Запад и Восток - Надежда Кузьмина

— Ну, привет ещё раз, Тим. Рассказывай.

А как начать-то? Сказать, что приснилось, как кто-то плачет и что я боюсь, что это мой драконёнок? И что ему, то есть ей, плохо?

— Понимаю. Некоторые вещи трудно изложить связно. Но раз ты меня позвала, значит, тебе и впрямь нужно поговорить. Давай так: смотри мне в глаза и думай. А в воспоминания я не полезу. Договорились?

Кивнула. Ой, а у неё на лице тоже веснушки. Я и не замечала. Но ей идёт.

— Да, я со времён паломничества люблю загорать, — рассмеялась Астер. — А в Ларране навожу морок интересной бледности, чтобы шокированные видом Императрицы лорды в обморок не падали.

Я засмеялась. Она весёлая и добрая, да. А потом уставилась в зелёные с золотистыми крапинками глаза и начала думать. О драконе. О том, что люблю Аса, но так и не решила, надо ли мне вообще выходить замуж. О том, что, кажется, сильно порчу жизнь Шону. О том, что не знаю, какой подарок выбрать сестре на свадьбу… В общем, поток сознания — он и есть поток. Как хлынет — не заткнёшь. Вот я всё и вывалила.

— Поняла. Давай по порядку. Я попрошу мою Нару посмотреть, как там твоя маленькая, а потом для неё порычать. После этого продолжим.

Оказалось, драконица у меня вроде есть, а вроде нет. Как призрак, тень. Вердикт Нары был прост и честен, аки падающий кирпич:

— Надо кормить!

А рык Наргиэль оказался совсем другим, чем у Мрака: меня втянул, закрутил и куда-то понёс тёплый золотистый сияющий вихрь, не похожий ни на что из того, что я испытывала раньше. Аскани был сдержанным, Шон — разумным, Тин — строгой и доброй. А Наргиэль — радостной. Именно это слово первым пришло на ум. И настолько искренней, распахнутой навстречу миру, открытой, какой я не была и не смогла бы, наверное, стать никогда. Она не рычала, а пела, выплёскивая радость жизни, счастье полёта, наслаждение свободой, синим небом и собой в нём… Звала танцевать с ветрами и трубила, пронзая облака, возносясь в немыслимую высоту, туда, где небо меняло голубой цвет на индиго. А потом, поднявшись, устремлялась вниз, превращаясь в падающую звезду, мчась так, что захватывало дух и кружилась голова. Кувыркалась в воздухе, сверкая золотыми парусами крыльев… И я, я слилась с ней, растворилась, стала частью — летела над незнакомым морским побережьем, упиваясь свежим солёным ветром и смеясь от восторга, почти касаясь крылом гребней волн, распугивая шарахающихся в разные стороны с криками чаек… Совсем другая, шаловливая, вольная, но как она невозможно, невыразимо, невероятно прекрасна! И лукава… Потому что, умолкнув, Нара вполне осязаемо махнула хвостом и заявила игривым тоном:

«Один дракон — хорошо, а два — ещё лучше!»

Я опешила. И так голова после мысленного полёта шла кругом, а тут… А Астер, посмотрев на моё лицо, рассмеялась:

— Давай я тебе кое-что расскажу. Когда-то я тоже была ошарашена, узнав, что семьи у драконов и эльфов могут быть не такими, как у людей. Но всё-таки мой случай — особенный. Арден и Тиану — кузены. Тиану рос под опекой Ардена, и они и до встречи со мной были ближе друг к другу, чем многие братья. Понимаешь? А ещё нас свела необходимость. Но об этом пока не спрашивай. Станешь драконом, научишься защищать мысли — узнаешь.

Мы сидели рядышком на краю кровати, почти так, как я сиживала с Тин. И чувствовала я себя похоже… Наверное, потому и решилась:

— Астер, я не понимаю, что с Шоном. Я знаю, что как девушка ему совсем не нравлюсь, — сглотнула, — и, наверное, это хорошо. Но всё равно у нас как-то всё запуталось.

— М-да. Хорошо, говоришь? — Астер подняла чётко очерченную бровь, внимательно меня разглядывая. — Повторю то, что уже сказала раньше: главное — будь честна с теми, кто тебе дорог, и не лги себе самой. А времени на то, чтобы разобраться, у тебя достаточно — Нара считает, что раньше чем через полтора года твоей драконице не встать на крыло. А Шон… Подозреваю, что наш друг открыл для себя новое измерение. Ну что же, давно пора. Как бы дело ни обернулось, думаю, ему это пойдёт на пользу. Шону давно встряска нужна. — Астер чуть лукаво улыбнулась.

Я наморщила лоб. Не поняла, она о чём? Но вроде, по мнению Астер, Шону от меня вреда нет. Это хорошо. А то, что у меня в шестнадцать лет могут появиться крылья, — просто потрясающе здорово!

— С драконом так. Попрошу рычать для тебя Нару, как будет свободное время. Раз, два в неделю — такое реально. А ещё подключу Тиану — он учил меня, и тебе поможет. А с нами двумя и Мрак сможет присоединиться, ведь он будет уже не единственным. Не волнуйся, сколько бы твои крылья ни росли — в конце концов распахнутся на ветру! И помни, что ты не одна такая — я тоже и боялась дракона потерять, и нервничала, ждала, дни считала…

Астер резко мотнула головой, отбрасывая с лица упавшую на нос русую прядь. Подмигнула смеющимся зелёным глазом:

— И да, арбалет — отличный подарок, но не на свадьбу. А то за намёк можно принять. Хотя, если добавить к нему ещё что-то мирное, будет нормально. И знаю, кто сможет тебе помочь: попрошу пройтись с тобой по магазинам мою подругу детства Лану. Она леди серьёзная, семейная, мать троих детей, в покупках и в приданом разбирается. Думаю, в Марен-Каре удастся отыскать всё нужное. Как у Ланы будет свободный день, так и сходите.

Ух ты!

— Ну, мне пора возвращаться к семье… А ты молодец, что меня позвала. И не стесняйся — если что, обращайся сразу.

Я закивала. Слов, кроме «ой, спасибо!» не было.

Астер кивнула в ответ и исчезла…

«Шооон!»

«Воробей, я вообще-то занят».

«Прости…»

«Ну, что у тебя стряслось? Поговорила с Астер и Нарой? Понял. А о чём? О драконе? И обо мне? — в ментальном голосе послышалось что-то эдакое. — Ладно, вечером обсудим».

Вечером не вышло. Шон так и не появился.

Зато ночью мне приснились Драконьи горы, и там мы и встретились. Я была, как спала, — в полотняных портках до колен и том самом непотребстве на лямочках, а Шон — в своём чёрном балахоне. Вот стану великим магом, тоже буду одеваться силой мысли, да!

Мы уселись рядышком на вершине большого утёса, глядя на клонящееся к западу уже покрасневшее солнце. Я покосилась на Шона, хмыкнула.

— Чего нос морщишь, воробей?

— У тебя в волосах полно паутины. Ты где был?

— Обследовал одно подземелье. Ползком. Интересно…

— Дай сниму, — потянулась я рукой к Шоновой шевелюре.

Странно вообще — вроде мы во сне, но всё так реально. Всё же не пойму, как это работает…

Шон пожал плечами и наклонил голову, чтобы мне было удобнее. Приятно, что не шарахается в своей обычной манере… Сняв комки с чёлки, перебралась ему за спину — на затылке тоже что-то висело.