Ничейная пешка (СИ) - Грачёв Павел Сергеевич

Мыш хоть и считался ещё новичком (чуть больше года в новом мире), но уже достаточно осведомлённым. Он подтвердил слова о высокой смертности среди “пешек” (так игроки и матёрые попаданцы называют молодых), и, насколько он знает, по этому поводу даже есть правило, что, если перенесённый человек умрёт до клятвы, Игрок может свободно призвать следующего, без каких-либо последствий для себя. Об этом случайно обмолвилась Мамма — его собственная покровительница.

Причём две недели, по его словам, весьма по-божески. Его на испытательном сроке держали вообще квартал — всю вестну. Обычно Игроки проверяют своих кандидатов месяц-полтора, но у него задержка была из-за географической специфики, как он сам выразился. При этом, Мыш сразу при переносе получил и шикарное тело (хоть и отдающее зеленью), знание трёх местных языков и мудрого наставника, обучившего его основам оркского колдунства.

А ещё Мыш честно признался, что его покровительница даже после клятвы сразу не научит Николая магии или хотя бы местному языку. Однако, для начала, она подкинет пару артефактов или драгоценных камней (если будет туго с финансами). И это только в том случае, если он сам продержится месяц…Так что, предложение, которое ему сделали Ворон и Фобос, вполне выгодное, даже слишком.

— Скорее всего, это из-за того, что ты почти легализовался, да ещё и в довольно высоком статусе. Поверь, почти каждая вторая пешка в первую же неделю успевает вляпаться в рабство, или что-то типа того. — Мыш усмехнулся. Среди тех, кого он знал, таких не было, так что, возможно, это очередная байка.

— Ага, зато я на третий день “расписался” с местными мажорами. По собственной дурости. Да и неделя у меня ещё не кончилась… хоть ты не каркай. — Николай с грустью вздохнул, поплевал три раза через плечо и постучал по кончику полена, торчащему из костра. — Может что посоветуешь?

Орк нахмурился, было видно, что он действительно крепко задумался. Николай не стал торопить своего нового знакомого, минут через пять тот наконец заговорил.

— Меня за такие слова, конечно, по головке не погладят, но, если у тебя получится более-менее нормально устроиться в твоём новом мире, лучше вообще никому не присягай. Пойми, Игроки — это не добрые волшебники. Они нашими руками за власть борются в мультивселенских масштабах. И над каждой каплей своей силы трясутся как Плюшкин у Гоголя. Так что халявы точно не будет, и за каждую "плюшку" с тебя втридорога спросят… Теоретически, обычных людишек ты у себя одной левой должен утилизоровать в промышленных масштабах. Основной противник попаданца — местные божки, императоры и тёмные владыки, — Мышь погрустнел и тихо добавил, — да и друг с другом мы только тут можем мирно пообщаться…Короче, держись от всех подальше. Раз тебе никто с самого начала не помогал, то и ты никому ничего не должен.

Двое землян сидели возле костра, разведённого неизвестно кем и не известно где. Каждый из них молча думал о своём.

— Ладно, тогда последний вопрос, точнее два. Как я сюда попадаю, и как вернуться обратно?

— Э-э-м, я делаю всё как при общении с духами, но вместо призыва создаю астрального двойника и отправляю его… — Орк заметил, что человек смотрит на него непонимающим взглядом. — Насколько я знаю, у всех немного по-разному. Главное хотеть сюда попасть и знать, кого ты хочешь встретить. Хотя бы в общих чертах. Я тебя так и нашёл. А выйти проще простого — достаточно прервать медитацию или проснуться…Ого! — Мыш вытянул руку, указывая Николаю за спину. — Первый раз здесь вижу человека, в смысле простого человека, не…ну ты понял.

Старший сержант развернулся, уже зная, кого он там увидит.

— Это ко мне. Меня там хотят куда-то позвать, и, вроде как, это хорошо… — Николай скривил недовольное лицо. — Буду сейчас пытаться дать согласие. Ладно, спасибо за информацию, и за совет. — С этими словами он глубоко вздохнул и чуть не попытался протянуть руку для прощания, но вовремя вспомнил, где находится. — Надеюсь ещё увидимся в реальном мире, а не тут.

Мыш, к этому времени уже закрывший глаза и севший в позу лотоса, вдруг резко открыл их и очень холодно посмотрел на Николая.

— Лучше не надо. По крайней мере пока с Маммой не поговоришь. Соу, это здесь мы товарищи по несчастью; а в реальном мире мы друг другу конкуренты. — Огорошив человека новостью, он тут же исчез.

— Орк пропал, а осадочек остался. — Николай повернулся к Роне. — И что же мне с тобой делать?

Глава 10. Руна

Когда Клаус Фетлир только выбегал из палатки, он готов был лично убить глупцов, что посмели покуситься на жизнь мага. И пусть его основной столп не имеет атакующих чар, каменную стрелу он изучал в академии (правда это было полвека назад). Уже по дороге магистр немного остыл. Действительно, отнимать жизнь — это слишком радикально и быстро. Провинившиеся не смогут в полной мере осознать своё преступление. Поэтому он собирался запретить оказывать помощь молодым баронетам, пострадавшим по собственной глупости — это послужит им хорошим уроком на будущее. Прибыв на место, он снова изменил решение. Лечащие чары применят ко всем нуждающимся, а накажет он их наиболее цивилизованным, поучительным и благородным способом.

Магистр закончил письмо герцогу Марроу. Это его бароны не смогли достойно воспитать своих детей: научить их манерам, этикету и, даже, элементарному уважению к владеющим силой. Поверх обычной личной печати на конверт легла магическая (лёгкий оттиск ауры). Для такого документа вещь абсолютно не обязательная, но добавляющая бумаге статуса в глазах не владеющего силой человека.

Помимо сюзерена провинившихся дворян, Клаус Фетлир подал жалобы в королевскую канцелярию, графу Прейнеру (генералу королевской гвардии) и двум магистрам из Великого круга, которых знал лично. Причём каждый адресат получал послание, в котором подчёркивались одни грани и ретушировались другие. В письме военным, например, он не жаловался на офицеров сопровождения, а делал их пострадавшей стороной конфликта, указывая, что прибывшие баронеты даже временно не поступали в распоряжение капитана Майриза, а лейтенанты Сварс и Данн приказывали (хотя на самом деле просто призывали) сложить оружие и уладить конфликт мирным путём. Магам из Великого Круга такие подробности были малоинтересны, поэтому в письмах к ним, он акцентировал внимание на иных аспектах. Как только настоящее подкрепление из Таулифа привезёт Мастера (сову магистра Фетлира), он отправит его обратно в город доставить почту. Такова участь крылатых фамильяров — возвращаться к хозяину только для того, чтобы снова улететь.

Охранник, дежуривший у палатки, наконец доложил, что к ритуалу посвящения все готовы и ждут только его.

Для обряда нужна мана, а после сражения с орками её и так осталось не много. К счастью, в этот раз лекарям не пришлось тратить много сил на пострадавших. Кроме несчастного с разрядившимся защитным амулетом, остальные участники потасовки отделались ушибами и порезами. Магистр Соу единственный, кто получил тяжёлое ранение, но Коллет, оказавшаяся первой на месте инцидента успела снова подсадить ему “медузу”. Так что жизни этого необычного мага сейчас ничего не угрожало.

Строго говоря, посвящение и принятие в Круг — это два разных ритуала, но магистр Фетлир, подумав, решил совместить их в один. Так как отметка Круга — ни что иное как сильно упрощённая руна. Обычно в инициации молодого мага участвует два-три близких человека (иногда больше, если среди них нет магистров). И этого вполне хватает, чтобы своей сырой силой “резать” слабую и неустойчивую ауру ребёнка.

Разумеется, история знает примеры как магов без рун, так и прошедших ритуал во взрослые годы. Первая загвоздка была в том, что чем сильнее и стабильнее аура, тем больше маны тратится участниками обряда. Клаус Фетлир решил эту проблему очень просто — созвал всех магистров и учеников. Вторым вопросом, над которым думал магистр Фетлир пока писал доносы, был выбор руны.