богослужения и пиры, вручение даров, религиозные шествия и святочные игры в сознании англосаксов IX в. органично наслоились друг на друга. Празднования продолжались двенадцать ночей. Зимой 877/78 г. в последнюю из этих ночей последнему свободному королю англосаксонской Англии был нанесён едва ли не смертельный удар. В этот священный день его нанесло войско язычников.

Каждый раз, когда Гутрум использовал такой ход прежде, он оказывался в тупике. До сих пор Альфред умудрялся — благодаря решимости, удаче и богатствам — защищать королевство, мешая Гутруму сорвать большой куш. Однако в это Рождество викингский предводитель опробовал другой метод. Зная о недовольстве уэссексского уитенагемота и завершив переговоры с теми, кто был готов предать своего короля, после того как разделит с ним рождественскую трапезу[40], Гутрум свернул свои шатры в Глостере и направился на юг.

Снова передвигаясь тайком, войско Гутрума «пробралось» в Чиппенгем. Ни в одном источнике ничего не говорится об этих событиях. С некоторой долей смелости можно предположить, что ворота были оставлены приоткрытыми. В ту ночь у заговорщиков не было другого выбора, кроме как раскрыть себя, сообщив Альфреду, что всё кончено. Их слова, вероятно, ввергли короля в пучину отчаяния. У членов уитенагемота было право низлагать королей, но они редко им пользовались[41]. В ту зимнюю ночь они поступили именно так. Предполагалось, видимо, что Гутрум и его воины станут попечителями альтернативного претендента на уэссекский трон. Мы не можем с уверенностью сказать, что именно хотел сделать Гутрум, после того как Альфред исчезнет с его пути, хотя предположение о том, что он видел себя правителем данов и англосаксов в землях к югу от Хамбера, не выглядит таким уж невероятным. Теперь, казалось, его замыслы воплотились в жизнь.